Кофе в постель_2

Я аж подавился от такого заявления. Что, простите? "К себе" – это на соседнюю половину кровати? Да ни в жизни!

– А с чего это должен был пускать? – выдавил, переводя дыхание.

Самойлов ничего не ответил, только плечами пожал, будто даже не подозревал, что можно сказать, но я-то прекрасно понимал, что на самом деле едкое словцо у Вика имеется для любого случая. Просто на этот раз парень решил придержать колкости… на будущее. Вдруг тогда случай получше представится?

– Кстати, аналогичный первому вопрос: а почему ты не спишь? – Вик перевёл тему.– Ну, знаешь ли, – раздражённый я попробовал передразнить недавние интонации Самойлова, – не могу спокойно спать, когда ты ворочаешься там, за стенкой, – и махнул рукой за спину, показывая, где именно всю ночь находился Вик. – Так и хотелось тебя прибить.

И только потом понял, насколько же погорячился с ответом. Ухмылка Самойлова была такой многозначительной, что захотелось язык себе отрезать за сказанное или же, что ещё лучше, провалиться под землю со стыда. Вик одним своим наглющим видом намекал, что не спать я, конечно, мог и из-за чужого человека в доме… но ясно же, что просто постоянно думал о "таком охренительном Самойлове" за стенкой. Чёртов извращенец! Впрочем, и я тоже, раз смог понять намёки…

– А что ещё со мной сделать хотелось? – оч-чень толстые намёки.– Самойлов, похабник, – кое-как утопив ярость, протянул в ответ, – хочешь, чтобы я тебе вдарил?– Лучше поцелуй, у тебя это неплохо получается, – парень в очередной раз усмехнулся и мгновенно выскользнул за дверь, увернувшись от летящей в него подушки. Последовавший за этим вопрос Вик задал уже из коридора: – Кстати, тебе кофе обычный, с корицей или с ванилью?– Любой! – рявкнул я, шибанув кулаком по кровати.

На этот раз успокоиться было куда сложней. Казалось, Вик решил вывести меня своими тупыми гейскими подколками! Нет, понимаю, конечно, что это весело – так поржать над верным врагом, но нужно же и совесть иметь. В смысле, не то чтобы…

Блять, ну что за утро такое дурное, а? Пошленькое какое-то, поганенькое. Не знал бы Самойлова, подумал бы даже, что он мне комплимент делает и действительно напрашивается на поцелуй. Но при нашем способе "снятия напряжения" такой вариант не прокатит.

Кое-как заставив себя подняться и натянуть джинсы, я протопал в ванную, чтобы ещё и очнуться окончательно. Висящее над раковиной зеркало с превеликим удовольствием показало следы вчерашней внезапной страсти: зацелованные и обкусанные губы, пара засосов на шее да один на плече, чуть выше ключицы. Самойлов постарался отомстить за единственный, оставленный мной. Скотина… теперь придётся водолазку искать.

Чёрт, может, хоть как-то ему тоже настроение с утречка подгадить? Действительно вдарить, что ли? Или же…

– Ммм… А пахнет вкусно, – хрипло протянул я, заходя на кухню.

Самойлов стоял у плиты и варил в турке кофе. Я с каким-то странным эстетическим удовольствием приметил, как перекатываются на спине мышцы от каждого движения рук. Он даже не оглянулся, хотя точно услышал сказанное. Впрочем, это даже хорошо.

Пара скользящих шагов – и я сомкнул руки на груди Вика, прижимаясь к его спине. Ладони скользнули вниз, на живот, пальцы коснулись пояса джинсов…

– Ты тоже вкусно пахнешь… – интимный шёпот на ушко и осторожный поцелуй в плечо.

Вик аж подскочил от неожиданности, едва не выронив из рук турку и не пролив на себя весь кофе – впрочем, парочка капель всё равно попала на Вика и медленно поползла по коже. А я, не выдержав вида такой реакции оппонента, дико заржал, разжимая "объятия" да отходя к столу.

– Фух… Самойлов, ты придурок… – сквозь смех выдавил я. – Что это было? Бешеный заяц?– От придурка слышу, – хмуро отозвался Вик, вместо ответа нападая на меня: – А что такое ты устроил?– Нечего было пошлятину с утра пораньше разводить. Тоже пошутил.– Не смешно.

Вик вёл себя на кухне, словно полноправный хозяин: достал из тумбы подставку под горячее, водрузил на неё турку, потом в шкафчике с посудой вырыл чашки, в которые потом разлил кофе. Моя чашка громко звякнула о стол, когда Самойлов "аккуратно" её вручил, – напиток едва не расплескался. Парень злился. Ничего, пусть побесится, будет знать, как меня спросонья доводить! Хотя… зачем ему знать-то? Пусть не первый, но, надеюсь, последний раз приходится спать по соседству. М-да, не первый…

В кухне повисла гнетущая атмосфера. Самойлов стоял у окна, молчал и потихоньку глотал горячий напиток из своей чашки, но казалось, что парень готов меня испепелить на месте одним взглядом.

– Кофе вкусный, – попытался я хоть как-то разрядить напряжённость. – С корицей?

Вик промолчал, лишь взгляд его перекочевал с меня на пейзаж за окном. Хотя он там позорный: на грязный внутренний дворик с металлическими ракушками гаражей в одном из краёв да парой детских качелей в другом. Максимум асфальта, минимум деревьев – век технологий и науки.

– Там что-то интересное? Поди опять соседка с псом своим гуляет?

Данная дама вообще особый фрукт: вычурная блондинистая фифа с силиконовыми сиськами и минимумом IQ. Собачка у соседки, кстати, была такая же – удивительно тупая и со светлыми завитушками шерсти, зимой напоминающими шубку хозяйки. Гулять они выходили всегда самым ранним утром, часов в пять-шесть, и создавали столько шума, что практически будили весь дом. Мелкая псина в дизайнерских шмотках дико тявкала, гоняя уличных котов, а хозяйка верещала и носилась за ней, ибо боялась, что "Митси схватит блох". Сумасшедшая парочка, похлеще нас с Самойловым.

- Витю-уша…

Вагончик и ещё пара кило презрения. Вик будто из жизни выпал, полностью меня игнорируя. Ну надо же, какие мы нежные!

– Эх, сюда бы Ромыча… – обращаясь уже не к Самойлову, пробурчал себе под нос, но почему-то именно на эту фразу парень вдруг отреагировал.– Это зачем ещё? – хмуро прорычал он.

Забавный какой. Вот чего теперь-то злится? Вроде бы с Поповым вчера очень даже неплохо общался, почти дружески.

– Да пожрать приготовил бы, – усмехнулся я. – А то мы же с тобой напару тут с голодухи сдохнем.– А, это… Ну, давай что-нибудь приготовим?

Вик как-то мгновенно стушевался, будто и не ожидал такого моего ответа. Вот точно, никогда не научусь его понимать! Хотя, наверное, если бы мы могли легко соображать, что же имеет в виду оппонент, то и враждовать никогда бы не начали. Может, подружились даже.

На деле, Самойлов вроде бы спокойным бывает, деловитым. Просто мы слишком привыкли друг над другом издеваться. Разве можно это исправить?