Глава 24. Потеря

Лёша

Когда презерватив оказался на моём вставшем члене, я вздрогнул. Мне просто не верилось, что я войду в свою девочку. Но всё же я сомневался, потому что знал, что ей будет больно. Я опять сделаю ей больно, именно тогда, когда она меньше всего этого ожидает. Она может сколько угодно говорить, что хочет меня и не боится этого сделать, но я лучше всех знаю, что ей не избежать боли.

— Я буду нежен, детка. А если будет больно, говори, и я остановлюсь, — произнёс я, проводя ладонью по её сладкому лицу.

— Ты меня пугаешь. Неужели всё настолько плохо? — истерически рассмеялась она.

Я закрыл глаза, напрягаясь, хотя мне стоило бы расслабиться, потому что я, чёрт возьми, собираюсь трахать мою малышку, а значит, я ответственен за неё и её тело.

— Просто скажи, если почувствуешь хоть немного боли, — потребовал я.

Она кивнула, что мне не сильно понравилось, но сейчас было важно лишь одно — мы. Я приставил кончик, сразу же обращая на её лицо внимание, будто от обычного прикосновения она могла разорваться пополам.

— Всё нормально, продолжай, — невинно произнесла она, приоткрывая свой рот в форме «о».

Прислушиваясь к каждому её вздоху, я двинулся чуть вперёд, едва не падая на Алину всем весом из-за узкости её киски. Чёрт, мне казалось меня сдавливают всеми канатами мира. 

— Малыш, расслабься, ладно? — нежно произнёс я, захватывая её губы зубами. Когда малышка кивнула, я продолжил двигаться, всё ещё наблюдая за выражением её лица.

— Лёша...

— Что? Больно? — тут же остановился я, оглядывая её со всех сторон. — Чёрт, Алина, почему ты такая худая? Мне всегда кажется, что я сломал тебе что-нибудь, — прошипел я, поглаживая её по животу.

— Мне хорошо, даже не больно, — улыбнулась она, закусывая губу.

— Это комплимент, или ты решила меня оскорбить прямо во время секса? — выгнул я бровь, входя в Алину наполовину. Мы одновременно застонали, и мне показалось, что я уже готов кончить.

— Ты вошёл полностью? — спросила она, пытаясь взглянуть на место, где мы соединяемся, что вызвало у меня хищную улыбку.

— Даже не близко, малыш, но я не буду двигаться дальше, если тебе этого достаточно. — Я взглянул на неё, которая выглядела сейчас как моя собственная доза никотина.

— А тебе достаточно?

Она взглянула на меня из-под лба.

— Мне никогда не будет тебя хватать, чёрт возьми.

Изо рта вырвался пар, когда я вышел из неё и снова вошёл, чувствуя, как её ранее напряжённые стенки стали мягче и скользче в такт с моим членом. Наклонившись к её лицу, я поцеловал её, захватывая всё её внимание, чтобы она меньше ощущала всю боль. Я входил и выходил, постепенно растягивая её, а Алина лишь лежала подо мной, постанывая. Мне хотелось почувствовать, что она чувствовала в этот момент, какие были её эмоции и что она хотела бы сказать.

— Ты моя, — произнёс я, запыхвшись.

— Ладно, — улыбнулась она мне в губы.

Мои бёдра двинулись в неё сильнее, и она вскрикнула. Это была услада для моих ушей.

— Алина, ты моя, — повторил я, чувствуя, как она поддаётся к моим бёдрам, и с каждым разом я входил всё глубже, едва помещаясь в ней.

— Твоя, — простонала она. — Тогда ты тоже мой.

— Чёрт возьми, конечно, твой. Всегда твой. Только твой.

Внутри меня взорвалось тысячу оргазмов, казалось, потому что, когда я прикоснулся к животу Алины, смог ощутить очертание своего члена, и в этот момент просто не смог сдержаться, кончая настолько сильно, что в глазах потемнело. Алина подо мной простонала, цепляясь за мою спину ногтями, как дикая кошка. И мы кончили, вместе. Может ли быть что-то лучше, чем одновременный оргазм?

***

Сонное и заспанное лицо Алины было настолько милым, что я не смог устоять перед ней, и поцеловал всё — от её лба и до самых ключиц. Я снова был твёрдым, чёрт возьми. Мне не хватило бы даже всей ночи вместе с ней, потому что Алина — это одно из тех удовольствий, которыми я готов наслаждаться всю жизнь.

К сожалению, она проснулась, и я не смог подольше понаблюдать за ней спящей. А ещё я хотел разбудить её своим языком, входящим в её вкусную киску. Но, боюсь, она слишком смущалась бы.

— Почему ты так смотришь? — потягиваясь, произнесла она.

— Ты проспала слишком много, и я не мог говорить с тобой, поэтому мне пришлось наблюдать за тобой. Ты очень милая, детка, — прошептал я, наконец-то захватывая её губы в поцелуй. — А ещё я хотел искупать тебя.

Я встал с кровати и прошёлся по комнате, заглянув в окно.

— Похоже, сегодня будет тёплый день, — сообщил я, разворачиваясь к малышке, она полностью закрылась от меня, и я нахмурился, подойдя к ней. — В чём дело?

— Прикройся, извращенец, рассхаживаешь передо мной, будто я обычная шлюха, — сказала она под слоем одеяла.

Закатив глаза, я дёрнул одеяло вниз, обнажая нагое тело Алины. На секунду я застыл, наблюдая за ней, но после встряхнул головой.

— Не называй себя так, — утвердил я, смотря ей в глаза. Чёрт, она смущалась настолько, что её соски краснели, но я попытался не обращать на это особого внимания, хоть это и было чертовски сложно. — И вообще, вчера я лишил тебя девственности, думаешь, стоит смущаться? — с победной улыбкой сообщил я.

Алина отвела от меня взгляд, прикрывая свою грудь от меня. Вздохнув, я решил не смущать этого ангела больше, чем могу, и подхватил её на руки, из-за чего она вскрикнула.

— Куда ты меня несёшь? Я могу и сама дойти! — упрекнула она, хватаясь за мою шею.

— Давай примем вместе душ.

— Не-е-ет, — протянула она, пытаясь спрыгнуть с меня. — Ни за что, это сверх всех извращений.

— А я не спрашивал. И я обещал воплотить все извращения в реальность, ведь так? — игриво улыбнулся я, занося её миниатюрное тело в ванную.

Понимая, что со мной спорить бесполезно, она осталась на моих руках расслабленной, как я и хотел. Пока я набирал в ванную воду, Алина собирала волосы в косу, выглядя невинным ангелом. Чем я заслужил её? Почему она до сих пор остаётся со мной, несмотря на всё, что я сделал? Неужели она правда любит меня настолько, что готова прощать каждый мой промах? Если это так, то я буду любить её всю оставшуюся жизнь, заботясь и исполняя все её желания.

Набрав ванну и добавив пены, я поднял Алину, как пушинку, и погрузил её в слегка тёплую воду — она любит такую температуру.

— Почему ты не залазишь? Здесь есть ещё место, — сказала она, указывая на место за своей спиной.

Как бы я хотел сейчас оказаться у тебя за спиной и ощущать твоё тело на своих коленях.

— Я предпочитаю холодный душ, — сказав это, я погладил улыбающуюся Алину по голове, пока она нежилась в воде.

— Лёш… — Конечно, я знаю, к чему этот тон.

— Да, малыш? — вздохнул я, присаживаясь у ванны.

— Ты меня любишь? — Она посмотрела на меня, сжимая плечи.

— Конечно, люблю, детка. Я очень люблю тебя, — проговорил я, целуя её ладонь.

— Тогда почему ты был готов меня бросить?

Я сжал челюсти, вспоминая то, что наговорил ей вчера из-за ревности. Но что ещё я мог сделать в тот момент, когда злость была сильнее сдержанности?

— Это неправда, я люблю тебя, — не переставал я говорить, играя челюстью. — Ты знаешь, что я злился, поэтому не контролировал свои слова.

— Ты подрался с Марком, да? — догадалась она, рассматривая мои побитые костяшки.

Я устало кивнул.

— Что он говорил? Он злился? — расстерянно спросила она меня.

— Сейчас так важно, что он думал? — не сдержавшись, рыкнул я. — Главное то, о чём думал я. А я думал о его убийстве. Я был готов убить его ради тебя.

Алина взглянула на меня, выглядя слишком разочарованной, поэтому я опустился к ней и поцеловал в макушку.

— Мы это уже обсудили. С этих пор никакого общения с Голицыным, да? — Я посмотрел на неё, выгнув бровь. Она нехотя кивнула.

Блядь, что она со мной делает?

Когда я собирался выйти из комнаты, малышка оскликнула меня:

— Сегодня к нам зайдёт Аня на чай, никуда не уезжай.

Сдвинув брови, я повернулся к ней. Она ведь не серьёзно.

— Зачем я вам нужен? Это ваши девчачьи дела, — попытался отказаться, но когда Алина на меня так смотрела, я не смог отказаться бы даже от самоубийства. — Делай, что хочешь, малыш.

Она улыбнулась мне, посылая этот чёртов воздушный поцелуй. Кем бы я был, если бы не поймал его? Эгоистом.

***

И, конечно, эта идиотка попросила меня приехать за ней, а потом отвезти к нам же домой. Она остаточно решила вывести меня из себя. Но, как и всегда, мне пришлось поехать за ней, и она умудрилась опоздать на двадцать минут. Алина звонила и ей, и мне. Чёрт, мне пришлось соврать ей, что меня вызвали на работу. Ненавижу врать ей, но я делаю это ради неё. Жаль, что она этого не знает. И не узнает никогда.

Я подъехал к нашему подъезду, остановившись подальше от камеры дома. Аня позади меня слезла, снимая шлем. Я сделал то же самое, но при этом был в плохом настроении, в отличие от моей бывшей.

— Ты ещё не рассказал своей принцессе о нас? — спросила Аня, и я, сжав челюсти, повернулся к ней.

— Надеюсь, ты не забыла, почему я сейчас твой водитель и покорный щенок. Потому что ты должна держать это в секрете, — прорычал я.

Лицо Ани выглядело так, будто она готова была рассмеяться мне в лицо. Слишком уж много она знает. Думает, что может контролировать меня, и что я всегда буду поддакивать её указаниям, но это не так. Она даже не может представить, что я с ней сделаю, после того как Алина узнает о моей встрече с её подругой. Но это будет не раньше, чем через два года. Сначала Алине нужно принять тот факт, что до неё у меня были другие девушки. Хотя ей вряд ли понравится, что я скрывал Аню.

Сука, почему всё так сложно?

— Ладно, я ничего ей не скажу, пока ты будешь продолжать заботиться обо мне, — ласково произнесла она, целуя меня в щеку. От её прикосновения меня затошнило, но мне пришлось сжать зубы, чтобы не вырвать всё на неё.

В кармане моей куртки зазвонил телефон, и я достал его, увидев на экране имя малышки. Я поднял трубку, но не слышал на другом конце ни звука.

— Детка? Алло? — произнёс я, смотря на Аню. Она пожала плечами. — Малыш, всё нормально?

— Теперь да, — послышался голос Алины позади меня.

Сердце застыло, и я с ужасом развернулся к ней. Алина стояла прямо передо мной, выглядя именно так, как выглядят люди, когда узнают об измене и самом худшем предательстве в своей жизни.

— Детка... — я тут же попытался исправить ситуацию, но Алина не стала меня слушать.

— Не называй меня так, — произнесла она спокойно, пока по её щекам стекали слёзы. От одного взгляда на неё моё сердце могло разорваться от жалости. Моя вина. Теперь она никогда не захочет меня выслушать.

— Алина, всё не так, как ты думаешь, детка, — прошептал я, приближаясь к ней, но она сделала шаг назад, давая мне понять, чтобы я не приближался.

— Теперь я знаю, что мне всё это не казалось. Но больше меня обижает то, что ты обвинил меня во вранье, которое сам и скрывал. А ты… — сказала она, переводя взгляд на Аню, — я не удивлена.

— Малыш, это всё неправда. Всё совсем не так. Мы не вместе, — попытался объясниться я, но она не стала дослушивать и развернулась, побежав в сторону. — Алина! — окликнул я её, собираясь побежать за ней, но чья-то рука остановила меня, и, конечно, это была Аня. — Отвали! Больше не приближайся ни ко мне, ни к Алине, — крикнул я.

— Лёш, ты не понимаешь? Она не простит тебя, это было понятно с самого начала. Даже если бы ты рассказал ей, она бы бросила тебя, — ехидно заявила она, видимо, наслаждаясь нашим с Алиной горем.

Но она права.

Как я мог так легко потерять всё, чем дорожил больше всего на свете?

***Как и обещала🥲Какие у вас впечатления?