Глава 12. Проблемы переходного возраста

Поттер еле сдерживался, чтобы не обхамить Малфоя в лучших традициях декана серо-зелёных. Драко продолжал вслух комментировать наиболее смешные с его точки зрения отрывки «Увеселений с упырями», а Гарри стискивал челюсти и мысленно уговаривал себя запастись терпением и досидеть до конца поездки, не сорвав своё паршивое настроение на ни в чём не виноватом Малфое. Нет, Поттер прекрасно осознавал, что, скорее всего, это связано с началом переходного возраста. Все физиологические признаки, описанные в интернете, были, что говорится, налицо, а следовательно раздражительность, агрессивность, постоянные скачки настроения, нервозность и периодические приступы сонливости вызваны начавшейся гормональной перестройкой.

- Ну как?

- Супер, - кивнул Гарри, хотя совершенно не представлял, что именно он сейчас похвалил.

Небольшую передышку дала проехавшая тележка со сладостями. Поттер вскочил, как ужаленный, и, сделав вид, что безумно голоден, накупил всякой всячины, которой тут же поделился с Малфоем. Драко угощение милостиво принял и, наконец, на время заткнулся.

- Что-то ты плохо выглядишь, Поттер, - наконец озвучил очевидное Малфой. – Может, как приедешь, в больничное крыло заглянешь?

- Да, наверно, стоит, - неуверенно кивнул Гарри, уже раскаявшись за своё немотивированное раздражение. – Прости.

- Да ничего, я сам бываю не сахар, - хмыкнув, Малфой снова взялся за книгу. – Но, знаешь, эта мрачная отрешённость и обречённость во взгляде тебе даже идут. Запомни мину и потренируйся потом перед зеркалом.

Поттер фыркнул и заткнул себе рот тыквенным котелком. В чём-то Драко был прав: показаться мадам Помфри определённо стоило. Вполне возможно, что все его опасения не стоят и выеденного яйца, но вдруг у неё окажется что-то посильнее Умиротворяющего бальзама, который Поттера не спасал.

***

В Хогвартсе раздражение Гарри, наконец, отпустило, и его с головой затопила радость от возвращения в стены уже ставшего родным замка. Гарри, улыбаясь, прослушал речь директора, горячо поаплодировал всем поступившим на Равенкло новичкам, обменялся летними новостями с Терри и Энтони и с удовольствием перемыл косточки новому преподавателю ЗОТИ. Ребята сошлись на том, что девчонки-старшекурсницы, которые почти поголовно тащились от Локхарта, быстро заставят профессора пожалеть о своем опрометчивом решении поработать в Хогвартсе.

- Ставлю десять сиклей, что он свалит ещё до окончания этого года, - ухмыляясь, заявил Терри.

- Двадцать на то, что он вскоре станет одеваться скромнее, - поддержал его шутку Энтони. – А ты чего молчишь, Поттер?

- Хорошо, - прищурившись, кивнул Гарри, принимая вызов. – Тридцать, что Снейп ещё до Рождества положит Локхарта на лопатки. В фигуральном плане, разумеется.

Наконец пир подошёл к концу, все спели школьный гимн, и старосты повели первачков за собой. Гарри, заметив, что мадам Помфри тоже направилась к выходу, быстро встал и пошел за ней.

- Мадам Помфри!

Женщина остановилась и обернулась, а, увидев, кто к ней обратился, приветливо улыбнулась:

- Привет, Гарри. Как здоровье? Я вижу, что упражнения и зелья пошли тебе на пользу: ты так вырос!

- Спасибо, - улыбнувшись, Гарри кивнул. – Но я хотел попросить вас провести диагностику моего состояния.

- Какие жалобы? – она тут же стала профессионально бесстрастной и деловой. – Головные боли?

- И они тоже, но чаще агрессивность, раздражительность и постоянные скачки настроения, - по-военному кратко отчитался Гарри.

- Голова кружится?

- Пару раз было, но сейчас все хорошо.

- Что ж, тогда пойдем.

Она подхватила Поттера под руку и решительно повела в сторону больничного крыла, держа его так крепко, как будто опасалась, что Гарри сейчас вырвется из захвата и убежит.

Усадив Поттера на больничную кушетку, мадам Помфри наколдовала над ним диагностическое заклинание, прищурилась, приглядываясь к чему-то, видимому только ей, и пораженно ахнула.

- Гарри! Признавайся, ты занимался самолечением?

- Да нет, - нахмурившись, покачал головой Поттер. – Разве что Умиротворяющий бальзам пару раз пил.

- Нет, это явно не мог быть бальзам, - пробормотала она. – И не мои зелья. Так! Сиди здесь и никуда не ходи!

Последние слова были сказаны суровым тоном, буквально отбивающим все мысли о каком-либо непослушании, но когда она вышла и прикрыла за собой дверь, Гарри отчетливо услышал щелчок запирающегося замка. Вот так вот. Сходил, называется, проверился. Решив не сидеть без дела, Гарри достал тетрадь со своими записями, и, вооружившись карандашом, углубился в чтение. Он настолько зачитался, что осознал присутствие посторонних, лишь когда услышал над собой насмешливый голос:

- Так-так, мистер Поттер. Пары часов не прошло с вашего возвращения в школу, и уже неприятности?

Мысленно скривившись, Гарри закрыл тетрадь и, отложив её в сторону, наконец посмотрел на профессора.

- Добрый вечер, мистер Снейп. Рад вас видеть: за лето успел ужасно соскучиться.

- Хамите, Поттер?

- Что вы, напротив, пытаюсь быть вежливым.

- Лучше объясните, откуда у вас нашелся Умиротворяющий бальзам. И учтите, я всегда чувствую, когда мне врут.

- Спасибо за предупреждение, - вполне серьезно поблагодарил Гарри, мысленно добавляя эти сведения к своей характеристике Снейпа. – А зелье я сварил.

- Что? – поражённо вскинулся Снейп. – Повторите, что вы сказали?

- Вы мне не верите?

- Нет, верю, - пробормотал Снейп, вглядываясь в Поттера так напряженно, что между бровями у него залегла резкая складка. – Но это... У вас остался образец сваренного зелья?

- Да.

- Несите. Хотя нет, стойте! Пойдём вместе: в вашем состоянии вообще странно, как вы ещё в обморок не свалились.

Гарри оставалось только подчиниться, потому что волнение учителя, да и мадам Помфри, было вполне натуральным. Неужели он все-таки напортачил с зельем? А что, вполне мог. Всё-таки каким бы гениальным себя Гарри не считал, он понимал, что те же зелья изучают все семь лет не по прихоти придурочных профессоров, а из-за огромного объёма необходимой для понимания информации. Но ведь он всё делал строго по рецепту, и описания, данные в книге, совпадали с получившимся один в один. Да и то же зелье невидимости работало идеально, а оно было ещё более сложным в изготовлении!

Снейп шёл, сохраняя гнетущее молчание и глядя прямо перед собой, и только его рука, сжатая на предплечье Гарри, выдавала обуревающие мужчину эмоции. Наконец они дошли до входа в гостиную Равенкло. Гарри, не раздумывая, ответил на вопрос, и, уже занеся ногу над порогом, помедлил:

- Эм... профессор... Может, я сам?

- Идите уже, Поттер, - огрызнулся Снейп и, подтолкнув его, прошёл следом. – Ну, чего встали? Ведите.

Гарри передёрнул плечами, выражая этим своё отношение к творимому здесь и сейчас насилию над личностью, но послушно пошёл через общую гостиную к своей спальне. Ребята вокруг притихли, поражённые удивительным зрелищем. Снейп шёл четко за Гарри, не обращая внимания на то впечатление, которое произвёл его приход. А Поттер в это время мысленно костерил себя на все лады, пытаясь придумать, как бы ему утаить от Снейпа хотя бы факт наличия у него палатки и лаборатории. Умные мысли в голову приходить не хотели, и присутствие за спиной зельевара приливу вдохновения не способствовало. Никогда ещё за всю свою жизнь Гарри не попадал так.