53

Ехать вдвоём было странно. Фай предсказуемо оказался впереди, чтобы не свалиться ненароком, а Фаэр как-то не ограничивал себя в тактильном контакте, как только к нему ни прижавшись и ни обняв его в дороге.

Оказалось, это удивительно отвлекало от всех тягот.

Фаю только и хотелось, что немного недовольно напомнить Фаэру про его слова в духе "потом мы не побудем наедине для разговора". И вот они оказались даже ближе, чем в гостинице в одной постели. Фай вспомнил об этом очень некстати - воспоминания были ещё свежими, уютными, но волнительными, а нервничать одновременно от близости к своему любимому герою и тряски в дороге - было чересчур для него.

Фаю пришлось признать, что переговариваться в пути у них не получалось, как и предсказывал Фаэр. Скорее всего потому, что у Фаэра была хоть какая-то чуткость и он прекрасно понимал, что одно смущающее слово, сказанное Фаю на ухо, заставит того слететь с лошади на ходу. Что ж, Фай был благодарен, что о его благополучии так позаботились и не говорили ничего провокационного.

Стараясь отвлечься от того, что он буквально был окружён тактильным Фаэром, Фай со сдержанным интересом разглядывал мир вокруг, как впервые. На пути в чужой город они неслись так быстро, что поля, леса и далёкие жилые постройки сливались в одно смазанное пятно. Теперь же Фай оценил, насколько длинной и довольно пустынной была эта дорога. Разве они не должны были встретить хотя бы делегации путников, направлявшихся в Цуйшен или ещё более далёкий и крупный город? Но всё пространство между орденом и местом их книжной миссии будто принадлежало им самим.

Фай поёжился. Когда он читал в "Безбрежной силе ивовой ветви", что рядом с некоторыми источниками магии, вроде дыры посередине их ордена, неохотно селились простые люди, то не думал, что пустовать вокруг будет так много земель. После того, как они проехали ближайшую к городу деревню, за половину дня им не встретилось ни одного поселения или хотя бы ответвления от проторенной дороги. Казалось, что между этими местами курсируют только маги-заклинатели или желающие к ним присоединиться. Да и как обычным людям, за исключением торговцев, разгуляться и начать путешествовать по свету? Фай подумал о том, что и сам с удовольствием бы осел в родном ордене и не слишком старался из него вырваться. Он как был домоседом раньше, так и остался после перерождения.

Мысли уплыли куда-то далеко, не давая сосредоточиться. До тех пор, пока он не зацепился взглядом за очень домашнюю сценку, как его ученики зажигали фонари и вывешивали за борты кареты. Фонари были обычными, а не магическими, но Фай всё равно вспомнил, что ему пообещали подарить светильник. Он слегка обернулся к Фаэру, наверняка с особенно мягким выражением лица, выдающим его с потрохами.

– Я не заметил, как начало темнеть. Пора искать место для ночлега? - негромко поинтересовался Фай.

Фаэр же первым делом опустил одну руку поперёк его живота и совсем немного притиснул к себе. Будто меняя позу на более удобную для верховой езды, хотя что там было менять, если они за эти часы как только друг к другу не притёрлись. А потом Фаэр предсказуемо никуда не убрал ладонь, делая вид, что забыл о ней. Фай глубоко вздохнул, но промолчал, и ему всё же соизволили ответить.

– Как по мне, любое место подойдёт. Почему бы не остановиться... вон у того одинокого дерева впереди?

Сейчас они были окружены пустынным диким разнотравьем, которое возле дороги ещё было примято, как от ветра, но чуть дальше наверняка достало бы взрослому человеку до пояса. И отличало это место от любого другого только то самое приметное дерево с изогнутым стволом и пышной кроной. Вероятно днём эта единственная тень на пустынной дороге показалась бы Фаю подозрительной. Но сейчас он воспринимал всё скорее как подходящие для стоянки благородных героев декорации... хотя, конечно, благородным героем он себя не считал, да и природа вокруг не казалась ему искусственной и всего лишь начертанной чернилами.

Фай крикнул ученикам:

– Останавливаемся на ночёвку у того дерева!

Нестройный хор голосов проблеял что-то про согласие с учителем Фаем. Притомившиеся с дороги ученики звучали и выглядели сейчас даже младше, чем казались ему изначально. Фай не удержался и тихо посмеялся в свой рукав. Фаэр сразу же любопытно придвинулся, почти прилёг на его спину, а подбородок пристроил на плечо Фая. Промычал что-то вопросительное ему на ухо, едва не задевая серёжку. К своему удивлению, Фай не почувствовал желания дёрнуться или мучительно покраснеть, только фыркнул снова и кивнул легко в сторону кареты, которая пыталась припарковаться поближе к их единственному ориентиру. Их же лошадь едва переступала по дороге, давая минутку покоя для разговоров.

– Ученики устали и звучат, как малые дети, - шепнул Фай. - Но всё равно послушно держатся.

– Я на их месте уже дёргал бы учителей за рукава и упрашивал о всяком, - так же негромко поделился Фаэр. - Капризничал бы и просил, чтобы костёр развели, и крышу над головой нашли, и вообще отвели домой поскорее.

– О, неужели ты был шумным ребёнком? - Фай неловко улыбнулся, когда у него вырвалось это. Наверное странные слова, ведь он и Фаэр по книге должны были расти вместе по крайней мере с подросткового возраста. Врать о том, что юность его единственного и неповторимого соперника стёрлась из памяти было бы неприятно. Однако Фаэр только покачал головой и ощутимо хмыкнул.

– Скорее никогда не держал язык за зубами, если мне что-то не нравилось или нравилось слишком сильно. И пока другие смущались дёргать взрослых, я задавал вопросы и просил помощи первым, - его объятие стало чуть крепче, а после Фаэр негромко выдохнул. - Должно быть поэтому я таким и вырос.

Фай задержал дыхание. Непрошенная мысль пронеслась в его голове, как порыв пронзительного ветра, и он не смог удержать её.

"Должно быть поэтому ты мне так и понравился когда-то".

Честно говорящий о себе и проявляющий инициативу Фаэр. Так непохожий на тихого и старающегося угодить и подстроиться - настоящего прежнего Фая. Так похожий на того, кем сам прежний Фай хотел стать.

– А я из тех, кто терпел бы до последнего, чтобы никого не тревожить. Твоя противоположность, - признался Фай, с трудом удерживая себя, чтобы не опустить голову понуро и смущённо.

– Противоположность... - согласился Фаэр, но сразу шепнул такое, что сердце Фая застучало быстрее. - Потому что я думал бы лишь о себе. А ты был бы тем, кто помог всем остальным почувствовать себя лучше. Почувствовать комфорт и безопасность. Забыть о любых тяготах, которые были бы в долгом пути. Как яркая искра, согреть сильнее пламени костра. Я точно забыл все тревоги, когда впервые увидел тебя.

Это звучало, как признание. Признание, которого он не заслуживал, ведь это вовсе не он был той яркой искрой, что зажигала чужую жизнь, но...

Судорожно вздохнув, Фай опустил наверняка похолодевшую от волнения ладонь поверх чужой руки, мягко сжимая. Он не знал, что творит и куда заведёт сам себя, но в этот момент не мог удержаться.

В стороне ученики суетились, обустраивая стоянку, а они замерли, скрытые в тени от кареты. На мгновения задерживаясь в объятии, которое оказалось обоим так нужно.