Глава 24 . Странный дед

Брюнет приоткрыл глаза, в недоразумении хлопая длинными ресницами, затем посмотрел на свою забинтованную руку и шёпотом ругнулся очередным матом себе под нос. Встать или сесть не получалось, тело практически не слушалось отказываясь двигаться. Теплое одеяло укрывавшее Сакагучи казалось слишком тяжелым, как если бы на него положили тоже самое одеяло только весом с человека. Рядом же.. тот же монстр.. Послышался его голос, только с усмешкой.- Ох, Анго, ты очнулся! Ничего не болит?- И в ответь молчание. Сакагучи лежал на боку спиной к мужчине. Поворачиваться не хотелось, да и сил не было. Тот лишь не двигался, немо позволяя слезам стекать с его щеки на подушку. Сакагучи заткнулся не на шутку, и стал молча смотреть в окно, изредка шипя и морщась от щиплющей боли и пропуская чужие слова мимо ушей, так как окончательно углубился в свои мысли. Он понимал, что крылатый благополучно наплевал на вызов скорой помощи, так как могли догадаться о тайной жизни обоих парней.- «Пф, да лучше бы вообще дверь не открывал и пошёл спать, а я бы за это время истёк кровью», - то, о чём подумал очкастый после прошлых мыслей. Но, увы, ему совсем ничего не остаётся кроме того, как терпеть насилие и либо жить в этой квартире, пока Федору не надоест, либо ждать, пока кто-то догадается о настоящей ситуации в которой находится брюнет. Да и наше чудище не такое глупое и доброе, а значит, скрыть что-то от него просто невозможно. Он обязательно докопается, когда почувствует, что что-то не так, перевернёт весь дом, но найдёт то, что может помочь побегу Сакагучи в очередной раз, и тут же бесследно уничтожит. В ужасную, всё-таки, ситуацию влип Сакагучи.Тонкая рука прошлась по голове до плеча повторяя это движение. Брюнет лишь съежился, лежа калачиком и подрагивая  от каждого прикосновения. Осознание что это временно, было. Очкастый понимал, что это вовсе не так и быть так не может! Он лишь старается хорошо вести себя, чтобы втереться в доверие, получить бы хоть чуточку свободы и времени, и в какой-то момент докричаться до кого угодно, чем угодно.. 

Руку убрали ощутив проходящую дрож и больше того трогать не стали. По размыслив черноволосый ушел на кухню дабы принести воды и еды. А Сакагучи.. а что Сакагучи? Он лишь лежал и  слушал, как большие и маленькие капли чистой воды врезались в окно. Как можно было догадаться, моросил дождь. Деревья, чувствуя капельки, тянулись вверх, пытаясь очистить свои многочисленные желтые, красные и коричневые листья от уличной пыли. Одна из веток одиноко билась об стёклышко, создавая странный но успокаивающий звук. Лежа под теплым, и уютным одеяльцем хотелось заново заснуть.. Рядом на тумбу поставили кружку горячего шоколада и белокрылый ушел. Аромат быстро достигнул носа Анго давая вдохнуть его. Кое как встав, и сев очкастый попытался взять кружку, что успешно сделал. Отпив горячий напиток мужчина удивился, вкусный, в меру горячий напиток, будто сделали под его малый вкус. И пар мирно исходил из его кружечки, так и дурманил.. брюнет приложил край чашки к губам, наклонил кружку с напитком и ещё немного отпил наслаждаясь столь ярким вкусом. Тепло распространилось по всему телу, не хотелось отстраняться от горячего напитка или что бы он заканчивался. Голову клонило в сон. Поставив обратно на тумбу полу опустошенную кружку Сакагучи улегся обратно на кровать, как голова только коснувшись подушки сразу погрузилась в царство снов. Проснулся парень, лишь ближе к ночи. Только не один, а в чьих-то теплых объятиях, в помещении царил покой и тишина. Горела лишь настольная лампа, дождь всё ещё шел. Ощущалось спокойное дыхание, руки прижимавшие к телу аккуратно обнимали того ни задевая не одного больного места. Шапка ушанка была одета на брюнета чем согревало голову и не продувало уши. Сказать что удивлению Сакагучи не было предела, нельзя. Снотворного не сыпали, сейчас монстр лежит рядом обнимая того и видимо в дальнейшем не собирается, что либо делать. Чувство отвращения появилось из не откуда. Правда вот, сдвинуться сейчас не получилось бы просто посмотрев в глубокие, красивые глаза брюнета, которые скрывают одновременно страх и недопонимание. Можно было сразу понять, что доверие в нем окончательно убили. В такой проблеме он пробыл ещё пол часа. Достоевский не просыпался, а лишь спал. Когда же очкастому надоело так лежать, он попытался встать и освободится от объятий русского. Однако, сразу же почувствовал шевеление, и то как его прижали к себе лишь ближе. Поворачиваться и узнавать, что с тем ни капельки не хотелось, но и поменять позу нужно было, а то уже затекает рука. Через нехотя, и малую боль Сакагучи всё же перевернулся, на другой бок. Почти сразу его нос уткнулся в грудь черноволосого, а приподняв взгляд он смотрел на то, как спит тот кто его обнимает. Это казалось.. странным, то ли необычным парню. Вроде бы тот кто его изрезал, запугал до чертиков сейчас спокойно лежит и не пытается подобного вообще делать. Хмурая мимика лица, так же выражает спокойствие. Раньше такого не было, ибо очкастый видел лишь раздраженную мину, ибо же если и крылатый был спокоен это вело к беде. 

Тело невольно прижималось к чужому хотя прочувствовать тепло, а Анго и не замечал этого удивляясь и задумываясь об ситуации. Всё же наше чудище, за это время уже проснулось. А очкарик, будто и не замечал из за того что слишком глубоко погрузился в раздумья. Мешать ему уж не кто не стал, лишь положили голову на свою же шапку досыпая несколько минут. Когда же брюнет заметил что, тот проснулся стал на него смотреть. Тот же просто лежал с закрытыми глазками будто не выспался. Анго немного не подумав, решил что крылатый заново заснул. Поэтому попытался встать, раз хватка ослабла. Удалось из за боли не сразу, но получилось.  А вот ходить было проблематично, резко встать только ухудшило бы ситуацию.. а если медленнее упал бы назад на кровать. Что-то среднее не сделаешь и может получиться, что падение будет уже на полу. Федор встал с места и подошел к брюнету, взяв того за руки его поставили на ноги хоть и приходилось придерживать. Вес процесс оба молчали, один помогал в ходьбе другой же молча шел, стараясь удержать равновесие. Дошли они так до кухни и Сакагучи все таки смог усется на стул. Перед ним сел и белокрылый. Неловкое молчание длилось ещё минут десять, пока один из парней не решил заговорить: 

-Може.. можно достать по есть?- спросил Сакагучи немного охриплым голосом . Казалось тот по просту даже и звук издать боялся, но пытался более менее перестать сам себя загонять в тупик тем что дрожит от каждого прикосновения. Крылатый достал из холодильника какой та хавчик и поставил его в микроволновку греться на минуты 2-4. Через время тарелку с едой и вилкой поставили перед Анго на стол. Очкастый молча ел, что дали, за ним же незаметно наблюдал русский. Сам же он мыл кружку из которой ещё утром пил чай, а домыв поставил чайник греться кинув в кружку пакетик. Всё было таким, неожиданным для брюнета. Он даже кушая рис, ждал с самого пробуждения чего-то ужасного, но нечего не случалось. Уютная, домашняя, и спокойная атмосфера. За исключением одного. Хоть и не нападали.. абсолютно нечего не делали, где то на улице можно было услыхать ели слышные взрывы. Это напрягало, напрягало сильнее то что "человек", устроивший всю эту кашу малашу находился рядом. Узнать что у него на уме не было способа. Чайник согрелся и мужчина сел за стол попивая черный чай. В это же время, очкастый доел то что ему дали ранее. И снова же.. неловкое молчание. Это начинало раздражать, хотелось наконец хоть что-то сделать или сказать, но.. нельзя было.***Так и прошла первая неделя, однако были и не самые лучшие моменты. Всё было не так как хотелось бы.. Избиений и т.п не было от слова совсем. Просто была до жути раздражающая тишина и лишь иногда когда кто то уходил издавался хоть какой та звук. И вот в один из таких дней, из окна открывался вид на тихую Йокогамскую ночь. Наплевав на это, Анго аккуратно, дабы не разбудить мирно спящего рядом Достоевского, приподнялся, приняв сидячее положение, посмотрел на электронные часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Время давно перевалило за три часа ночи и уже близилось к четырём утра. Едва слышимо вздохнув, брюнет тихо встал, взял со стола карандаш, несколько листов бумаги, специально прикрытые первой попавшейся книгой детективного жанра, осторожно прошёл на кухню, включив там свет, и расположил нужные ему вещи на столе. К телефону были подключены наушники, а в них же заиграла мелодия. На листочках стали появляться разные хоть и не самые профессиональные рисунки. Сам и не заметив, стал подпевать чудесной мелодии, получалось это очень красиво хоть и тихо. Время достигло семи утрам. Федор стоял в дверном проходе и слушал, как Сакагучи напевает очередную неизвестную песню которую знать не знает Федор. Не выдержавшая сильного давления опёршегося о неё русского, завороженного данной картиной, предательски скрипнула дверь. Очкастый вздрогнул от неожиданности и поднял взгляд, молча смотря на противоположный конец комнаты. Тот боялся, что ему влетит за то, что он посреди ночи пел, но вместо этого парень проговорил:- Не спится?- Юноша растерялся. Помолчав пару секунд, тот собрался с мыслями и отчеканил:- Да проснулся недавно, не мог снова заснуть, - оправдался как то очкарик надеясь, что избиения не будет. -По тебе видно, что с трех / четырех утра здесь. Я сделаю тебе чаю с молоком, потом пойдешь вздремнешь немного-  крылатый подошел к кухонному столу и стал делать чай. Очкастый удивился в очередной раз, и даже подумал на секунду.-«С чего бы, такая забота?..»- Но лишь промолчал, и послушно кивнул. И уже была лишь тишина. Повторно слушать подобное жутко не хотелось и Сакагучи включил музыку обратно дабы немного отвлечься. В тёмно-карих глазах всё ещё был страх, который Анго благополучно пытался скрыть. Слушая музыку, и лишь тихо пробубнил. - Извини...-Извинения со слезами на глазах, нередко даже и стоя на коленях перед высоким чудовищем, были буквально каждодневным ритуалом очкастого: то нахамит, то неосознанно замахнётся и даст пощёчину, то нагло отпихнёт, когда тот полезет за очередным допросом. Конечно же, брюнету могло бы быть хуже за эту неделю, если бы его не щадили. -Да ладно, не неси чушь. - вопреки ожиданиям Федор лишь сел рядом с юношей положив рядом на стол чашку с горячим ароматным чаем и, улыбнувшись краями губ, промурлыкал, - Спой-ка мне то, что пел до этого, а я с интересом послушаю.-Спокойный и столь приятный голос русского, раздался снова.

- я не...-Не дав договорить, парня нежно взяли за острый подбородок. Как и ожидалось, Сакагучи лишь застыл нервно отводя взгляд. Непонимание что с тем, вызывало ещё больше вопросов, на которые так мало ответов. Боялись что сейчас то и, ему попадёт. Но.. нечего такого, не случалось. Личико отпустили и руки скрестились на груди будто ждали, будет ли тот все таки петь или нет. Вздохнув, Сакагучи всё-таки, начал снова напевать неизвестную песню, но вроде на английском языке. Необычное, и красивое пение..- I know, I know, I know, the situation's strange... - сделав ещё один перебор от низкой ноты к высокой, тот продолжил, стараясь думать о том, что находится один дома, чтобы не чувствовать себя некомфортно, - It takes a little getting, a little getting used to... - Love me, love me, love me, love me... -Анго вопросительно вскинул голову, не прекращая подпевать, и смотрел на парня, который так неожиданно, но чудесно запел. Тот лишь, улыбаясь, продолжал, взяв более высокую ноту: - Love me, love me, love me, love me, - ловкие пальцы снова взялись за подбородок брюнета, - love me, love me, love me, love me more...-После того, как Достоевский допел последнее слово лишь нежно улыбнулся очкастому. Тот на минуту был заворожен прекрасными хищными глазами, и столь нежданной улыбкой. Поняв что Анго сейчас нагло пялился на крылатого, с хмурым выражением лица он всё-таки мотнул головой, чтобы его отпустили уставившись взглядом в окно, за которым только-только начинало светать.

Допив чай Сакагучи ушел спать, а Достоевский отправился обратно в центр всей этой битвы, но лишь на время. Ведь все нужные для того дела были сделаны и кроме слежки больше нечего не оставалось. А пока Федор сидел у Анго за всем следил Николай и как оказалось он хорошо подходит на роль замены командира. Однако резкая пропажа коли, была ужасной ситуацией. Хоть и тот раздражал, кричал делал из себя клоуна, чем-то помогал избежать встречи с крылатым. Но в этот день он не вернулся. Очкарик же пока крылатого не было, впервые за все время подошел к входной двери дома и только дернул за ручку, да бы открыть. Как при открытии кто то маленький внизу вцепился лапками за одежду. Это был маленький серенький котёнок, глаза не успели разглядеть, но тот не хотел отпускать ткань. Дверь закрыли, а животное взяли на руки став разглядывать по ближе. Грязный с раненым глазиком, того сразу же понесли промывать и лечить ранки.Уже через часа два, пушистый котик лежал на кроватке и тихо мурлыкал. Как оказалось, у него тёмно-голубые глаза более туманного оттенка, а шерстка мягонькая и шелковистая. Само животное было игривым, и давало себя тискать. Весь день Анго с ним возился то играя, то тиская. Так и дошло время до вечера и в этот момент вернулся Федор. Только вот его не заметили, Сакагучи спал лежа на диване, а рядом с ним лежал маленький кот который прижимался к щеке очкастого. Трогать обоих на удивление не стали и лишь ушли в ванную. Через тридцать минут, очкарик сидел полу-сонный и протирал глаза, очки же одиноко лежали рядом. Пока, их не утащил котёнок. Конечно котёнка попытались схватить, но этого не получилось. После чего Анго пришлось шастать по гостиной ища свои очки. В это же время из ванной вышел Достоевский и почти сразу макушка Анго ударилась об грудь будучи опущенной. Брюнет не понял всей ситуации, но ему показалось что он ударился об "стенку".

-Очки ищем?- спросил старший смотря на слепую жертву. Парень же лишь кивнул, даже не придав значения кто с ним разговаривал. Котёнка словили за минут пять и очки были возращены владельцу. Только одев очки, Сакагучи поведал странную картину из за чего ему стало в какой та мере неловко. Котёнок сидел на плече Достоевского словно попугай, когда тот стоя с крещенными руками на груди и смотрел на Анго. Хотелось и засмеяться, и не видеть этого. Ведь бог знает, что он захочет сейчас сделать. Но, нечего плохого не случилось. Снова.Котёнка вручили обратно в руки Сакагучи и ушли. Как странно что, животное последовало за Федором, и залезло назад ему на плечо. А тот даже не стал противиться и сев за стол достал какую та бумажку став либо заполнять, либо записывать данные.  Котёнок же то залезал на плечо, то на ушанку. То гулял  и кружился у ноги русского, да бы тот его погладил. И всё таки он получил желаемое когда с бумагой дело было закончено.  А очкарик ушел в ванную комнату желая искупаться и расслабиться, пока крылатый был занят. Придя обратно тот застал Федора за тем, как тот тиская котёнка, но в тоже время дремал с опущенной головой. Это выглядело.. мило(?). Подойдя к ним Сакагучи стал рассматривать их. Такая картина и вправду казалась, столь безобидной и милой. Столь хищные глаза приоткрылись и посмотрели на брюнета. Тот же вздрогнул, отойдя назад и отводя взгляд, ибо такого не особо ждали. -Трогать не буду- будто заранее предупредили мужчину. Тот лишь кивнул, всё ещё смотря куда-то в угол, хотя уйти к себе в комнату. Шапку ушанку одели на Сакагучи, а в руки дали спящего котенка. Тот непонимающе уставился на русского, держа маленькое серое чудо. И снова игра в гляделки с неловким молчанием. Только уже не с страхом, а с каким-то интересом. Одному было, как то по барабану и просто принял вызов смотреть, а другому было интересно происходящее. Прошло около двадцати минут, и оба не моргали. Такое бы продолжалось долго если бы не ритмичные три стука в дверь. Сняв с себя головной убор, и положив на чистую столешницу, Анго направился к источнику шума. Да бы, открыть дверцу гостю. Посмотрев в глазок он увидел Дазая на пороге. Тут та, и в голове очкастого пронеслось -«Вот это, я попал..»,-. Если смотреть на внешний вид Сакагучи, то он не самый лучший и ярко видно, что по тому будто грузовиком проехались выбив психику. Если откроет дверь то полезут вопросы и переживания, а потом захотят ещё в дом войти. А если обнаружат весь хаос то заберут к себе и в следующий раз может очень сильно достаться от монстра. Если не открывать то шатен точно станет глядеть в окна дабы узнать это ему не открывают или дома некого нету. Казалось бы, зачем прятать монстра.. но и если не сделать этого, беда случится. Поразмыслив Сакагучи решился сделать это. А если быть точнее, придеться делать вид что дома никого нет. Сев как можно тише у двери тот стал ждать. Слышались настойчивые стуки, но никакого результата шатен не добился. И, уже нахмурился а-ля вот и пришел проведать друга, а того дома нету. С горем по палам тому пришлось уйти. Да, Анго наверное сейчас дико жалел, жалел о том что не воспользовался шансом. 

К брюнету подошел Достоевский и встав на одно колено стал рассматривать того.-Такое упустить по своему желанию когда до жути боишься..- Очкарик лишь огорченно отвел взгляд, и промолчал. Его крепко обняли будто до этого его кто то до чертиков испугал и сейчас нужна какая та поддержка. Хоть и неожиданно но, брюнет прижался к тому обняв в ответь. Голова же уложилась на чужом плече, утыкаясь носом об мягкую ткань белоснежного пальто. В это же время, как и ожидалось.. Осаму бродил у окон, видимо интерес взялся за своё. Но кроме спальни и кухни с частичками гостиной ему разглядеть не удалось. Свет выключен, ни кто не ходит и кажется в доме и в правду ни кого нет. Всё по порядку, пустой деревянный шкаф справа у стенки, ковёр с разными узорами, камин который давно не использовали, столешница на четырех ножках, а на ней пустая тарелка.. синя-белая ваза с розами, белая кружевная скатерть по кругу укрощающая стол, чья-то шапка ушанка одиноко лежащая, видимо забытая необычным гостем.. Причем довольно знакомая. Вернувшись к двери в неё стали долбить дожидаясь открытия. Дверь естественно открывать не собирались, а вот шатен настойчиво ждал и уже не выдержав, взломал замок дверцы. Зайдя в квартиру ему лецезрелось то, как Достоевский без шапки ушанки стоял в коридоре держа тельце Сакагучи на руках прижимая к себе, когда тот обнимал в ответ. Мужчина попросту, мягко говоря "удивился" и понять не мог, что за дела.. как открыл, так и закрыл дверь. Хрупкое сломленное тельце прижимали к груди уже в спальне на него одели теплый головной убор не отпуская. Тот же кажется не особо понимал что происходить с русским. Но и отстраняться ему не хотелось, что то притягивало его к теплому телу заставляя, как ребеночек зарываться носиком в чужой одежде прижимаясь все сильней к груди обнимая её. Лба юноши, коснулись чьи-то теплые губы. Они не отстранялись какое то время будто проверяли температуру или т.п. Слышался тихий шепот, только он не похож на японские выражения. Разобрать не получилось будто иностранный язык северной стороны, но слова напоминают пение. Хотелось бы спросить у того, откуда такая доброта и внезапная забота. Но, страх оказался сильнее, поэтому очкастый лишь вслушивался в тихую не разборчивую мелодию. Такое Федору даже на руку, не надо будет отвечать на вопросы. Сев на кровать Анго усадили на коленки и укрыли теплым пальтом с мехом всё так же прижимая к себе, и гладя по голове. Однако, эта ситуация уже казалась слишком странной парню. 

Хотя даже такое не устоит под медленно накрывающей волной сна. Очкастый уснул словно ребёночек, у матери на ручках. 

***

Проснувшись Сакагучи малость удивился. Лежал он головой на груди, а всё остальное тело было на тазе крылатого и между ног, руки же были по бокам. Сдвинуться нормально не получилось бы, и уже сразу же послышался знакомый голос. -Как по спал?- голос сонный будто сам недавно проснулся, глаза закрывала шапка. Брюнет лишь тихо ответил,- Нормально-о..- больше разговоров не было. Федор заснул, а понять это можно было по расслабленному телу. Очкарик попытался встать с тёплого и уютного местечка. Но этого не удалось сделать. Вроде раны зажили, вроде двигаться самостоятельно мог.. а из-за странного положения встать не может. Пришлось ему дальше лежать дожидаясь пробуждения монстра. К тем прибежал котёнок, и залез на кровать.  Уложился он на голове Сакагучи став там спать. Анго сейчас интересовало, как среагирует шатен когда ему расскажут о ситуации.. а то онемел у двери, и ушел.