Часть 14 Признание

Только оказавшись в отеле Энтони осознал, что вышел из дома не взяв с собой карту. Телефон парень отключил, дабы Кристофер ему не трезвонил, да и толку от него? Сидя в парке на скамейке, юноша размышлял что ему делать. Идти домой не хотелось, а точнее нарываться на скандал с богачом, которого явно не обрадовал его уход.

«На улице холодно... Всю ночь я здесь не продержусь» — думал про себя юноша, опрокинув голову назад, смотря на появляющиеся звёзды в небе. «Почему я не могу простить Кристофера... Хотя, кажется, я не могу простить самого себя. Будучи с ним, я вновь словно превращаюсь в того никчёмного ребенка. Того, кто не может о себе позаботься. Того, кто ничего не может...» — парень сжал кулаки, — «Нет. Я больше не опущусь на дно. Ни за что! Я больше...»

— Энтони?

Подняв голову, юноша поразился, увидев Уильяма с его друзьями. Некоторые тут же принялись перешёптываться, и явно не в самом хорошем русел.

— Привет, — отвёл взгляд юноша, никак не ожидая сегодня встретить старосту. Особенно, когда его ещё держат в подозреваемых по чудовищному преступлению.

— Ты в порядке? Такой кошмар творился вчера... — всё ещё стоя возле юноши, поинтересовался Уильям, хотя его друзья явно желали продолжить прогулку, а не задерживаться.

— Да. Всё хорошо. Иди, тебя ждут. — встал со скамейки Энтони, желая сбежать от этих осуждающих взгляд. От этих взволнованных глаз... Ото всех.

Энтони подозревал, какая теперь у него будет «Популярность» в университете. Хоть глупые слухи не сильно его тревожили, но всё же они явно будут раздражать. И ладно слухи, теперь юноше трудно будет найти клиентов, а значит вскоре ему нужно покинуть даже то скромное жильё и переезжать куда-нибудь в комнату, а это очень неудобно...

«Как же паршиво... Стоит ли завтра идти на занятия? Но, если я много пропущу будут проблемы и...»

— Энтони! — ощутив, как кто-то сжал его холодную руку, юноша обернулся, увидев Уильяма, — Ты не в порядке... — раскусил одногруппника староста, и тому ничего не оставалось, как признаться:

— Да. Я не в порядке...

***

Сидя в уютной комнате, Энтони никак не мог понять как оказался здесь. А точнее, как позволил Уильяму взять себя и увести в дом, не проявив при этом никаких возражений. «Видимо, я и впрямь сломан...» — тяжело вздохнул юноша, подняв взгляд на зашедшего в комнату человека с двумя чашками кофе.

— Кажется, ты замёрз. Вот, он с ореховым вкусом, — протянув стакан одногруппнику, улыбнулся староста.

— Спасибо, — сухо бросил Энтони, смотря на кружку у себя в руках.

— Энтони, всё будет хорошо. Я уверен ты не в чём не виноват и говорю об этом всем, так что слухи скоро прекратиться, а если нет, то я лично их прекращу. — гордо заявил белобрысый красавец, но данные слова не обрадовали того, кто не желал просить помощи.

— И зачем тебе это делать? — весьма грубо бросил юноша, сжимая горячую кружку крепче, — Только потому, что тебе со мной комфортно? Уж слишком много сил ты тратишь ради комфорта.

— Энтони...

— Я не смогу тебе за это ничего дать. Твои старания обратятся в пустоту!

— Энто...

— Так что, не надо ничего делать, хорошо? Просто ничего не делай и...

— Энтони! — внезапно крикнул староста, схватив юношу за плечи, наконец, заставив замолчать, — Почему ты всегда говоришь про какие-то долги? Неужели люди не могут просто помогать кому-то, потому как им этого хочется? Без корыстных целей и желания получить что-то взамен. — серьезно вторил Уильям, не отводя своих зеленых глаз от юноши, который не мог найти на это ответ.

Он правда думал, что всем надо платить. Нельзя взять доброту человека и не отдать. Это не честно...

— Это из-за него? — вдруг задал вопрос староста, и даже без уточнения Энтони понимал о ком идёт речь, — Так вот во что... — опустив плечи приятеля, Уильям сел рядом, начав размышлять, — Энтони, что бы он тебе не говорил, ты не должен чувствовать на себе груз какого-то долга. Особенно, если этот долг духовный или моральный. Это люди должны давать безвозмездно. Если же у тебя к нему денежный долг, то лучше скорее отдай и забудь о нём. С такими людьми лучше не связываться. — с тяжелым вздохом посоветовал юноша, но видя, что одногруппник всё так же сидит с опущенной головой, поспешил добавить, — Большой долг? Если что я могу занять. Не над мне будет возвращать проценты или...

— Я ничего у него не занимал. — оборвал старосту Энтони, хотя и понимая, что его слова верны, но принять этого не мог. — Я не на столько глуп, чтобы занимать у кого-нибудь деньги. И я не на столько глуп, чтобы верить в сказки о том, что люди помогают друг другу без всякой на то причины, — юноша поднял взгляд на старосту, — И если ты не хочешь говорить истинную причину, то я и не хочу ничего говорить. — встав и поставив стакан на стол, юноша направился к выходу, — Спасибо за разговор. — начал обуваться Энтони, желая скорее уйти, но появившийся позади юноша не дал ему это сделать, лишь сказав три слова.

— Ты мне нравишься.

Зрачки Энтони в мгновение расширились, а тело замерло в одном положении. «Что? Я ослышался?» — не верил свои ушам юноша, обернувшись к старосте, стоящего в коридоре со смущенным и встревоженным лицом. Парень явно не привык говорить такие слова кому-то.

— В тот день, когда мы первый раз встретились... Мне было больно, ведь я не смог добиться высот в искусстве, и проиграл конкурс. — вдруг начал рассказывать свою историю староста, — Мне было так паршиво, но я должен был строить из себя сильного парня. Так всегда учил меня отец... Не показывать слабость, не плакать, и не жаловаться. Это значит быть сильным... Я был сильным и долго держал всё в себе, но когда увидел тебя, то... — Уильям поднял голову, встретившись со взглядом юноши, внимательно слушающего его, — Я понял, что я могу быть слабым. И ты меня за это не осудишь, ведь мы вместе льем слёзы, а потом вновь становимся сильными в глазах других. До этого я видел тебя как усердного студента, сидевшего до поздно в библиотеке, а в тот день передо мной предстал слабый юноша, с болью в душе... — парень сжал кулаки. Уильяму точно трудно открывать свою душу, но он делал это, — С того дня мне стало интересно узнавать тебя больше, и я хотел стать к тебе ближе, но боялся, что тебе не нужен будет такой как я, и потому... — подойдя ближе и присев возле Энтони, староста выдавил из себя улыбку, — Я не прошу тебя отвечать мне взаимностью. Я лишь хочу, чтобы ты знал, что я никогда не попрошу у тебя что-то за свои чувства. Мне только хочется видеть твою улыбку, и этого вполне достаточно.

Дослушав Уильяма, Энтони с удивлением и шоком глядел на него, не веря, что это может быть правдой. В душе парня царил такой бардак. Он не понимал что? Как? Почему? Но сейчас ему это было не важно, ведь он узнал истинную причину, и она оказалась весомой.

— Кристофер пострадал из-за меня, и теперь я чувствую перед ним долг вины, — так же решил поведать о своих переживаниях юноша, облокотившись на стену, — Точнее его дело. Я не хотел, чтобы кто-то вступал за меня в моих проблемах, но он влез и теперь... — Энтони тяжело вздохнул, даже не представляя как может вернуть богачу долг за нарушенные связи.

— Но, ведь ты не просил его ни о чём, так значит и ничего не должен, — подхватив мысль, сделал заключения староста, — У семьи Митчелл большие связи, так что не думаю, что из-за одних он сильно пострадает. Наверняка, Кристофер сделал это специально, дабы ты чувствовал себя виновным перед ним, — сев рядом, утешал юношу Уильям.

— Не только в этом дело. Я нравлюсь Кристоферу, и позволив ему мне помогать, я словно дал ему шанс, но это было не так и.. — Энтони уткнул лицо в колени, понимая как сильно открывается Уильяму, но ведь и тот ему раскрылся, потому юноша верил этому человеку.

— Да, я давно заметил, что он от тебя не отлипает. Но, Энтони, ты не должен отвечать ему взаимно только потому, что ты ему нравишься. Как и мне, и кому-либо другому. Ты должен сам решать с кем быть и кого любить, а чужие чувства – это не твоя забота, — строго проговорил юноша, сжимая ладонь одногруппника.

— Не моя забота... — задумался Энтони, вспоминая, что именно из-за его решений всё выходило так, как выходило, — Но, ведь мы несём ответственность за чувства, которые даём другим. Я тоже поступал неправильно, и не только с Кристофером, — вспоминая о Дэниэле, проговорил юноша, — Но с тобой я не хочу поступать неправильно. Я хочу, чтобы ты точно знал, что я... — подняв голову, карие и зеленые глаза встретились, и в тех и тех читалось замешательство и неуверенность, — Чувствую к тебе симпатию, но пока это всё...

— Ничего. Я подожду, а если ты и не сможешь принять мои чувства, то ничего страшного. — улыбнулся Уильям, — Но, можем ли мы... Начать быть немного ближе.. Гулять вместе? Проводить время.. хотя бы на переменах. — с неуверенностью спросил староста, и видя его смущённое лицо, Энтони впервые за вечер искренне улыбнулся.

— Да, можем.

***

Проснувшись от вкусного запаха, Энтони поднялся с постели. Уильям настоял на том, чтобы гость остался у него и спал в комнате, а сам же староста разместился в зале соединённом с кухней. У Уильяма была однокомнатная квартира, но очень даже уютная.

Парень рассказал, что её ему дали родители на время, пока он учится, поскольку дальше парень будет сам решать куда ехать и где жить. Энтони нравился такой подход родителей. Они вносят первый капитал, дабы встать на ноги, а затем дают сыну свободу, не упрекая в том, что он должен следовать их указки заплатить им за их траты и силы.

Уильям рассказывал, что его родители хорошие люди, и у них чудесные отношения. Те были даже не против, дабы юноша поступал в художественный, но поставили условие, куда парень поступит на бюджет, там и будет обучаться. А так как отбор он не прошёл, то пришлось идти туда, куда взяли.

— Что это? Пахнет вкусно, — вышел из комнаты гость, заметив как белокурый красавец готовит.

— Японский омлет. — обернувшись к проснувшемуся, поведал староста, и видя его чутка растрепанную шевелюру и обычно домашнюю одежду, Энтони аж замялся, ощутив покраснения щёк.

— Я приму душ? — спросил юношу, получив смешок от хозяина квартиры, прямо говорящий: — «Чего спрашиваешь ерунду?»

Умывшись и позавтракав, парни направились на занятия. Энтони чувствовал себя намного лучше, будучи с Уильямом. Староста действительно казался солнышком, умеющим развеселить даже такую тучку, как Энтони. Вроде, беседа ни о чём не может помочь в решении проблемы, но Энтони она помогла.

— Может, погуляем сегодня после занятий? — уже почти подходя к учебному заведению, спросил староста, и хоть вопрос был задан будто невзначай, но казалось ему это важно.

— У меня сегодня репетиторство. — смотря в свой телефон, никак не мог отменять оставшуюся крому юноша, но видя, что староста чуть помрачнел, добавил, — Но если хочешь, можем погулять часик после неё.

— Отлично. Скажешь где? Я тебя встре...

— Энти! — раздался грубый голос позади парней, и вся их милая атмосфера тут же испарилась.

Парень тяжело вздохнул, не видя, но уже понимая, кто стоит за его спиной. Да, Энтони знал, что сегодня они точно встретятся с Кристофером, но пылал надеждой оттянуть этот миг подольше.

— Отойди. — услышав рычание богача, Энтони обернулся, заметив, что Уильям заслонил его собой.

— Он не хочет с тобой разговаривать ты не имеешь право его заставлять. — грубо бросил староста, вступившись за юношу.

— Это не твоё дело. Последний раз говорю отойди, иначе...

— Ударишь? — предположил Уильям, кажется, вовсе не боясь вступить в драку с сильным юношей, преобладающему в мышцах.

— Убью. — бросил Кристофер, и видя его злость, Энтони понимал, что тот и впрямь может это сделать.

— Тогда начни с меня. — сравнялся со старостой юноша, и увидев его, недавно злые зрачки богача растерялись.

— Энти, что случилось? Почему ты вчера так внезапно ушёл? Если слова отца обидели тебя, то....

— Никто меня не обидел, я просто... — Энтони сжал кулаки, и хоть, казалось, он всё взвесил и решил, но произносить слова в слух оказалось трудно, — Не хочу этого, Кристофер. Оставь уже меня в покое.

— Чт.. — зрачки богача сузились, от услышанных слов.

Энтони взял старосту за локоть, тем самым прося двигаться дальше в университет. Несмотря на то, что юноша сказал то, что должен был, ему стало так больно. Так плохо... Такое чувство, будто Энтони совершал ошибку, но ведь он всё рассчитал ни один раз, и не должен был ошибиться в своём выборе.

— Энти, я это не приму! — вдруг схватил богач юношу за руку, потащив на себя. Не успел Энтони ничего предпринять, как вперед вышел Уильям, ударив прямо по лицу Кристофера, заставив того отпустить свою жертву.

— Хватит уже обращаться с ним как со своей собственностью! — неожиданно громко заявил староста, от чего многие студенты обернулись на потасовку.

— Собственность... — лицо Кристофера было прикрыто его рукой, но Энтони подозревал, какое сейчас у него выражение, — Уж кому-кому... — на физиономии богача появилась пугающая улыбка, дающая понять юноше, что тот в гневе, — Но не тебе мне об этом говорить!

Кристофер двинулся на старосту желая отдать ему взаимный удар, но вышедший вперёд юноша не дал ему этого сделать, сильно получив по лицу от бывшего друга.

— Кх.. — взвыл Энтони, ощущая как по губе стекает струя крови.

— Что... ты... — тут же гнев богача сменился растерянностью и страхом. Даже его руки затряслись, будто он увидел что-то очень жуткое.

— Энтони, можешь встать? Я отведу тебя в медпункт! — присев возле юноши, с беспокойством начал вторить староста, бросив злой взгляд на богача, — Оставь уже его в покое. — чуть ли не прорычал Уильям, помогая Энтони подняться и направиться в университет, игнорируя стоящего позади парня, так и не решившемуся сделать и шаг.