Глава 9. Цена молчания

Асакура не проронил ни слова об учёбе Рё.  Он словно не замечал  присутствия парня в доме,  и это  молчание угнетало  Рё  куда больше, чем любые  расспросы или нравоучения. Школьный день тянулся бесконечно.  Каждое слово Такаши и его дружков  отдавалось  в  голове  Рё  набатом,  каждый  взгляд  —  словно  удар.   Он  с  трудом  дождался  конца  занятий,  а  вырвавшись  из  класса,  помчался  к  воротам  школы,  словно  за  ним  гналfсь  сама  смерть.  Но  уйти  не  удалось.  Они  поджидали  его  в  глухом  переулке,  сквозь  который  Рё  привык  ходить  домой.   Такаши,  Макото  и  Хироши  —  троица,  что  превратила  его  школьные  годы  в  ад.—  Ну  привет,  Рё, —  протянул  Такаши,  блокируя  ему  путь.   Его  губы  растянулись  в  злой  ухмылке,  а  в  глазах  блестела  жестокость.  —  Давно  не  виделись.Рё  попытался  пройти  мимо,  но  Макото  перегородил  ему  дорогу,  толкнув  в  грудь.—  Мы  соскучились,  —  усмехнулся  Хироши.   —  Не  так  ли,  Такаши?—  Соскучились  по  тому,  как  ты  умоляешь  нас  оставить  тебя  в  покое?  —  спросил  Такаши,  наступая  на  Рё.  —  Или  по  тому,  как  плачешь,  когда  мы  трогаем  твои  деньги?—  У  меня  нет  денег,  —  прохрипел  Рё,  пячась  к  стене.—  Врешь,  —  прошипел  Такаши.   —  Твой  папаша  наверняка  оставил  тебе  кучу  бабок.   Не  прикидывайся  нищим.  Упоминание  об  отце  стало  для  Рё  ударом  ниже  пояса.   Он  так  долго  старался  забыть  о  нем,  о  том  позоре,  что  принес  в  его  жизнь.   Но  эти  воспоминания,  словно  чудовища  из  темноты,  возвращались  снова  и  снова,  преследуя  его.—  Заткнись,  —  прохрипел  он,  сжимая  кулаки.  Это  была  ошибка.   Такаши  лишь  ухмыльнулся  шире,  а  в  его  глазах  вспыхнула  злоба.—  Что  ты  сказал,  щенок?  —  он  схватил  Рё  за  воротник  и  встряхнул.  —  Повтори!  Следующие  несколько  минут  стали  для  Рё  адом.   Удары  сыпались  градом,  боль  пронзала  все  тело.   Он  пытался  защищаться,  но  силы  были  неравны.   Такаши  и  его  дружки  были  старше,  сильнее,  и  их  было  трое  против  одного.  Когда  все  кончилось,  Рё  лежал  на  асфальте,  не  в  силах  пошевелиться.   Тело  горело,  во  рту  стоял  вкус  крови.   Он  слышал,  как  Такаши  что-то  говорит,  прежде  чем  они  уйдут,  но  слова  доходили  до  него  словно  издалека.—  …  Завтра  чтобы  были  деньги…  иначе…  —  голос  Такаши  прозвучал  как  приговор. 

Холодные капли дождя вернули Рё к реальности. Он с трудом поднялся на ноги,  ощущая, как  ноющая  боль  пронзает  всё  тело.  Дождь  быстро  промочил  его  насквозь,  смешиваясь  с  грязью  и  кровью  на  лице,  но  Рё  уже  ничего  не  чувствовал.

Он  брел  по  ночным  улицам,  едва  переставляя  ноги.   Мысли  путались,  перед  глазами  все  еще  стояли  насмешливые  лица  Такаши  и  его  друзей.  "Завтра  чтобы  были  деньги…"   —  эти  слова,  словно  клеймо,  выжигались  в  его  сознании.

Добраться  до  особняка  Асакуры  удалось  чудом.   Рё  уже  не  помнил,  как  открыл  тяжелую  дверь,  как  прошел  в  дом.   Он  просто  рухнул  на  пол  в  прихожей,  не  в  силах  сдержать  стона  боли.

—  Боже  мой,  Рё!  Что  с  тобой  случилось?!  —  встревоженный  голос  одной  из  служанок  словно  донесся  издалека.

Рё  поднял  голову  и  увидел  над  собой  испуганное  лицо  женщины.  Она  помогла  ему  подняться  на  ноги,  поддерживая  под  руку.

—  Ничего,  —  прохрипел  он,  стараясь  улыбнуться,  хотя  знал,  что  выглядит  это  жалко. —  Упал…  неудачно. 

  Служанка,  конечно  же,  ему  не  поверила.   Она  с  тревогой  смотрела  на  его  избитое  лицо,  на  разорванную  одежду. 

—  Пойдемте,  Рё,  —  сказала  она,  решительно  поднимая  его  с  полу.  —  Я  сейчас  обработаю  ваши  раны.

   В  ванной  комнате,  стоя  перед  зеркалом,  Рё  с  ужасом  разглядывал  свое  отражение.  Лицо  было  в  ссадинах  и  синяках,  губа  разбита.  Стянув  с  себя  мокрую  рубашку,  он  обнаружил  на  теле  еще  больше  синяков. 

Служанка  обработала  его  раны,  заклеив  самые  глубокие  порезы  пластырем.   Рё  молча  принимал  ее  заботу,  не  в  силах  произнести  ни  слова. 

  Когда  она  ушла,  Рё  еще  долго  стоял  перед  зеркалом,  разглядывая  свое  искаженное  болью  отражение.  Он  чувствовал  себя  разбитым,  беспомощным.  Неужели  ему  теперь  всю  жизнь  придется  прятаться  и  бояться?

Шагов  Асакуры  он  не  услышал.   Мужчина  появился  в  дверях  внезапно,  словно  сотканный  из  тени.  Он  стоял  молча,  оперевшись  о  косяк  двери,  и  его  темный  взгляд  был  устремлен  на  Рё.  

Взгляд Асакуры, холодный и пронизывающий, словно сканер, скользил по лицу Рё, останавливаясь на каждой ссадине, каждом синяке. В отражении зеркала  он  видел,  как  по  скулам  мужчины  пролегли  жесткие  складки,  а  губы  сжались  в  тонкую  линию.Рё  не  выдержал  этого  молчаливого  допроса.   Он  резко  повернулся  к  Асакуре,  встретившись  с  ним  глаза  в  глаза.   Боль  и  унижение,  которые  он  так  старался  спрятать,  вновь  поднялись  из  глубины  души,  грозя  затопить  его  с  головой. —  Это…  —  начал  было  Рё,  но  слова  застряли  в  горле.  Что  он  мог  сказать?   Что  его,  как  мальчишку,  избили  одноклассники?   Что  он  не  смог  дать  им  отпор?   Что  теперь  он  чувствует  себя  еще  более  слабым  и  уязвимым,  чем  до  того,  как  попал  в  этот  дом?

Молчание затягивалось,  и  Рё  уже  хотел  был  спрятаться  от  пронизывающего  взгляда  Асакуры,  но  тот  внезапно  сделал  шаг  вперёд,  нарушая  хрупкую  дистанцию  между  ними. — Неужели это всё из школы? —  тихо спросил Асакура,  и в его голосе  впервые за  всё  время  послышались нотки…  сожаления?Рё  горько  усмехнулся. —  Неужели  это  так  очевидно?  —  выдавил  он,  отводя  взгляд. Он  чувствовал,  как  руки  Асакуры  ложатся  ему  на  плечи,  словно  пытаясь  удержать  от  падения.  Рё  хотел  отстраниться,  но  сил  сопротивляться  не  было.—  И  что  же  они  просили?  —  спокойно  спросил  Асакура,  приблизив  свое  лицо  к  его  лицу  так  близко,  что  Рё  чувствовал  на  своей  шее  его  горячее  дыхание.—  Деньги,  —  хрипло  отозвался  Рё,  не  в  силах  скрыться  от  пристального  взгляда  темных  глаз.  Асакура  медленно  кивнул,  словно  этот  ответ  его  ничуть  не  удивил.   Он  поднял  руку  и,  подхватив  подбородок  Рё  двумя  пальцами,  заставил  его  взглянуть  на  себя. —  Я  научу  тебя,  как  с  ними  справляться,  —  тихо  произнёс  Асакура,  и  в  его  глазах  вспыхнул  холодный  огонь.  —  Хоть  какой-то  толк  от  тебя  должен  быть.

Слова Асакуры, словно удар хлыста,  заставили Рё  вздрогнуть.  Он  молча  кивнул,  не  смея  перечить,  и,  накинув  чистую  футболку,  последовал  за  мужчиной. Выйдя  из  дома,  Рё  с  удивлением  обнаружил,  что  Асакура  направился  не  к  машине,  а  к  небольшой  огороженной  площадке  за  особняком.  Здесь,  в  окружении  высоких  деревьев,  скрытых  от  посторонних  глаз,  находилось  нечто  вроде  импровизированного  тренировочного  лагеря  —  пара  манекенов,  турник,  грузные  мешки.—  Снимай  обувь, —  коротко  бросил  Асакура,  переходя  на  ровную  площадку,  покрытую  густой  травой.  Рё  поспешно  последовал  его  указаниям,  стараясь  не  отставать.  Он  с  любопытством  осматривался  по  сторонам.   Неужели  Асакура  регулярно  тренируется  здесь?   В  этом  тихом,  уединенном  месте,  скрытом  от  глаз  внешнего  мира? —  Слушай  внимательно,  —  Асакура  встал  напротив  него,  принимая  боевую  стойку.  —  Большинство  драк  можно  избежать,  если  вовремя  уклониться  или  заблокировать  удар.Он  продемонстрировал  несколько  простых  движений  —  быстрых,  чётких,  лишённых  всякой  театральности.  —  Повторяй  за  мной. Следующий  час  пролетел  незаметно.   Рё  старательно  повторял  за  Асакурой,  удивляясь  собственной  ловкости.  Он  и  раньше  не  был  хилым  —  скорее  жилистым  и  подтянутым,  но  сейчас  каждое  движение  давалось  ему  удивительно  легко,  словно  в  нём  проснулась  какая-то  скрытая  сила.—  А  теперь  попробуй  ударить  меня,  —  сказал  внезапно  Асакура,  приглашая  его  в  центр  площадки.  —  Что  есть  силы.  Рё  замешкался,  не  понимая.—  Но…  зачем?—  Потому  что  большинство  из  тех,  кто  мечтал  бы  тебя  ударить,  сейчас  не  здесь,  —  спокойно  ответил  Асакура,  не  меняя  позы.  —  А  я  —  здесь.   И  я  могу  себе  это  позволить.  Так  что  давай,  не  стесняйся.  Рё  посмотрел  на  него  с  нескрываемым  замешательством.   Предложение  Асакуры  казалось  ему  диким,  немыслимым.  И  всё  же…  в  глубине  души,  под  слоем  страха  и  боли,  теплилось  странное  чувство…  благодарности?   

Рё помедлил ещё мгновение,  а затем,  собрав всю волю в кулак,  нанес удар. Неловкий,  неумелый,  но  всё  же  в  него  была  вложена  вся  накопленная  за  день  злость  и  обида.

Асакура  даже  не  моргнул.   Он  легко  отклонился  от  удара  и  утвердительно  кивнул.

—  Хорошо,  —  произнес  он,  и  в  его  глазах  мелькнуло  что-то  похожее  на  уважение.  —  Но  этого  недостаточно.

Не  успел  Рё  опомниться,  как  Асакура  резким  движением  сделал  ему  подсечку.  Рё  потерял  равновесие  и  с  глухим  стуком  рухнул  на  траву,  ощущая,  как  тело  Асакуры  накрывает  его  своей  тяжестью.

—  Ты  слишком  медленный,  —  прозвучал  над  ухом  спокойный  голос  Асакуры.  —  И  расслабляешься  слишком  рано.

Рё  хотел  возразить,  вырваться,  но  в  этот  момент  их  взгляды  встретились,  и  мир  вокруг  перестал  существовать.   Близко-близко,  он  видел  в  глазах  Асакуры  не  жестокость  или  презрение,  а…  интерес?

Неожиданно  для  себя  Рё  улыбнулся.   И  тут  же  воспользовался  моментом,  пытаясь  перевернуться,  сбросить  Асакуру  с  себя.   Но  тот  был  слишком  тяжёлым,  словно  гранитная  глыба.

—  Неплохо,  —  раздался  над  ухом  приглушенный  смех.   Асакура,  казалось,  совсем  не  сердился  из-за  его  попытки  к  сопротивлению.   —  Но  тебе  ещё  расти  и  расти.

Он  поднялся  на  ноги,  протягивая  Рё  руку.   —  Хватит  на  сегодня.

Рё  с  неохотой  принял  помощь,  поднимаясь  с  земли.   Тело  ломило,  на  локтях  и  шее  остались  ссадины  —  следы  их  недолгого  схватки,  —  но  настроение  было  странно  приподнятым.   Может  быть,  Асакура  прав,  и  у  него  действительно  есть  шанс  научиться  постоять  за  себя?

—  Спасибо, —  пробормотал  он,  отряхивая  футболку  от  прилипшей  травы.  —  За  урок.

—  Не  благодари,  —  отозвался  Асакура,  уже  направляясь  к  дому. —  Завтра  продолжим. Рё  вздохнул,  понимая,  что  от  завтрашнего  дня  ему  тоже  не  сбежать.  Но  сейчас,  ощущая  на  себе  остатки  тепла  от  тела  Асакуры,  он  почему-то  подумал,  что  совсем  не  против  этого.