23. Колыбельная из детства

Прошло несколько дней после дня рождения Акиры.Весёлые хлопки конфетти, смех друзей и вкус шоколадного торта уже остались позади, но одно воспоминание не покидало её маленькое сердце. Не подарок, не праздник, а мелодия, которую мама пела утром, расчёсывая ей волосы перед зеркалом.

Каждый день, перед сном, Акира ловила себя на том, что напевает её тихо, еле слышно, словно шёпот ветра. Она не знала всех слов, только кусочки — «спи, мой огонёк…» и «мама рядом живёт…», но эта песня грела изнутри.Сегодня ночью ей захотелось услышать её полностью. Не просто наполовину, а до самого конца, как в детстве.

Монастырь спал. В коридорах царила тишина, только лунный свет пробивался сквозь бумажные перегородки. Акира осторожно вылезла из кровати, накинула лёгкий халатик и босиком вышла в коридор.Её шаги были лёгкими, как у кошки, — она не хотела никого будить.Добравшись до комнаты родителей, девочка тихонько постучала.

Изнутри послышалось приглушённое:— Войдите…

Она аккуратно открыла дверь и заглянула. В комнате горел мягкий свет от свечи.Кира сидела на кровати с книгой, волосы распущены, а Ллойд что-то писал на свитке, как обычно — задумчиво и сосредоточенно.

— Акира? — удивилась Кира, откладывая книгу. — Уже поздно, что случилось, солнышко?

Акира подошла ближе, немного неуверенно потирая ладошки.— Мам… можно… ты споёшь мне ту песню? Полностью? Которую пела, когда расчёсывала мне волосы…

Ллойд улыбнулся, но ничего не сказал, лишь взглянул на Киру с нежностью — он знал, какую именно песню просит их дочь.Кира чуть кивнула и потянула Акиру к себе.

— Конечно, — сказала она, садя дочку на колени. — Эта песня… особенная. Я сочинила её сама, когда ты была ещё совсем крошкой.

Она обняла Акиру, провела рукой по её волосам и начала петь.Голос Киры был мягким, тёплым, словно шёлк, и слова ложились на сердце, как снег на землю — тихо и светло.

---

Колыбельная Киры

Спи, мой огонёк, спи, моё пламя,Пусть ночь укроет нас своим покрывалом.Не бойся теней, не зови тишину —Я рядом, я всё разделю с тобой одну.

Пусть звёзды над миром горят в вышине,Пусть свет не угаснет в твоей глубине.Когда придёт утро, разбудит рассвет —Ты станешь сильнее, чем кто-либо, свет.

Спи, моё чудо, дитя огня,Ты — часть души и дыханье меня.Пусть даже когда я уйду далеко —Любовь моя будет с тобой, нелегко.

Спи, мой огонёк, не плачь и не бойся,Сердце твоё — пламя, что вечно не гаснет.Пусть вырастешь, станешь как небо большое,Но знай — я всегда рядом, где бы ты ни была.

---

Песня утихла, растворяясь в ночи. Некоторое время в комнате стояла тишина, лишь свеча потрескивала в тёплом воздухе.Акира молчала, но её глаза блестели. Она прижалась к маме крепче и прошептала:— Мам… это самая красивая песня в мире.

Кира улыбнулась и поцеловала её в макушку.— Потому что я написала её для самой красивой девочки в мире.

Ллойд подошёл ближе, обнял их обеих, и вместе они выглядели как одно целое — семья, согретая любовью, тихая, сильная и настоящая.

Акира уже засыпала, слушая ровное биение маминого сердца.А Кира, глядя на дочь, шепнула Ллойду:— Она всё больше напоминает тебя.— А я вижу в ней тебя, — ответил он тихо. — Твой огонь, твою силу… и твою песню.

И когда свеча догорела, осталась только луна, освещающая троих, связанных не только кровью, но и светом, что никогда не угаснет.