33 глава

Домой я дошёл только минут через двадцать. Во дворе было непривычно шумно. Мальчишки лепили снеговика, кто-то таскал ёлку в подъезд, из открытой форточки на первом этаже доносился запах жареной картошки.

Я поднялся к себе, открыл дверь ключом и сразу оказался в тишине.Как и ожидал. Родителей ещё не было. Я быстро скинул куртку, ботинки и прошёл в свою комнату. На кровати лежал свёрток, который я вчера притащил из комиссионки.

Подарок.Для Аси. Я осторожно развернул ткань. Бордовое платье. С небольшим разрезом по бедру. Совсем не вызывающее. Просто красивое. Я снова провёл рукой по мягкой ткани и невольно представил её в нём. Наверное, она опять начнёт говорить, что слишком дорого. Что не стоило. Что ей неудобно. Я усмехнулся.

— Дурочка...

Тихо сказал сам себе. Потом аккуратно завернул платье обратно. До Нового года оставалось совсем немного. Хотелось, чтобы всё получилось. Без драк. Без разборок. Без крови. Хотя бы один праздник. Я подошёл к окну. Во дворе продолжал идти снег. Большими хлопьями. Красиво. По-настоящему по-зимнему. Неожиданно в дверь квартиры постучали. Я нахмурился. Кого ещё принесло? Подойдя к двери, я открыл её. На лестничной площадке стоял Вова. Засунув руки в карманы пальто.

— Ну здорово.

Коротко сказал он.

— Здорово.

Ответил я, отходя в сторону. Вова молча зашёл в квартиру. Осмотрелся. Будто был здесь уже сотню раз.

— Родаков нет?

— На работе.

— Понятно.

Повисла короткая тишина. Вова сунул руку в карман и достал пачку сигарет. Покрутил её в руках. Но закуривать не стал.

— Спасибо.

Неожиданно сказал он. Я вопросительно посмотрел на него.

— За Асю.

Добавил он уже тише.

— После всего, что было... она снова улыбается.

Я молчал. Не знал, что ответить.

— Только если обидишь её...

Он поднял взгляд. Спокойный. Но очень тяжёлый.

— Сам понимаешь.

Я даже усмехнулся.

— Не обижу.

Ответил спокойно. Без пафоса. Просто потому что это была правда. Вова ещё несколько секунд смотрел мне в глаза. Потом едва заметно кивнул.

— Верю.

И почему-то именно это слово значило для меня намного больше любых угроз.

********

Я сидела на своей кровати, поджав под себя ноги, и сама не заметила, как начала улыбаться. Перед глазами всё ещё стоял Валера. Его тёплые ладони. Его взгляд. Его привычное «кошка». Казалось, стоит только закрыть глаза — и я снова почувствую, как он обнимает меня со спины.

— Ася!

Послышался голос Вовы из кухни.

— Иду!

Я быстро поднялась с кровати и вышла в коридор. На кухне уже кипел чайник. Марат сидел на подоконнике и лениво крутил в руках мандарин, а Вова нарезал хлеб.

— Чего улыбаешься?

Спросил Марат, даже не поднимая головы. Я сразу сделала максимально серьёзное лицо.

— Не улыбаюсь.

— Улыбаешься.

Вставил Вова.

— Уже минут десять.

— Да ну вас.

Пробурчала я, садясь за стол. Марат очистил мандарин и протянул мне дольку.

— Держи.

— Спасибо.

Я взяла её и машинально отправила в рот. По кухне сразу разнёсся сладкий цитрусовый запах. Совсем скоро Новый год. Это чувствовалось во всём. В магазинах. На улицах. Даже дома. В углу комнаты уже стояла зелёная ёлка, которую мы с братьями притащили два дня назад. Пока ещё не наряженная, но от неё уже пахло хвоей так сильно, что вся квартира наполнялась этим запахом. Я перевела взгляд на окно. За стеклом медленно падал снег. Большими пушистыми хлопьями. Интересно... Понравится ли Валере мой подарок? От этой мысли внутри снова стало немного волнительно. Я ведь выбирала его несколько часов. Обошла почти все комиссионки.

Потом ещё долго стояла у прилавка, представляя, как эта вальтовка будет смотреться на его кудрявой голове. Он, конечно, сделает вид, что ничего особенного. Но я уже успела его узнать. Если подарок ему действительно понравится, он сначала промолчит. Потом улыбнётся одним уголком губ. И только вечером обязательно скажет что-нибудь вроде: «Кошка, спасибо». Именно так он всегда и делал.

— Опять задумалась.

Голос Вовы выдернул меня из мыслей.

— А?

— Говорю, чай будешь?

— Буду.

Вова поставил передо мной кружку. Я обхватила её ладонями. Горячий фарфор приятно согревал пальцы. И почему-то именно сейчас я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время мне не страшно думать о завтрашнем дне.

Потому что теперь рядом были люди, ради которых хотелось просыпаться каждое утро. И один кудрявый парень, который однажды назвал меня кошкой. И, кажется, это прозвище останется со мной навсегда.

Вова неожиданно поднялся из-за стола так резко, что ножки стула неприятно скрипнули по полу.

— Я ненадолго. По делам.

Бросил он, уже натягивая куртку.

— По каким ещё делам?

Спросил Марат, откусывая печенье.

— По своим.

Коротко ответил старший и, не дожидаясь новых вопросов, захлопнул за собой входную дверь.

Я проводила взглядом пустой коридор и только пожала плечами.

Если Вова сказал «по делам», значит расспрашивать бесполезно.

Всё равно не расскажет.

Я допила чай, поставила кружку в раковину и направилась к себе в комнату.

Моя комната встретила привычным уютом.

На подоконнике лежала раскрытая книга.

На стуле висел школьный пиджак.

На письменном столе аккуратной стопкой лежали тетради, а рядом — небольшой бумажный пакет.

Я невольно улыбнулась.

Подарок Валере.

Я подошла ближе, осторожно достала из пакета тёплую вальтовку и провела ладонью по мягкой ткани.

— Надеюсь, тебе понравится...

Тихо прошептала я.

Снова аккуратно сложив подарок, я убрала его обратно.

До Нового года оставалось совсем немного.

И почему-то хотелось, чтобы этот праздник наконец стал счастливым.

Без слёз.

Без похорон.

Без разлук.

Чтобы все, кого я люблю, просто были рядом.

Я подошла к окну.

Во дворе дети с визгом катались с ледяной горки, кто-то лепил снеговика, а с соседнего балкона хозяйка вытряхивала половик.

Самый обычный зимний день.

И именно такие дни почему-то начинали нравиться мне больше всего.

Потому что теперь я знала — завтра обязательно увижу Валеру снова. И от одной этой мысли сердце начинало биться чуть быстрее.

Через пару часов хлопнула входная дверь. Вернулся Вова. На плече висела сумка, а в руках он держал плотный бумажный пакет с продуктами.

— Принимай хозяйство.

Сказал он и протянул пакет мне. Я молча забрала его и пошла на кухню.

Продукты постепенно занимали свои места в холодильнике. Я раскладывала всё аккуратно, по привычке уже мысленно составляя меню на завтра. Новый год всегда был для меня особенным днём. Шум, запах мандаринов, суета, приготовление еды, ощущение чего-то важного.

Но в этот раз внутри всё было немного иначе.

Слишком много мыслей. Слишком много Валеры. И слишком мало уверенности в том, что он будет рядом в этот вечер.

В комнату тихо постучали.

— Можно?

Послышался голос Марата.

— Заходи.

Он осторожно заглянул внутрь и закрыл за собой дверь.

— Ась...

Начал он неуверенно.

— Ты это... завтра побольше приготовь.

Я сразу насторожилась.

— В смысле?

— Ну... мы не втроём Новый год встречать будем.

Я медленно повернулась к нему.

— Это как?

Марат почесал затылок.

— Наташка придёт.

Он начал перечислять, загибая пальцы.

— Айгуль... и ещё какие-то Вовины кенты.

Я застыла на секунду. Лицо само собой стало спокойным, почти холодным.

— Понятно.

Тихо ответила я.

Марат посмотрел на меня внимательно.

— Ты чего?

— Ничего.

— Да ты странная какая-то.

— Нормальная я.

Отрезала я и снова повернулась к окну. Снег за стеклом падал медленно и ровно. Но внутри всё стало чуть напряжённее. Если придут Вовины друзья... Значит ли это, что Валера тоже будет там? Или у него свои планы? Я тихо выдохнула. Ответов всё равно пока не было. Только ожидание.

******

Время уже приближалось к десяти вечера. Родители Валеры давно вернулись с работы, поужинали и разошлись по своим комнатам. Я лежал на кровати, закинув руки за голову, но уснуть даже не пытался. Мысли всё равно были только об одной девчонке.

Не выдержав, я поднялся, вышел в коридор и подошёл к телефону.

Пальцы сами набрали знакомый номер.

Гудок.

Ещё один.

Щёлкнуло.

— Алло.

Послышался на том конце голос Марата.

— Марат, позови Асю.

— Голубки, блин.

Хмыкнул он.

Я только усмехнулся.

Через секунду на всю квартиру раздался его голос.

— АСЯЯЯ!

Где-то в глубине квартиры послышалось недовольное:

— Чего орёшь?!

— Тебя тут Ромео.

Я невольно улыбнулся.

Послышались быстрые шаги, потом тихий стук телефонной трубки.

— Алло...

Стоило услышать её голос, как на душе сразу стало спокойнее.

— Привет, кошка.

— Привет-привет.

Я будто видел, как она сейчас улыбается.

— Что делаешь?

— Да так...

Тихо ответила Ася.

— Думаю, что завтра на стол подавать.

— Уже готовишься?

Я улыбнулся.

— Конечно.

— Хозяйка.

— А кто, если не я?

В её голосе послышалась лёгкая гордость.

Я тихо рассмеялся.

— Не спорю.

На несколько секунд повисла уютная тишина. Та самая, которая совершенно не напрягала. Казалось, что даже молчать с ней было приятно.

— Валер...

Тихо позвала она.

— М?

— А ты завтра... занят будешь?

Вопрос прозвучал осторожно. Будто она боялась услышать ответ. Я невольно улыбнулся ещё шире.

— А почему спрашиваешь?

— Просто...

Она замолчала на секунду.

— Интересно.

Я посмотрел в окно. За стеклом всё так же падал снег. И почему-то именно в этот момент понял, что завтра обязательно сделаю всё, чтобы хотя бы ненадолго увидеть её.

— Посмотрим, как будет.

Ответил Валера после короткой паузы.

На секунду мне показалось, что сердце неприятно кольнуло.

— А... ну поняла.

Тихо сказала я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало разочарование.

Повисло молчание.

Но не неловкое.

Наоборот.

Такое, в котором было уютно просто слышать дыхание друг друга через телефонную трубку.

— А ты чего не спишь?

Спросил Валера.

В его голосе появилась лёгкая тревога. Будто он действительно переживал.

— Не спится.

Честно ответила я.

— А ты чего не спишь?

На том конце послышался тихий смешок.

— Да вот...

Он ненадолго замолчал.

— Лежал, о тебе думал.

Я почувствовала, как губы сами собой растянулись в улыбке.

— Валееер...

Невольно протянула я. Щёки моментально стали горячими. Хорошо, что он не видел этого.

— Что Валер?

Усмехнулся парень.

— О тебе не думать невозможно.

Я тихо рассмеялась.

Сердце стучало так громко, будто он мог услышать его даже через телефон. Как же мало человеку иногда нужно для счастья. Всего несколько слов. И голос любимого человека.

— Давай спи, кошка.

Тихо сказал Валера.

— Завтра трудный день.

— Хорошо, Валер.

Я крепче прижала трубку к уху, будто так он становился ближе.

— Сладких снов, кот.

— Сладких снов, кошка.

Никто из нас ещё несколько секунд не клал трубку. Мы просто молчали. Будто ждали, что кто-нибудь скажет что-то ещё. Но слов уже не было нужно. Я улыбнулась. И только потом медленно положила трубку на телефонный аппарат.

*********

Уснул я достаточно быстро, за окном была метель, будто гоняя новогоднюю суету в каждой квартире, мне снилась она, в белом летнем платье, она бежала по полю, а на каштановых волосах виднелся плетеный из одеванчиков венок. Она была как живая. В буквальном смысле. Я не как не мог ее догнать, а когда догнал она рассыпалась у меня в руках и я проснулся. Сердце стучало бешено.

— Это просто кошмар...

Тихо пробормотал я себе под нос, глядя в потолок.

— ВАЛЕРА!

Раздался мамин голос с кухни.

— Иду!

Нехотя поднявшись с кровати, я натянул спортивные штаны и вышел на кухню с голым торсом, лениво потирая затылок.

— Да, мам, что случилось?

Мама виновато улыбнулась.

— Представляешь, совсем забыла горошек купить. Сходишь быстренько в магазин?

Я только вздохнул.

— Схожу.

Через пару минут я уже застёгивал куртку в прихожей. Стоило открыть дверь подъезда, как морозный воздух сразу ударил в лицо. Серое зимнее небо нависло над городом, а снег, выпавший ночью, спокойно лежал на дорогах и крышах домов, будто отдыхал после долгой метели. Во дворах было непривычно тихо — все сидели по домам, готовясь к Новому году.

До магазина идти было всего несколько минут.

Зайдя внутрь, я сразу почувствовал знакомый запах свежего хлеба, мандаринов и копчёной колбасы. Возле кассы уже выстроилась небольшая очередь.

Дождавшись своей, я подошёл к прилавку.

— Баночку зелёного горошка.

Попросил я продавщицу.

Женщина тяжело вздохнула и начала неторопливо копаться в коробках под прилавком. Как будто специально. Именно в этот момент дверь магазина снова открылась. Я машинально повернул голову. Люба. Девчонка с параллели. Когда-то я два года бегал за ней, пока она не начала встречаться с Диким.

Странно... Когда-то при одном её появлении сердце начинало биться быстрее.

А сейчас... Пусто. Совсем пусто.

Она была полной противоположностью Аси. Светлые, почти жёлтые волосы, короткая стрижка, нос с небольшой горбинкой, тонкие черты лица. Раньше мне казалось, что красивее неё никого нет. Теперь я даже не понимал, что вообще в ней находил.

— О-о, Турбо.

Протянула она с привычной ухмылкой.

— Какие люди.

Я лишь коротко кивнул. Разговаривать желания не было. Я снова перевёл взгляд на продавщицу, которая всё ещё искала этот несчастный горошек.

— Поговаривают, ты себе новую подружку нашёл.

Люба усмехнулась.

— Вкус у тебя, конечно... так себе.

Я медленно повернул голову. Внутри что-то неприятно кольнуло. Не потому, что она сказала это про меня. А потому, что сказала это про Асю. Злость вспыхнула мгновенно.

— Покрасивее будет.

Спокойно ответил я.

Без крика. Без лишних слов. Люба презрительно хмыкнула. Я знал, что с Диким они расстались ещё в прошлом году. И знал, что он ни разу не сказал о ней ничего плохого. Хотя мог. За это я его уважал. Люба была непростой. Легкомысленной. Часто сама создавала себе проблемы. Но и детство у неё было далеко не самым счастливым. Наверное, поэтому я не стал говорить ничего ещё. Она лишь недовольно цокнула языком, развернулась и ушла в глубь магазина. На этом разговор закончился. И, честно говоря, продолжать его мне совсем не хотелось.

Продавщица наконец-то нашла этот несчастный горошек и с лёгким стуком поставила банку на прилавок.

— Шестьдесят пять копеек.

Я молча выложил монеты. Они тихо звякнули о деревянную столешницу. Забрав банку, я сунул её в пакет и вышел обратно на улицу. Мороз тут же снова обжёг лицо. Я медленно шёл домой, совершенно не замечая ни людей вокруг, ни машин, ни детей, которые носились по двору. Все мысли были только об Асе. О том, как она улыбается. Как смущается, когда я называю её кошкой. Как сердится, смешно морщит нос и всё равно через пять минут забывает, на что обижалась. Я невольно улыбнулся. Мне правда повезло. Повезло встретить именно её. Другую рядом с собой я уже не представлял. Мне хотелось просто быть рядом. Каждый день. Просыпаться рядом. Держать её за руку. Слышать её голос. И знать, что вечером она снова улыбнётся мне. Наверное, большего счастья мне и не было нужно. Зайдя домой, я поставил банку горошка на кухонный стол. Мама даже не обернулась.

— Спасибо, сынок.

От этих простых слов внутри стало тепло. Я несколько секунд помолчал. Потом всё-таки решился.

— Мам...

— М?

— Я это... сегодня Новый год не с вами встречать буду.

Только после этих слов мама повернулась. Её лицо сразу стало серьёзным. Она внимательно посмотрела на меня. Слишком внимательно. Я слишком хорошо знал этот взгляд. Она терпеть не могла мои ночные исчезновения. Не любила разбитые костяшки. Синяки. Порванные куртки. Она всё знала. И отец тоже. Когда мне было четырнадцать, они пытались меня остановить. Запрещали. Ругались. Даже ремень в ход пускали. Но ничего не изменилось. Со временем они просто устали. Оставалось только надеяться, что однажды меня не посадят.

— С кем ты?

Тихо спросила мама.

— Опять со своим гоп-стопом?

Я покачал головой.

— С Асей.

И произошло то, чего я точно не ожидал. Мамино лицо будто в один миг изменилось. Морщинка между бровями исчезла. На губах появилась улыбка. Даже щёки слегка порозовели.

— С Асечкой?

Она улыбнулась ещё шире.

— Ну с Асечкой тогда можно. Иди, Валерчик.

Я даже растерялся. Настолько быстро она ещё никогда не меняла настроение.

— Спасибо...

Тихо сказал я. Развернувшись, я уже собирался выйти из кухни, как услышал её едва различимый шёпот. Она сказала это скорее самой себе.

— Главное... девке жизнь не погуби.

Я замер. Будто кто-то резко ударил под дых. Стало больно. Очень. Не потому что мама сказала это со зла. Она переживала. Я понимал. Но внутри всё равно что-то болезненно сжалось. Как я вообще могу испортить ей жизнь? Да я за её жизнь свою, не задумываясь, отдам. Лишь бы она улыбалась. Лишь бы была счастлива. Даже если однажды это счастье будет уже не со мной.

***********

Утром я проснулась раньше всех. За окном ещё только начинало светлеть, а в квартире стояла та самая новогодняя тишина, которая бывает только тридцать первого декабря. Я тихонько выбралась из-под одеяла, чтобы никого не разбудить, и сразу пошла в ванную. Умывшись холодной водой, почистив зубы и приведя себя в порядок, я вернулась на кухню с бигуди в руках. Наполнив небольшую кастрюлю водой, я поставила её на плиту. Оставалось только ждать. Вода медленно нагревалась, на дне появлялись маленькие пузырьки, которые вскоре превратились в бурлящий кипяток. Я осторожно опустила бигуди в кастрюлю и дала им как следует прогреться. Затем по одной доставала их ложкой и быстро накручивала прядь за прядью. Через несколько минут вся голова уже была в бигуди. Закончив, я вылила горячую воду, убрала кастрюлю на место и сразу принялась за готовку. На столе постепенно появлялись продукты. Картошка уже варилась для оливье, в другой кастрюле кипели яйца, на разделочной доске лежали солёные огурцы и варёная колбаса. По кухне постепенно разносились запахи варёных овощей, лаврового листа и свежего хлеба. Я быстро нарезала ингредиенты маленькими кубиками, аккуратно пересыпала их в большой тазик, добавила зелёный горошек, а затем принялась за селёдку под шубой. На плите уже доходила до готовности курица, а духовка приятно потрескивала от жара. Работа кипела, а я даже не замечала времени. Только ближе к обеду из комнаты послышались сонные шаги. На кухню, зевая во весь рот, вошёл Марат. Увидев меня в бигуди, с ножом в руке и окружённую кастрюлями, он сначала застыл, а потом громко расхохотался.

— О, Анджелина Джоли уже кухарит. У тебя тыква в карету к двенадцати превратится?

Он смеялся так заразительно, что сам едва удерживался на ногах. Но веселье закончилось почти мгновенно. Сзади раздался звонкий шлепок.

— Ай!

Марат схватился за затылок и резко обернулся.

За его спиной стоял Вова, ещё сонный, с растрёпанными волосами и слегка припухшими после сна глазами.

— Сестрой-красавицей должен называть, а не тыквой.

Спокойно сказал он, потирая глаза.

Марат только недовольно буркнул что-то себе под нос.

Я невольно улыбнулась.

— Умывайтесь оба.

Сказала я, продолжая резать овощи.

— И помогайте. До вечера ещё столько всего приготовить нужно.

Вова молча кивнул и направился в ванную.

Марат тяжело вздохнул.

— Вот вроде Новый год...

Он снова зевнул.

— А работать заставляют.

— Разговорчивый какой.

Усмехнулась я.

— Картошку чистить будешь.

— Лучше сразу расстреляйте.

Пробормотал он, чем вызвал у меня и Вовы дружный смех. Время пролетело незаметно. Пока я бегала между кухней и залом, постоянно что-то пробуя, поправляя и перекладывая, за окном уже совсем стемнело. Квартира постепенно наполнялась запахом запечённой курицы, свежих салатов и мандаринов. Из приоткрытой форточки тянуло морозом, а где-то во дворе уже слышались первые хлопки петард. Ближе к восьми вечера всё наконец было готово. Курица доходила в духовке, а я в последний раз оглядела комнату и тут же нашла, к чему придраться.

— Марат, давай стол сюда.

Парни молча подняли его и переставили.

— Нет... левее.

Стол снова сдвинулся.

— Ещё чуть-чуть.

Марат тяжело выдохнул.

— Ась, хорош орать.

В этот раз он уже и правда начинал злиться.

— А ты повозмущайся.

Я невольно усмехнулась.

Парень только сильнее сжал губы и продолжил крутить и вертеть стол по всему залу, что-то недовольно бубня себе под нос.

— Всё. Вот так и оставляйте.

Они одновременно отпустили стол и, переглянувшись, чуть ли не бегом вышли из комнаты.

Я только покачала головой.

Испугались.

Чтобы я опять не заставила их что-нибудь таскать.

Достав из шкафа чистую белую скатерть, я аккуратно расправила её по столу, разглаживая каждую складочку ладонями. Один за другим на неё становились салатницы, тарелки с нарезками, соленьями, фруктами, конфетами. Посередине заняла своё место большая запечённая курица, от которой ещё шёл горячий пар. Стол получился самым обычным, без дорогих деликатесов, но таким уютным и домашним, что я невольно улыбнулась.

Совсем скоро Новый год.

Парни быстро убежали встречать своих невест, а я, глядя им вслед, только радовалась. Ещё недавно Вова с Маратом и подумать не могли, что будут вот так спешить за девчонками.

Часы показывали уже девять вечера.

Пора было собираться.

Я вернулась в свою комнату, осторожно сняла бигуди и медленно распустила волосы. Каштановые локоны мягкими волнами легли на плечи. Я побрызгала их лаком, несколько раз встряхнула головой и довольно посмотрела на своё отражение.

Потом достала косметичку. Совсем немного туши. Тонкая стрелка. Капелька румян. И светлая помада. Этого было достаточно.

С одеждой оказалось сложнее. Я открыла шкаф и несколько минут просто смотрела на вещи. Платье? Или юбку с блузкой? А может вообще остаться в джинсах? Я тихо вздохнула.

«Ладно... Наташа с Айгуль придут, пусть помогут. Вдруг у них вкус получше моего.»

Улыбнувшись своим мыслям, я присела на кровать.

«Пять минут полежу...»

Только закрыла глаза. И сама не заметила, как провалилась в сон. Проснулась я от очень осторожного прикосновения. Чья-то тёплая ладонь медленно гладила меня по ноге. Я сонно приоткрыла глаза.

Первое, что увидела, — Валера.

Он сидел на корточках возле моей кровати и смотрел на меня с такой тёплой улыбкой, что сердце сразу забилось быстрее.

— Кошка...

Тихо позвал он.

— Просыпайся. Новый год скоро. Там уже все наши собрались.

Я ещё несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, не снится ли он мне. Потом улыбнулась, приподнялась на локтях и сама потянулась к нему. Легонько коснулась его губ своими. Совсем ненадолго. По-домашнему.

Когда я отстранилась, только тогда заметила у него в руках небольшой аккуратно завёрнутый пакет.

Всё это время он держал его за спиной. Поймав мой взгляд, Валера тихо усмехнулся.

— С наступающим, кошка.

Он протянул мне подарок. Я осторожно взяла пакет из его рук. Он оказался неожиданно тяжёлым.

Валера всё это время внимательно наблюдал за мной, будто сам волновался не меньше моего.

— Открывай.

Тихо сказал он, улыбнувшись уголком губ.

Я аккуратно развязала ленту и медленно развернула бумагу.

Внутри лежало платье.

Бордовое.

Такое красивое, что я на несколько секунд просто замерла.

Мягкая ткань приятно скользила между пальцами, небольшой разрез по бедру выглядел очень аккуратно, а тонкий пояс подчёркивал талию.

Я подняла взгляд на Валеру.

— Валер...

Только и смогла выдохнуть я.

Он сразу отвёл глаза, будто немного смутился.

— В комиссионке нашёл.

Негромко сказал он.

— Увидел... и сразу подумал, что оно твоё.

Я снова посмотрела на платье. Красивое. Очень. Но меня сейчас тронула совсем не ткань. Не цвет. Не фасон. А то, что он ходил, выбирал. Думал. Представлял меня в нём. И всё это ради меня.

Я почувствовала, как к глазам неожиданно подступили слёзы.

— Ты чего?

Валера сразу придвинулся ближе.

— Кошка...

Я быстро покачала головой.

— Это... это очень красиво.

Тихо сказала я.

— Правда.

Я провела ладонью по ткани ещё раз.

— Спасибо...

Голос предательски дрогнул.

Валера только улыбнулся.

Так тепло.

Так спокойно.

— Наденешь?

Спросил он почти шёпотом.

Я посмотрела сначала на платье, потом снова на него.

И улыбнулась.

— Конечно.

— Тогда давай быстрее.

Он усмехнулся.

— А то там уже все заждались.

Я кивнула.

— Только...

Я прищурилась.

— Подсматривать нельзя.

Валера театрально поднял руки.

— Да чтоб я?

Он даже сделал шаг назад.

— Я сама честность.

Я тихо рассмеялась.

— Выйди.

— Уже ухожу.

Он подошёл к двери, но прежде чем выйти, снова посмотрел на меня. Так, словно видел впервые.

— С наступающим, кошка.

Сказал он совсем тихо.

— С наступающим.

Ответила я, не переставая улыбаться. Он закрыл за собой дверь. Я снова перевела взгляд на платье. И почему-то в этот момент подумала не о Новом годе. Не о гостях. Не о подарках. А о том, что меня любят. По-настоящему. И это было самым дорогим подарком из всех, которые только можно было получить.