ГЛАВА 19: ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ СЭМА. ШАШЛЫКИ, ТОРТ И ЖИЗНЬ

Музыка: The Rolling Stones - «Beast of Burden» (громче, чем обычно - потому что праздник)

Солнце только вставало над Канзасом, а Дин и Кас уже въезжали во двор дома Сэма и Джессики.

Импала урчала устало - они гнались за оборотнем всю ночь, прошли через лес, болото и заброшенную ферму, но успели. Оборотень был мёртв, люди спасены, и они могли наконец выдохнуть. Дин заглушил мотор, вышел из машины. Кас - следом, с ящиком пива в руках.

- Ты помнишь, куда его поставить? - спросил Дин.

- В холодильник, - ответил Кас. - Ты говорил три раза. Я запомнил.

- Молодец.

Дин взял ящик, зашёл в дом. В гостиной было тихо - Джессика ещё спала, маленький Дин сопел в своей комнате, и только Сэм сидел на кухне с кружкой кофе и улыбался.

- Рано вы, - сказал Сэм.

- Охота не ждёт, - ответил Дин, ставя пиво в холодильник. - Но мы успели. К обеду будем готовы.

- Ты устал?

- Устал. Но это хорошая усталость.

Сэм усмехнулся.

- Иди умойся. Джессика напекла блинов.

- Блины подождут. Сначала шашлык.

Дин вышел во двор. Кас пошёл с ним - помогать разжигать мангал, резать мясо, спорить о том, сколько соли нужно добавить.

- Ты кладёшь слишком много, - заметил Кас.

- Ты ничего не понимаешь в мясе, - ответил Дин.

- Я понимаю в тебе.

- Это не одно и то же.

- А должно быть.

Дин замер на секунду. Потом усмехнулся.

- Ты становишься философом, Кас.

- Я всегда был философом. Ты просто не слушал.

- Не слушал.

Он добавил ещё соли.

Бобби и Руфус приехали первыми. Бобби в старой кепке, с коробкой печенья под мышкой. Руфус - с бутылкой виски, которую прятал от Бобби за спиной.

- Вы рано, - сказал Сэм, спускаясь с крыльца.

- Мы старые, нам рано вставать, - ответил Бобби.

- А виски для чего?

- Для аппетита.

Руфус кашлянул.

- Я принёс для всех.

- Врёшь, - сказал Бобби.

- Немного.

Они прошли в дом, устроились в креслах, как будто всегда здесь были. Сэм вздохнул, улыбнулся и поставил перед ними чашки с чаем - для начала.

- А что, пива нет? - спросил Руфус.

- Есть. Дин привёз.

- С утра?

- С охоты.

- Нормальные люди с охоты приносят трофеи, а Дин - пиво.

- Это и есть трофей.

Руфус усмехнулся. Бобби налил чай и добавил виски - по чуть-чуть, для бодрости.

Эллен, Джо и Эш приехали через час. Эллен везла корзину с домашним вином - первоклассным, которое она хранила для особых случаев. Бутылки поблескивали на солнце, перевязанные ленточками.

- Это особый случай? - спросила Джо, выходя из машины.

- День рождения Сэма - всегда особый случай, - ответила Эллен.

Эш тащил магнитофон. Тяжёлый, старый, но верный. Он поставил его на траву, подключил к колонкам, которые предусмотрительно прихватил из бара.

- Я поймал волну! - крикнул он, вбегая во двор.

- Какую? - спросил Дин, переворачивая мясо.

- Ту, где играет хорошая музыка!

- А можно без попсы?

- Дин, это классика!

- Классика - это AC/DC.

- AC/DC - это вечность, - улыбнулся Эш.

Он включил магнитофон. Заиграло что-то старое, почти забытое, но такое родное, что Дин не спорил. Только кивнул и добавил углей.

Кевин и Клэр приехали вместе. Кевин - с учебниками под мышкой (потому что экзамены не ждут даже дня рождения), Клэр - с большим пакетом, из которого торчала обёрточная бумага.

- Кевин, ты серьёзно? - спросил Сэм, глядя на учебники.

- Я почитаю вечером, - ответил Кевин. - Когда все уснут.

- Ты не успеешь. Мы будем сидеть до утра.

- Значит, до утра.

Клэр обняла Сэма.

- С днём рождения, Лось.

- Спасибо, - улыбнулся Сэм. - Ты не стареешь.

- А ты выглядишь лучше, чем в прошлом году.

- Это потому что я счастлив.

Она кивнула и пошла в дом, оставив Кевина объяснять маленькому Дину, что такое «философия Канта» и почему её нельзя намазать на хлеб.

- Дядя Кевин, ты странный, - сказал мальчик.

- Знаю, - ответил Кевин. - Это от университета.

Дин и Кас к тому моменту уже замариновали всё мясо, разожгли угли и начистили картошку. Дин был в старом фартуке с надписью «Я не сплю, я жарю» - подарок Джессики на прошлое Рождество. Кас стоял рядом и резал помидоры. Не поджигал рукава - прогресс.

- Ты уверен, что умеешь это делать? - спросил Дин.

- Я умею делать всё, что ты показываешь, - ответил Кас.

- Даже помидоры?

- Даже помидоры.

- А в прошлый раз ты порезал палец.

- В прошлый раз я отвлекался.

- На что?

- На то, что ты слишком много говоришь.

Дин усмехнулся. И они продолжили готовить - молча, но вместе.

Скоро мясо зашипело на мангале, и запах шашлыка поплыл по всему двору. Кто-то вынес стол, кто-то расставил тарелки, кто-то налил первые бокалы.

Сэм смотрел на всё это и не верил.

- Сэм! - крикнул Дин. - Иди сюда! Шашлык готов!

- Иду! - ответил Сэм.

Он спустился с крыльца и подошёл к брату.

- Дин, - сказал он тихо.

- Да?

- Спасибо.

- За что?

- За то, что ты здесь. Что не бросил. Что верил.

Дин посмотрел на него. Хотел сказать что-то колкое, но не стал.

- Ты мой брат, Сэмми. Я всегда буду здесь.

Они обнялись - быстро, почти незаметно для остальных. Но Кас видел. И улыбнулся.

Мэри и Джессика хлопотали на кухне. Мэри пыталась испечь пирог - у неё получалось не очень, потому что она вечно отвлекалась на внуков. Джессика резала салат, поглядывая на малышку, которая спала в переноске на стуле.

- Ты не устала? - спросила Мэри.

- Устала, - призналась Джессика. - Но это хорошая усталость.

- Я знаю, о чём ты. Когда у меня были Дин и Сэм, я спала по три часа в сутки и была счастлива.

- А сейчас?

- Сейчас я счастлива по-другому. Тише.

Джессика улыбнулась.

Джон сидел на веранде, разговаривал с Бобби. Они обсуждали старые времена - охоту, оружие, демонов. Потом замолчали, потому что говорить было уже не о чем. И это молчание было лучше любых слов.

Внуки Сэма носились по двору. Старшие - с водяными пистолетами. Младшие - просто так. Кто-то из них крикнул: «Дед, а шашлык скоро?». Сэм засмеялся и ответил: «Скоро. Дядя Дин старается».

- Дядя Дин вечно старается, - сказал один из внуков, тот, который постарше.

Дин обернулся и показал ему кулак.

- Я слышу!

- Я знаю! - засмеялся мальчик и убежал.

Кроули и Мег появились из ниоткуда, как обычно. Кроули - в идеальном костюме, с бутылкой дорогого вина. Мег - в своей кожаной куртке, с кинжалом на поясе.

- А оружие нельзя, - сказала Джессика.

- Это аксессуар, - ответила Мег.

- Это оружие.

- Это стиль.

Джессика вздохнула, но спорить не стала.

- Проходите.

- Я так и знал, что меня ждут, - сказал Кроули, садясь за стол.

- Тебя не ждали, - ответила Мег.

- А ты?

- Я тебя ждала.

Кроули не нашёлся, что ответить. Мег улыбнулась.

Бен приехал с семьёй. Жена Лайза, дочь Лайза-младшая и сын, которого назвали Дином. Бен вышел из машины, оглядел двор, улыбнулся.

- Пап, - крикнул он.

Дин обернулся.

- Бен? Ты приехал.

- Обещал.

Они обнялись. Дин пахло дымом и летом.

- Ты писал книгу? - спросил Дин.

- Пишу.

- Покажешь?

- Когда закончу.

- А когда?

- Не знаю. Но покажу.

Дин сжал его плечо.

- Я горжусь тобой, сын.

- Я знаю.

- Не зазнавайся.

- Я не зазнаюсь. Я просто пишу.

Джек приехал последним. Из университета - с рюкзаком за плечами, в котором лежали книги и ноутбук.

- Простите, что поздно, - сказал он, обнимая Сэма. - Профессор задержал.

- Ты учишься, это главное, - ответил Сэм.

- А ещё я принёс торт.

- Торт?

- Гавриил передал. Сказал, что сам испёк. Но я не уверен.

- Почему?

- Потому что торт пахнет раем.

Гавриил вышел из-за угла с ложкой в руке.

- Я здесь. И я хочу попробовать свой торт.

- А ты уверен, что он съедобный? - спросил Дин.

- Ангелы умеют готовить. Некоторые.

- Ты не умеешь.

- А ты проверь.

Дин попробовал. Прожевал. Кивнул.

- Нормально.

- Это самое лучшее, что ты говорил о моей еде.

- Не зазнавайся.

- Я не зазнаюсь. Я констатирую.

Торт был огромным. Трёхъярусным, с кремом, ягодами и надписью «Сэм - лучшему брату, отцу и другу». Гавриил, видимо, правда старался.

- А где Люцифер и Михаил? - спросил Кевин.

- В раю. Контролируют.

- Скучают?

- Не признаются.

- А ты?

- А я здесь. Мне скучно в раю. Все праздники одинаковые.

- А здесь?

- Здесь каждый день разный.

Он взял кусок торта и отошёл в сторону, чтобы никто не видел, как он ест. Но все видели. И никто не сказал ни слова.

Чарли принесла свою новомодную камеру. Она ходила по двору, щёлкала всех - и тех, кто позировал, и тех, кто не хотел.

- Чарли, убери! - крикнул Кроули.

- Нет, это для истории.

- Я не хочу быть в истории.

- Ты уже в ней.

Кроули вздохнул, но улыбнулся.

- Чарли, - сказала Мег. - Сфоткай нас.

- Вас?

- Нас.

- На память?

- На память.

Чарли сфоткала их. Кроули обнимал Мег, и на его лице не было обычной маски - только усталое, почти человеческое счастье.

- Ты молодец, - сказала Чарли.

- Я знаю, - ответил Кроули.

После ужина все собрались на веранде. Чарли достала камеру.

- Все сюда! - крикнула она. - Семейное фото! Традиция!

- А где Гавриил? - спросил Кевин.

- Я здесь! - Гавриил выскочил из-за спины Эллен. - Я не могу пропустить такое.

- А Джек?

- Джек, иди сюда!

- Я уже иду.

Он встал рядом с Клэр, та обняла его за плечи.

- Улыбаемся! - сказала Чарли.

- А если не хотим? - спросил Кроули.

- Тогда делайте вид.

Они сделали вид.

Чарли нажала на кнопку. Камера щёлкнула - и застыл момент.

Сэм с Джессикой, оба счастливые. Мэри и Джон, держащиеся за руки. Маленький Дин, сидящий на плечах у дяди. Внуки, прильнувшие к бабушке. Бобби и Руфус, обнявшиеся по-дружески. Эллен, Джо и Эш, прижавшиеся друг к другу. Кевин и Клэр, обнимающие Джека. Кроули с Мег - неловко, но рядом. Бен с женой и детьми, стоящие у края. Ровена с картами, Памела с улыбкой. Дин и Кас - плечом к плечу, и никто не смотрит в камеру, только друг на друга.

- Ещё одну! - крикнула Чарли.

- Ещё!

- И ещё!

- Хватит, - сказал Дин. - А то камера сломается.

- Она вечная, как и вы.

- Не каркай.

- Я не каркаю. Я констатирую.

Вечер спустился на Канзас. Звёзды зажглись над домом, кто-то включил фонарики на веранде, и двор наполнился тёплым светом.

Кто-то спал на диване. Кто-то сидел в кресле и смотрел на огонь. Кто-то танцевал с детьми.

Кас стоял у перил, смотрел на Дина.

- Ты счастлив? - спросил он.

- Счастлив, - ответил Дин. - А ты?

- Я счастлив, когда ты рядом.

- Тогда иди сюда.

Кас подошёл. Дин обнял его.

- Ты мой рай, - сказал он.

- А ты мой дом.

Они стояли так долго - пока не замерцали звёзды, пока не затихли голоса, пока не запахло тортом и кофе.

Дом наполнился тишиной. Не той, которая была в Пустоте - пустой, холодной. А той, которая бывает после хорошего праздника, когда все сыты, счастливы и знают, что завтра будет новый день.

А завтра будет новый день.

И они проживут его так, как захотят.

Свободно.

С любовью.