утро

Я едва успела насладиться тихим утром рядом с Ростиком, как в комнату раздался скрип двери. На пороге стоял Максим. Его глаза, холодные и острые, мгновенно встретились с моими.

— Доброе утро, Мира... — его голос был низким и спокойным, но в нём проскальзывала угроза. — Надеюсь, ты готова ко мне.

Моё сердце замерло. Руки дрожали, но Ростик тут же встал передо мной, как щит. Его глаза потемнели от ревности и злости.

— Ты сюда ни шагу не сделаешь! — проговорил он твёрдо, и его пальцы сжались в кулаки.

Максим сделал шаг вперёд. А я почувствовала, как напряжение в комнате выросло до предела. Внутри меня смешались страх и тревога, но рядом был Ростик — и это давало невероятную опору.

— Ростик... — прошептала я, чувствуя, как его энергия проникает в меня, делая смелее. — Мы вместе.

Ростик шагнул ближе, прижимая меня к себе. Его грудь теплом касалась моей, дыхание смешалось с моим.

— Мира, ты моя. Я не позволю ему даже приблизиться. — Его голос дрожал, но был полон решимости.

Максим остановился, глядя на нас. В его взгляде читалась смесь удивления и раздражения.

— Ну что ж... тогда придётся немного подождать, — сказал он, отступая к двери. — Но это ещё не конец.

Как только дверь захлопнулась, напряжение в комнате медленно спало, но дрожь не исчезла. Я чувствовала себя в безопасности только рядом с Ростиком, и этот страх, смешанный с желанием быть ближе к нему, делал наше присутствие друг для друга невероятно сильным.

Ростик осторожно взял мою руку и притянул к себе.

— Всё будет хорошо, Мира. Я больше не отпущу тебя, — прошептал он, а я прижалась к нему, чувствуя, как его сердце бьётся рядом с моим.

В тот момент страх за переплетался с чем-то новым — с теплом и надеждой, что, несмотря на всех Максима и лабиринт, мы сможем пройти через всё вместе.

Леша и Саша были приведены обратно в комнату, потёртые, но живые. День проходил спокойно — тихо, почти без происшествий. Мы все пытались перевести дух после ужасной ночи.

Но спокойствие оказалось обманчивым. Пока мы разговаривали и ели, я заметила, что Леша и Саша переглядываются, что-то шепчут и украдкой пробираются к двери. Через несколько минут стало понятно — они пытались открыть замок, чтобы сбежать.

Я почувствовала, как сердце сжалось.

— Нет, они не... — выдохнула я, не успев закончить мысль.

И тут дверь резко распахнулась, и в комнату ворвались Лина и четыре мужчины в черном. Лина посмотрела на нас с холодной улыбкой:

— Попытка побега? Отлично. Мужчины, забирайте их.

Саша и Лешу схватили, они кричали и сопротивлялись, а я почувствовала, как паника охватывает меня целиком. Моё сердце колотилось в груди, ладони дрожали.

— Ростик! — вырвалось у меня. — Что с ними будут делать?

Ростик мягко взял меня за руку и прижал к себе:

— Всё будет хорошо, Мира. Они вернутся. Просто дыши со мной.

Я уткнулась в его грудь, стараясь успокоиться. Его дыхание ровное, тепло, и это немного утихомирило мою тревогу.

— Я... я боюсь за них, — прошептала я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

Ростик осторожно провёл рукой по моей спине:

— Я знаю... Я тоже переживаю. Но пока мы вместе, мы справимся.

Мы замолчали на мгновение, и в тишине комнаты я почувствовала, как его губы почти коснулись моих. Наши лица были рядом, дыхание смешалось, и я ощутила, как моё сердце ускоренно бьётся. Он не сказал слов, но в его прикосновении была забота, сила и что-то большее, что мы оба пока не решаемся признать.

Я едва заметно наклонилась к нему, а он слегка ответил, прижав меня к себе крепче. Этот момент был тихим признанием без слов, доверительным и трепетным.

Но внезапно раздался шум с коридора: Леша и Саша были забраны, и наша «безопасная» комната снова осталась пустой.

— Всё будет хорошо... — прошептал Ростик, обнимая меня крепче. — Просто держись рядом со мной.

Я кивнула, ощущая тепло его рук и сердца, и впервые за этот день почувствовала, что страх и тревога можно пережить, пока он рядом.