Глава 48. Чистка

Идею посетить с Малфоями чемпионат мира по квиддичу Поттер воспринял на ура. Он никогда не любил и не понимал квиддич (впрочем, как и почти все остальные виды командного спорта), относился с предубеждением к Люциусу Малфою из-за его темного прошлого, не любил большие скопления людей и ночевки в незнакомой обстановке... Но все эти неудобства перевешивал один-единственный факт, что он сможет официально сбежать от Трандуила. Домашний эльф, вы говорите? Домашний тиран, скорее. Как только дополнительные алтарные камни были получены и установлены в заранее подготовленных нишах, Трандуил, которому жадность застила глаза, насел на Гарри, требуя ускорить поставки энергии. Поттер взбунтовался, потому что он и так работал на износ, но аргументы эльфийского короля были убойными, и пришлось отступить. За месяц с дементорами было покончено, но последние разы Поттер ходил по краю. До тварей все-таки дошло, что они несут потери, и они стали сбиваться в стаи. Хорошо еще, что к тому времени Поттер сильно продвинулся, как некромант, а Трандуил и Бугимен постоянно были рядом, подстраховывая его на случай неудачи. Но обошлось.

Еще одной проблемой стал Сириус. Или, точнее, его желание вернуть себе общество одного конкретного оборотня. Римус часто писал Блэку, извиняясь за свою слепоту и недоверие, и после каждого такого письма Сириус неделю ходил мрачным, как туча. Не раз и не два он намекал Гарри, что стоит проверить Люпина на ментальные закладки.

- Допустим, - поджав губы, кивнул Гарри после очередного намека. – Но как ты себе это представляешь? Нашли закладки, убрали, произошло ваше счастливое воссоединение. И? Дальше что?

- Как что? Притащим его сюда, отметим!..

- Сразу нет, - оборвал его Гарри, нахмурившись. – Ты – мой крестный, и для тебя двери этого дома всегда будут открыты, но остальных гостей я предпочту приглашать сам. Тогда, когда это будет удобно мне и только тех, кого сам буду считать друзьями, прости. Но у тебя же есть прекрасный выход, Сириус.

- Какой это?

- Открой Блэк-хаус. Особняк уже так долго находится без хозяйского пригляда! Вдохни в него жизнь.

- Этот склеп? – Сириус глухо рассмеялся. – Прости, Сохатик, но ты просто не понимаешь, о чем говоришь.

- А если я пойду вместе с тобой? Откроем его, отчистим и проветрим, а потом ты пригласишь Люпина в гости, и я проверю его на закладки?

- Обещаешь?

- Конечно, - серьезно кивнул Гарри. – Так всем будет лучше: и ты вздохнешь свободно, снова почувствовав себя хозяином положения, и у нас с профессором Люпином не возникнет неловкой ситуации.

***

Гарри на самом деле ожидал, что крестный, лишенный ментальных закладок, одумается, примет на себя обязательства перед своим родом, займется делами, но ничего этого не произошло. Сириус купил и зачаровал себе новый мотоцикл, отремонтировал и заново обставил дом крестника и сразу после этого расслабился, открывая для себя все те развлечения, на которые стал богаче мир за эти двенадцать лет. Кинотеатры, ночные клубы, пабы и стадионы... Но Гарри видел, что он просто боится вступить на порог отчего дома. Туда, откуда сам сбежал в детстве. Ему нужна была поддержка.

Сириус аппарировал их в Лондон сам. Выдохнув (перемещения всегда вызывали неприятные ощущения), Гарри стал осматриваться. Закопченные фасады стоявших вокруг домов имели, мягко говоря, негостеприимный вид. Некоторые из окон, тускло отражавших фонарный свет, были разбиты, краска на дверях облупилась, у ведущих к ним ступеней кучами лежали мешки с мусором.

- Да уж, - прокомментировал это Сириус, криво усмехнувшись. – Совсем не то, что у тебя, да? Но, как говорится, чем богаты. Вот, держи, - он протянул Гарри сложенный пополам листок. – Прочти мысленно про себя.

Гарри вгляделся в написанное. Широким, размашистым почерком там значилось: «Лондон, площадь Гриммо, 12».

Как только он это сделал, между домом 11 и 13, откуда ни возьмись, появилась видавшая виды дверь, а следом – грязные стены и закопченные окна. Добавочный дом словно бы взбух у него на глазах, раздвинув соседние. Стереосистема в доме 11 работала как ни в чем не бывало. Живущие там магглы явно ничего не почувствовали.

Вслед за Сириусом Гарри стал подниматься на крыльцо по истертым каменным ступеням, не отрывая глаз от возникшей из небытия двери. Черная краска на ней потрескалась и местами осыпалась. Серебряный дверной молоток был сделан в виде извивающейся змеи. Блэк, едва заметно замешкавшись, стукнул в дверь волшебной палочкой, и Гарри услышал много громких металлических щелчков и звяканье цепочки. Душераздирающе скрипнув, дверь отворилась. Переступив порог, Гарри попал в почти полную тьму прихожей. Пахло сыростью, пылью и чем-то гнилым, сладковатым.

- Такое ощущение, что она все еще здесь. Затаилась и ждет, - прошептал Сириус белыми губами.

- Кто?

- Мама.

Раздалось тихое шипение, и на стенах ожили старинные газовые рожки. В их слабом мерцающем свете возник длинный мрачный коридор с отстающими от стен обоями и вытертым ковром на полу. Над головой тускло отсвечивала затянутая паутиной люстра, на стенах вкривь и вкось висели потемневшие от времени портреты. Именно так начинались многие фильмы ужасов. Сейчас должен был раздаться голос...

- Кто посмел тревожить покой моей несчастной госпожи? – скрипучим голосом спросили у них за спиной.

Резко обернувшись, Гарри заметил стоящего у основания лестницы на второй этаж чудовищно старого домовика. Он был совершенно голым, если не считать грязной набедренной повязки. Кожа, казалось, была настолько ему велика, что могла вместить несколько таких, как он.

- Ты еще жив, мелкий подхалим?

- Неужели зрение не подводит старого Кричера? – эльф перевел взгляд водянисто-серых с красными прожилками глаз на Сириуса. – Неблагодарный и недостойный мастер Сириус, разбивший материнское сердце, навестил родной дом?

- Да не было у моей матери никакого сердца! – вскинулся Сириус. Его трясло, и было видно, как ему не по себе. – Старуха только злобой и была жива!

Кричер глубоко поклонился и едко, с горечью заметил:

- Как будет угодно молодому господину. Зачем господин пожаловал? Снова кричать и спорить? Снова терзать бедную госпожу?

- Очнись, Кричер, она уже лет десять как мертва!

- Нет-нет-нет... Она живет, - лихорадочно сверкая глазами, эльф мелко-мелко затряс головой. – Она говорит с недостойным Кричером, она здесь, рядом...

Не успел он закончить, как траченные молью бархатные портьеры, рядом с которыми стоял Гарри, распахнулись. На долю секунды Гарри почудилось, будто он смотрит в окно, за которым стоит старуха в черном чепце. Потом, однако, он понял, что это просто портрет в натуральную величину. Женщина молчала, поджав тонкие, будто высохшие губы, и молча рассматривала Сириуса. Кричер замер, буквально пожирая портрет фанатичным взглядом. Пауза затягивалась.

- Добрый день, миссис Блэк, - решился нарушить ее первым Гарри. – Я рад познакомиться с мамой своего крестного.

- Мистер Поттер, я так полагаю? – женщина перевела на него тяжелый, оценивающий взгляд. – Выглядите лучше, чем я предполагала, учитывая происхождение вашей матери.

Сириус вскинулся, чтобы ответить на оскорбление, но Гарри жестом попросил его не мешать и ответил сам:

- Иногда нужен приток свежей крови.

- Вынуждена с вами согласиться, - поморщилась дама. – Иногда это просто необходимо. Ну здравствуй, сын.

***

- Сириус, угомонись!

- Нет, ты ее слышал?!

- Слышал. И даже согласен с некоторыми высказываниями. Не кипятись, твою позицию я тоже понять могу, но это же не повод ломать стены!

- Она думает, наложила заклятье вечного приклеивания и может спать спокойно? Хрена с два эта ехидна будет и дальше мне мозги полоскать! Нельзя отодрать ее от стены, я просто отломаю стену вместе с ней. Что скажешь, мамочка? Что-то ты на удивление притихла.

Сириус был в бешенстве и не способен воспринимать здравые аргументы. Видимо, леди Блэк это тоже поняла, поэтому сейчас она сохраняла молчание, с гордо выпрямленной спиной и поднятым подбородком тяжелым взглядом провожая суетящегося сына. Только стискивающие друг друга руки выдавали сильное напряжение и ярость.

Гарри уже несколько раз пытался вмешаться, и во время их разговора, быстро скатившегося в обмен колкими и хлесткими фразами, и после, когда Сириус вспылил и начал громить дом, но у Поттера ничего не вышло. Кричер забился в угол и сжался там в комочек, влажными от подступающих слез глазами следя за развитием конфликта.

- Но это же родовые ценности, Сириус!

Гарри, не выдержав, снова сорвался, увидев, что Сириус возвращается в коридор, левитируя перед собой еще одну партию уменьшенной мебели и находящихся в ней вещей, а затем сваливая ее в груду барахла в центре коридора, прямо перед прислоненным к стене портретом матери.

- Старый хлам и ненужная рухлядь, - скривил губы Блэк, кинув на мать торжествующий и полный злорадства взгляд. – Она тряслась над ними больше, чем над родными детьми, ну так пусть теперь и пожинает плоды своего воспитания. Я вот только не решил пока на помойку все это снести, с помощью редукто уничтожить или спалить к чертям...

- Хорошо, - Гарри решительно шагнул вперед, становясь перед крестным. – Тебе оно сейчас не нужно, допустим. Но я – родственник Блэков и твой крестник. Если фамильная история не нужна тебе, позволь мне сохранить ее.

- Да забирай, глаза б мои это все не видели, - фыркнул Блэк, пренебрежительно махнув рукой. – Не знаю только, что ты со всем этим делать собираешься, ведь у тебя сейчас совсем другой интерьер и это старье не впишется никуда, разве что в подвал. То-то этому твоему родственничку радости будет!

Гарри не ответил. Дождавшись разрешения, он быстро левитировал все, сваленное на полу, в безразмерный кошелек, пока Сириус не передумал и не разнес, как и хотел изначально, редукто. Кричер в углу уже, не стесняясь, рыдал, размазывая слезы по сморщенному в страдальческой гримасе лицу грязными кулачками.

- Портреты тоже заберешь?

- Конечно, - решительно кивнул Гарри. – Но только в том случае, если они сами захотят, признают меня главой и поклянутся хранить тайны рода Поттер.

- Я согласна, лорд Поттер, - тихо, но твердо произнесла Вальбурга Блэк, впервые за все это время отвернувшись от сына и посмотрев на Гарри. – Уверена, учитывая альтернативу, и остальные Блэки будут благоразумными.

***

Покидая опустевший дом на площади Гриммо, 12, Гарри попрощался с довольным Сириусом, который уже начал продумывать, как и что модернизирует, чтобы «эта халупа стала хоть немного уютнее».

- И, Сириус, - тихо сказал Гарри, стоя на пороге. – Я хочу, чтобы ты знал. Если ты когда-нибудь передумаешь и решишь вернуть себе семейное наследие, я в любой момент буду готов отдать все. Книги, артефакты, мебель, серебро. Просто считай, что пока оно будет храниться у меня, ладно? Единственное, что я не верну – портреты. Они теперь – члены семьи Поттер и мои дорогие родственники.

Сириус скривился, показывая, что именно он думает обо всех этих "родственниках". Помахав крестнику, он закрыл за ним дверь, и дом исчез. Кричер издал горестный вздох и подошел к Поттеру еще ближе. Гарри послал домовому, подвергшемуся на старости лет таким сильным переживаниям, ободряющую улыбку и протянул руку.

- Пойдем, Кричер, я покажу тебе твой новый дом. И не волнуйся: леди Блэк и всех остальных мы разместим со всем комфортом. Она сама выберет себе комнату, в которой будет жить, а еще там есть совещательный зал. Там висят картины с интерьерами гостиных, так что все Поттеры с портретов часто собираются там, когда нам нужно посоветоваться или мы хотим просто пообщаться. Уверен, им всем будет у нас хорошо.

- Кричеру больно думать, что станет с родным домом Благороднейшего и Древнейшего семейства Блэков.

- Сириус одумается, - тяжело вздохнул Гарри. – Обязательно. Просто сейчас он еще не пришел в себя после тюрьмы, вот и творит глупости, но потом точно передумает, и мы все исправим. У него будет наследник, и род будет жить и процветать. А я помогу по мере сил.

- А Кричер?

- А ты теперь – эльф рода Поттер, и это звучит гордо. Я понимаю, что все это внезапно, тяжело и вызывает опасения, но зато ты останешься с любимой хозяйкой, а я постараюсь, чтобы мы подружились.

- Маги не дружат с эльфами, - мелко-мелко затряс головой эльф, глядя на Поттера со священным ужасом.

- У меня в доме дружат, - улыбнулся Гарри. – Еще увидишь. Ну что, перемещаемся? Давай руку.