22 глава

Куртка Виолетты  осталась у меня. Она забыла о ней, когда мы распрощалисьна парковке. Я решила отдать еелере  в университете, но Виолетта позвонила на следующий день перед первой лекцией и сказала, что заберет сама. Я ждала ее на университетскойпарковке, сидя в машине, доедаязавтрак и перелистывая конспектлекций по инфекционным болезнямкошек. Токсоплазмоз - что может быть интереснее с утра в понедельник?

Через пять минут после звонкаявилась Виолетта, и я вылезла к нейнавстречу, кутаясь в кардиган.

- Спасибо, что не дала замерзнуть, -сказала я.

- Спасибо, что подвезла, - ответила она.

- Не за что, - ответила я и сунуласьбыло обратно в салон дочитыватьконспект, но Виолетта коснулась моего рукава и спросила:

- Маша, что ты решила с переездом?

- Я съезжаю, Виолетта. Не могуостаться… Она ничего не ответила. Просто прикрыла глаза и молча покачала головой, словнослышала полнейшую чушь.

- Ладно. По крайней мере я попыталась. Но Лера расстроится. Ты же понимаешь?

Я молча кивнула, опуская глаза.

«Главное, что не расстроишься ты».

- Ну тогда… Прощай? Спасибо за все,что ты сделала. Я про тот день, когда я слегла с ожогами. И про перевязку…

- Все что угодно, лишь бы мама быласпокойна, - вернула я ее фразу.

- Именно.

- Если что, обращайся. Я соглашусьбыстрее, чем любой серийный маньяк, - грустно улыбнулась я.

Виолетта замерла и всмотрелась в мое лицо.

- Теперь ясно, в чем причина этогопобега. Ты слышала наш с Леройразговор.

- Да, прости, - вздохнула я. - Но у меня больше нет ни обиды, ни гнева. Только желание поскорее избавить вас всех отмоего присутствия.

- Маша..

- Все так, как и должно быть! Я былабезумным ребенком и конкретнооблажалась. Ты пострадала и неможешь простить. Я все понимаю.Незачем больше мозолить друг другу глаза…

- Я простила.

- Что? - заморгала я.

- Я простила. Давно. Ты изменилась, и мне не сразу, но все же хватило ума осознать это. Теперь ты можешь просто оставить все как есть? Не съезжай.Лера без ума от тебя…

- Ты в самом деле простила? Виолетта правда? - выдохнула я, не в силахповерить в то, что произошло. Наогромное, грязное, черное пятно, чтовсе эти годы было на моей совести,только что вылили самый лучшийотбеливатель.

- Спасибо, - охрипла от волнения я.- Спасибо! - Я неловко ее обняла, иВиолетта потрепала меня по волосам.

- Теперь ты останешься? - спросила она.

- Если есть кто-то, кто этого хочет, то да.Моя щека лежала на ее груди, рукиобвили ее плечи, и я чувствовала еетеплую ладонь на своей спине - натом самом месте, в котором у ангелов прорастают крылья.

Наверное, они вырастут и у меня…Нет, уже выросли.

* * *

Попрощавшись с друзьями послелекций, я направилась к парковке.Ярко светило солнце, хотелось петьи кружится. Я сняла с рук перчатки,стянула с шеи шарф и подставилалицо ветру. Свобода - вот какой унее запах: свежего воздуха и мокройлиствы. Сейчас я заброшу рюкзак икуртку в багажник, включу веселую,беззаботную песню, опущу стеклаи поеду домой, наслаждаясь этимволшебным днем - днем, когда мнепростили самый ужасный поступок!Машина была окруженастаршекурсницами: человекпять-шесть. Некоторых я видела на той самой вечеринке, на которой впервые встретила Виолетту. Они обступилимою машину, курили и смеялись. Ана капоте бессовестно расселась сама София, болтая ногами и постукиваякаблуками по решетке радиатора.

- Что вам нужно? - спросила я.

- О, а вот и наша девочка-целочка.Хотя подождите… За эту машинукрошке Маше точно пришлосьрасплачиваться, так что, боюсь, мыпоторопились с выводами, дамы, инаша девочка на самом деле… вообще…не целочка. Упс!

- Что вам нужно? - повторила я,стараясь не терять присутствия духа.

- Да так… поболтать о девушкахИнтересно, та громила - в самом деле твоя девушка?

Я схватилась за ручку двери, но однаиз девушек - та самая Яна, чтобыла на вечеринке, - захлопнула дверь перед моим носом.

Внезапный страх парализовал меня.Одно дело ругаться с Софией посредикафе в сопровождении друзей, исовсем другое - в одиночку, на улице, с численным перевесом не в мою пользу.

- А если у тебя уже есть девушка, токакого черта ты вешаешься на мою,Смирнова?

- Что за чушь?

- На том самом месте, где ты сегодняутром тискала Виолетту, до сих порогромное пятно на полу.

- Что? - пробормотала я, не понимая ни слова.

- Что-что… Пятно! И знаешь, от чего,подруга?

- От чего? - повторила я машинально, как робот.

- Ну как от чего, - закатила глаза София.

- От твоих слюней, конечно же. Их там целая лужа натекла.

«Зачем я сняла перчатки, зачем сняла перчатки?! - вопила я мысленно. - Ведьтеперь не смогу себя защитить…»Не слушая их хохот, но все сильнееподдаваясь панике, я вынула изкармана телефон, чтобы набратьЛеру. Она сможет спасти меня отэтой тошнотворной компании, еслипоторопиться…

- Не торопись. - Яна выхватилаиз моих пальцев телефон и бросилаего Софии, который та ловко поймала.

- Разве тебе не нравится нашакомпания?

Я схватила ее за рукав и попыталасьоттащить от двери своей машины,чтобы забиться внутрь. В тот момент.было плевать даже на телефон,который останется у Софии. Но Янавыдернула руку и оттолкнула меня,улыбаясь во все тридцать два. Яударилась спиной о стоящую рядоммашину, и та разразилась паническойсиреной.

- Какая же ты неуклюжая, Смирнова, -зацокала языком Яна.

Все, мне больше было не жалко рук.Я припечатала к лицу Яны такуюпощечину, что она охнула и потеряларавновесие. София соскочила с капота, налетела на меня и ударила по лицу. Я схватилась за щеку и тут же получилавторой удар по другой. Кто-то вцепился в мои волосы и резко дернул…Я вырвалась и бросилась бежать- и чуть не угодила под машину.Мне засигналили, я резко поменялатраекторию движения, какперепуганный насмерть олень, ипустилась к дверям университета. Там я смогу укрыться у администратора ипозвонить. Если он еще не ушел. Боже, только бы административная стойка не пустовала, иначе не знаю, как буду вызывать скорую…И в эту секунду я увидела Виолетту,которая стояла на ступенькахуниверситетского крыльца с Димой,Алди и парой других парней. Врядли это было хорошей идеей - искатьзащиты у человека, за прикосновение к которому мне только что врезали. Ноничего лучше я не придумала. Вытерев слезы, я бросилась к ней, содрогаясь от криков и смеха за своей спиной.

- Виолетта. - Я тронула ее за плечо, иона обернулась. - Мне нужно позвонить. Могу я взять твой телефон?

Я старалась говорить как можно спокойнее, не хватало еще разреветьсяперед ней и ее друзьями, которыеразглядывали меня с веселымлюбопытством.Виолетта вытащила айфон и протянуламне, и в этот момент я услышалапозади топот каблучков Софии.

- Маша, кажется, мы друг друга нетак поняли.

Она подошла к Виолетте и положилаголову ей на плечо, довольноулыбаясь.

- Что происходит? - спросила она,переводя взгляд с меня на нее иобратно.

- Да так… Ерунда. Я решила напомнить Маше, что это не слишком красиво - западать на чужих девушек, а онарасстроилась и убежала…

Кто-то хохотнул. Мои щеки запылали от обиды и гнева. Хотелось наброситьсяна нее с кулаками, но вдруг накатила такая апатия и такое отчаяние. Мнепридется пропустить две неделив университете из-за собственнойглупости. Не нужно было прикасаться к ней вообще! Какая же я дура…

Я отошла в сторону и трясущимисяпальцами набрала номер скорой. Меня лихорадило так, что стучали зубы.

- Нужна скорая в Тринити-колледж,- тихо заговорила я, водя ладонью повспотевшему лбу. - Я на крыльце, иу меня через десять минут начнетсясильный аллергический приступ,вплоть до отторжения кожи на лице. Пожалуйста, у меня есть всего десять минут, а потом я могу потерять сознание. Я ношу браслет с подробной информацией о моей болезни. На мнебелый кардиган, голубые джинсы..

Я посмотрела на стоящую рядомкомпанию и стерла навернувшиесяна слезы. Никто не услышалменя: подоспевшие подруги Софиисмешались с друзьями Виолетты,пересказывали друг другу что-то оченьсмешное и косо поглядывая на меня.Сама София висла на плече Виолеттынаслаждаясь своим триумфом. НоВиолетта…Она услышала.Она развернулась ко мне всем корпусом,и на ее лице застыло какое-то новоедля меня выражение: странное,безумное, паническое. Ее глаза былишироко распахнуты, челюсти сжались,на шее пульсировала жилка.

«Теперь ты знаешь, - подумала я,встречаясь с ним взглядом. - Теперь ты знаешь, что мы узники одного и того же демона».

- Я услышала то, что услышала? -двинулась ко мне она, выпускаяиз объятий Софу. - Что именнопроизошло?!

- Да, ты услышала, что услышала. Меня ударили по лицу, вот что, - сглотнула я и протянула ей телефон.Она не взяла его, а схватила меня за плечи и легко встряхнула.

- Сколько времени прошло?!

- Что? - моргнула я.

- Сколько времени прошло с моментаудара?! - Она почти перешла на крик, привлекая внимание всех людей накрыльце. Подруги Софы изумленнозамолкли, парни тоже. Те, кто проходилмимо, начали оглядываться.

- Несколько минут, - всхлипнула я. -Три или четыре, я не уверена!А дальше случилось что-тоневероятное. Ви схватила меня заруку и быстро повела за собой - чуть лине потащила!

- К парковке.

- Виолетта ?! - бросила ему в спинуСофия. - ВИОЛЕТТА?!

Она даже не обернулась. Втащила меня в свою «Теслу», села за руль и ударилапо газам. Наша машина пронесласьмимо компании на крыльце, которая провожала нас во-о-от такими глазами.Все, как один, были в шоке: ведьВи попросту стряхнула с плечасвою девушку, взяла за руку другую и уехала с ней. На глазах у всего универа…Пока я прокручивала все это в своейголове, содрогаясь от ужаса, Виолеттанесслась, как сумасшедшая, прочь изуниверситета.

- Что ты делаешь, Виолетта?! Что тыделаешь?!

- Почему ты не сказала раньше?!

- София с ума сойдет…

- У тебя через пять минут сгорит кожа на лице, а ты переживаешь за Софию?!

- Я не хочу, чтобы у вас былипроблемы…

- Господи, лучше помолчи! По какойщеке ударили? И кто? Софа?

- По обеим… Я не помню, кто…

Ви влетела на парковку, вывеламеня из машины и, ничего необъясняя, потащила в свою квартиру.Я бежала за ней, спотыкаясь изадыхаясь. Она распахнула дверь ивтолкнула меня в ванную комнату.Сорвала с меня кардиган, выдергиваяиз рукавов мои руки. Сняла с рукиболометр. Вырвала из пальцев телефон,который я все это время судорожносжимала.

- В душевую, Маша!

Она сжала в руке насадку для душа ивключила воду. Струи с визгом ударилив пол.

- Это не поможет! Родители пытались смывать прикосновения, когда я быларебенком, но это никогда не помогало!

- Какой температуры была вода?

- Да не знаю… Теплая. Иногдахолодная…

- А сейчас будет почти кипяток. Но ты должна терпеть. Закрой глаза!

Я зажмурилась, и мое лицо обожглинестерпимо горячие струи.

- Виолетта! - завизжала я, вырываясь.

Она прижала меня к стене всем своимвесом, пока я кричала от боли,задыхалась и плакала. Вода, поощущениям близкая к температурекипения, хлестала кожу на моем лице, на моей шее.

- Маша, прошу тебя, терпи…

Я больше не могла терпеть. Ясудорожно вцепилась в Виолетту,чувствуя, как плохо держат ноги.

- Я не могу больше! Виолетта, мнебольно, МНЕ БОЛЬНО!

Но она держала меня и не выпускала. Апотом вода резко выключилась, и мой плач в обрушившейся на нас тишинезазвучал оглушительно громко.Виолетта обняла меня, и мы осели напол душевой кабинки. Облепленныепромокшей насквозь одеждой, лицараскраснелись от пара, с волос капала вода.

- Все в порядке, Маша. Думаю, мыуспели, - бормотала она, касаясьмоего подбородка и внимательноразглядывая мое лицо. У меняперехватило дыхание от этого «мы». Я смотрела на нее, не зная, что больше похоже на сон: Виолетта Малышенко,сидящая рядом со мной в душевойкабинке ее квартиры, или моелицо, которое все еще было целым. Я коснулась ладонями щек - на коже не было ни крови, ни волдырей.И чем больше я понимала, чтоуцелела, тем сильнее меня трясло.И волна изумления и благодарностиподнималась во мне все выше и выше, пока наконец не затопило полностью.

- Как? Как это возможно?!

- Горячая вода разрушает чужеродные вещества, которые скрываюталлергическую реакцию. Причембыстрее и эффективней, чем любыедругие средства. Но вода должна бытьочень горячей. На грани того, чтоможно вынести. И желательно подбольшим напором, чтобы навернякасмыть все до последней молекулы.

Виолетта вылезла из душевой, позвонилаи отменила вызов скорой. Потомпротянула полотенце, оглядела моювымокшую насквозь одежду и сословами «я принесу тебе что-нибудьсухое» вышла из душевой.

Я поднялась, пошатываясь, и стерла с зеркала конденсат. Мое лицо сильнопокраснело и распухло от воды. Пощекам струились подтеки туши, губыжгло. Но в целом ничего такого, из-зачего стоило бы нестись в госпиталь.Ну, почти…Я попробовала снять намокшуюрубашку и обнаружила розовые следы,которые оставляли на ткани моиладони. Они покраснели и отекли.Кое-где лопнули сосуды и наружупроступили капли крови. Мои руки - я совсем про них забыла…Виолетта постучала, вошла и протянуласухую одежду и полотенце. Я не взяла их.

- Виолетта, боюсь, я испорчу вещи…Смотри. - Я показала окровавленныеладони, которые все сильнее и сильнеепокрывались волдырями.

- Черт, - выругалась она. - Еще и руки…

- Я ударила Яну… И оттолкнулаСофу, когда… Все случилось. Прости, я совсем забыла об этом…

Мои зубы стучали от холода. Мокраяодежда уже перестала быть теплымкоконом - скорее, стала ледянымсаваном.Виолетта дала два бумажныхполотенца, и я зажала их в ладонях,пока она раздевала меня. Ее пальцырасстегивали пуговицы и помогалимне выпутаться из мокрой одежды.Сама она уже переоделась в сухое: белаяфутболка и серые хлопковые штаны.

- Дальше сможешь сама? - спросила она,когда на мне осталась только тонкая вымокшая майка и трусики.

- Попробую, - неуверенно кивнула я и уставилась на алые капли на кафеле:кровь пропитала салфетки в кулаках итеперь начала капать на пол. Визаметила это тоже.

- Ох, ладно… Повернись спиной, я небуду смотреть. - Она помогла мне снятьмайку и надеть ту одежду, что онапринесла. Это оказались его футболкаи пижамные штаны. - Идем, нужноостановить кровь.

- Переживу, главное, что не лицо…Виолетта завернула в салфетки лед, и ясжала их в ладонях.

- Тебе нужно прилечь, ты совсембелая… Сейчас поищу обезболивающее.Иди в кровать.

- Я залью там все кровью.

- Не самое страшное, что можетслучиться.

- Нет…

- Аллергические реакции бьют нетолько по коже, но и по сосудами легким. Замечала проблемы сдыханием после каждого приступа?

- Да…

- Вот именно. Кислородной маскиу меня нет. Так что если не хочешьпотерять сознание от удушья, то,пожалуйста, ляг в кровать. Твои легкиесейчас страдают не меньше, чемладони.

Не дожидаясь согласия, Виолетта подняла меня на руки и отнесла в кровать.Потом дала новые салфетки и уложиламои ладони на валик из полотенца.Мне и в самом деле стоило прилечь. Ночто-то очень-очень неправильное былов том, чтобы лежать в ее постели.

- Ты же представляешь, что будет,если София увидит меня здесь? -пробормотала я. - Да еще и после того,как ты бросила ее на парковке и уехаласо мной… Армагеддон… Виолетта мнестоит уйти…

Я перевернулась на спину и увиделаее, стоящую  у окна и перебирающеголекарства в пластиковом боксе.Смотрите, как оно бывает: не так давно я лечила её.

- София не придет сюда, пока я сама ненайду ее и не объясню все. Она жуткогордая. Так что оставайся.

Она протянула таблеткуобезболивающего и поднесла к моимгубам стакан воды. Кровь капала изсжатых кулаков на полотенце и тутже впитывалась. От боли кружиласьголова.

- Ты уверена?

- Абсолютно.

Я прикрыла глаза и, сама того незаметив, провалилась в сон.

* * *

Меня разбудили тихие голоса Леры и Виолетты. И я разбирала, о чемони говорят. Лера спрашивала, чтопроизошло. Виолетта пересказывала историю моего появления, опускаякое-какие подробности, например, какона раздела меня до трусов…

-Софя  там с ума сходит, - сказала Лера.

- Боюсь, тебе придется очень много всего объяснить ей.

- Расскажу как есть.

- Виол, если она узнает секретМаши, то его узнают все. София не станетдержать язык за зубами.

- Я не стану врать ей, - возразила она.

- А придется! Секрет Маши остается еесекретом. И прежде, чем делиться им скем-то, ты должна спросить Машу, хочетли она, чтобы об этом знал кто-то еще…

- Хорошо! Я не скажу Софе! Что-нибудьпридумаю… - раздраженно сказалаВиолетта и, резко меняя тему, добавила:

- Я говорила сегодня с родителями… иони наконец-то соизволили объяснитьмне кое-что. Они привозили меняк Смирновым восемь лет назад, чтобыпознакомить с Машей. У нас с ней непросто одна и та же болезнь - мы еще исовместимы…

- Я надеюсь, это наталкивает тебя на… кое-какие мысли? - многозначительноспросила Лера.Теперь я окончательно проснулась,приподнялась на локтях и перестала дышать в ожидании ответа. Этот ответрешит все.

- Я знаю, на что ты намекаешь, -сказала Виолетта. - Но на самом деле ядумаю только о том, что София с умасойдет, если узнает, что я и Маша неоставляем ожогов друг на друге…

- Ничего, переживет, - холодно сказала Лера, - И, уверена, тут же найдет замену.

- Лера, я не собираюсь вышвыриватьсвою девушку только потому, чтонашла более… удобный вариант!С Софой, конечно, сложно, но мненравятся эти сложности. Онанепредсказуема, она бесстрашна,ее не оттолкнуло ни одно из моихтребований вроде отказа от поцелуевв губы или обливания кипяткомпосле каждого секса. Я люблю ее. АМаша… Ей нужно просто помочьнемного адаптироваться. Я могунаучить ее жить… почти нормально.Она сможет не носить перчатки,сможет заниматься любовью с кемзахочет, сможет перестать бояться ишарахаться от других людей… Я помогу ей.

Я закрыла глаза и попыталасьуспокоить дыхание.В этом доме слишком тонкие стены.Зато у моего сердца слишком толстыестенки. Ты раз за разом разбиваешьего, Виолетта Малышенко, а оновыдерживает это снова и снова…

* * *

Я уткнулась лицом в подушкуВиолетты, вдохнула едва уловимыйаромат ее одеколона. Должно быть, этоудивительное чувство - принадлежатькому-то. Спать в ее постели. Делить сэтим человеком свое тело и мысли…Потом я выползла из кровати и вышлав гостиную. Лера сидела на диване,укрывшись пледом. Виолетта устроилась в кресле с ноутом.

- Э-эй, - проворковала Лера. - Как ты?

- Более-менее, - кивнула я. - Но оченьболят ладони…

- Я найду тебе обезболивающее. -Виолетта встала и отправилась на кухню.

- И перевязать не мешало бы.

Я села рядом с Лерой, избегая смотретьей в глаза. Мне казалось, что онасможет прочитать мои мысли. Все моимятежные, страшные мысли.

- Это, кажется, твое. - Она протянуламой телефон. - Ой, прости, ты жене сможешь его взять… Я положувот здесь, и ты заберешь его, когдаВиолетта перевяжет тебе руки.

- Спасибо, - кивнула я, боясь дажеспрашивать о том, как именно Лера забрала у Софии и ее своры мойтелефон. И что они ей сказали…Наверняка кучу гадостей обо мне…

- Как поспала?

- Прекрасно. Я еще никогда не спала в постели девушки , так что… Впечатленийвыше крыши, - хмуро пошутила я. -Теперь ты знаешь, да?

- Что у тебя такая же болезнь, каки у Виолетты ? Да, знаю, и, поверь,это никак не повлияет на моеотношение к тебе. Я восхищаюсьтобой, как восхищаюсь Виолеттой Вы не покорились болезни, выперешагиваете через препятствия иборитесь за свое место под солнцем…

В комнату вернулась Виолетта, принеслатаблетки, мази и бинты. Я протянула ей ладони и, пока онк бинтовалк их,разглядывала ее сосредоточенноелицо, длинные ресницы , волосы, шрамы напредплечьях, искалеченную руку.

Ох, как же хотелось поцеловать ее.Эта мысль не давала мне покоя с тогосамого момента, как я поняла, что мысовместимы, но сейчас стала простоневыносимо навязчивой.

«Интересно, как все сложилось бы,если бы она встретила меня раньшеСофы. Смогла  бы она увлечься мной или нет?» - подумала я.

«А она и встретила тебя раньше. Ипосмотри, как все сложилось»,- отозвался внутри маленькийпротивный голосок.

- Ты должна была сказать освоей болезни, - сказала Виолетта,заворачивая мои ладони в бинты.

- Зачем?

- Затем, что все это можно было предотвратить.

- Каким образом? Ты бы стерегла менядень и ночь? - иронично заметила я,внезапно раздражаясь.

Виолетта подняла глаза и спокойнозаметила:

- Я бы могла предупредить Софу.

- А я не хочу, чтобы она знала! Она илюбой другой! И я имею право на эту конфиденциальность! Слышишь?

- Слышу, - ответила она, пожимаяплечами.

Больше мы не говорили.Я вернулась в свою квартиру и поняла,каково это - быть безрукой. Я испыталаневероятные сложности буквальносовсем: с включением света, сприготовлением чая, с элементарнымигигиеническими процедурами. Моиладони напоминали две деревянныедоски, на каждой из которых торчалопять пальцев-сучков. Древорукая Маша,которая ближайшую неделю не сможетни ресницы накрасить, ни сесть заруль, ни убрать за собой.

Я уронила и разбила любимую чашку.Не смогла толком вытереть воду наполу и оставила, как есть. Не смогланамазать зубную пасту на щетку.Но это все ерунда. По-настоящемуплохо будет завтра, когда я проснусь ивспомню обо всем, что произошло. Аименно: прекрасная принцесса, котораясмогла бы спасти меня из заточения вСтигмалион, проскакала на коне мимо.В ее руках развевался флаг с гербомпринцессы, которой она уже отдаласвое сердце. Ее доспехи покрывалиотпечатки ее жадных пальцев. А мнеона послала только ободряющую улыбкуи волшебный ключ от потайноговхода:

«Воспользуйся, если хочешь. Застенами твоей тюрьмы есть мир, нобежать ты должна сама. Я принадлежу другой».

_________________________________________

Вот и новая глава!Следующая будет после того как наберётся 10 звёздочек)