44

"Мне придти к тебе?"

"Не задавай глупых вопросов, если знаешь на них ответы, Льюис."

Улыбнувшись в ответ на очередное его сообщение, я вышел из чата и засунул телефон в карман штанов. Ну что теперь поделать.. Придётся опять тише мыши пробираться к выходу из этой комнаты.

Выйдя на свободу, я почти что на цыпочках помчался в знакомую комнату. Продолжая оглядываться по коридору, чтобы на всякий случай никто меня не увидел, я открыл дверь и просунулся внутрь. Я и не знал, что Остин стоял прямо передо мной, поэтому, нелепо уперевшись в его грудь, я захлопнул дверь комнаты и повернулся к нему лицом. Задрав голову наверх, в темной комнате я еле вгляделся в его затемнённые зрачки.

- Я думал, ты не настолько идиот, чтобы вместо сна приходить ко мне. Но я ошибался.

- Я весь день хотел остаться с тобой наедине. И теперь, думаешь, мне выпал шанс и я его упущу, просто чтобы поспать? - я наклонил голову, вглядываясь в его спокойное лицо. Он ничего не собирался говорить, будто ожидая.. продолжения моей фразы? - Ты знаешь, как сложно видеть тебя в коридорах и делать вид, будто не обращаю на тебя внимание? Очень трудно смотреть на то, как ты проходишь мимо и не пойти за тобой, не окликнуть тебя, на вцепиться в твои губы посреди всех. - набравшись воздуха в лёгкие, я продолжил: - Я так задолбался ждать, когда наступит ночь или же мы найдём способ увидеться как-то по-другому. Мне мало того, что мы встречаемся один или два раза в день. Я хочу подходить к тебе тогда, когда захочу. Я хочу подходить к тебе в любую минуту и не знаю, хочешь ли ты этого тоже. У меня такое ощущение, будто лишь я один думаю о странности наших отно.. - его губы моментально оказались на моих, а ладони крепко удерживали лицо.

Поцелуй был совсем обычный, не быстрый, никуда не спешащий. Он будто наслаждался каждой секундой того момента, как меня перебил и закрыл мне рот своими губами. Подняв руки, я обвёл их возле его плеч, но не успел как-то прочувствовать продолжение, как он отстранился. Отстранился так, будто единственной его целью было меня заткнуть.

- Может, отложишь все свои мысли и переживания на какой-нибудь другой день? - он вглядывался мне в глаза, а я пытался понять, что означала эта фраза. - Я позвал тебя, потому что хотел тебя увидеть. - он провел большим пальцем по моей нижней губе. - Хотел поцеловать эти губы.

Я пожал плечами, сдерживая себя, чтобы не расплыться в глупой улыбке. Хотелось снова его поцеловать и на этот раз не отстраняться, но Остин отпустил меня. Он отошёл назад, присел на край кровати, освобождая для меня половину места. Я с минуту постоял, переминаясь с ноги на ногу, после чего решился сесть рядом с ним.

Мы молчали достаточно долго, чтобы это начало казаться мне неловким. Я хотел с ним поговорить. Только вот.. О чем? О конкретностях о нас он говорить не хотел. Я вспомнил, что совсем недавно посадили Джереми. Мы ведь даже не разговаривали на эту тему. Она забылась, как страшный сон. Я опустил голову, собираясь с силами, чтобы проговорить:

- Как там с семьёй дела? - кажется, мой вопрос вышел немного странным. Остин не понял вопроса. Я поднял голову, взглянув ему в глаза. - Ты всё ещё не ночуешь дома.. - вспомнил я. - Папаша разговаривает с тобой?

Он тяжело вздохнул, отведя взгляд. Это доказывало, что всё ещё не улажено и не в порядке, однако он ответил:

- Всё нормально. - ложь так и чувствовалась в его голосе. Стоило Остину посмотреть на меня, как он понял, что я с лёгкостью раскусил его. И очередной тяжкий вздох вырвался из его губ, когда он снова опустил голову, рассматривая свои руки. - После того, как Джереми посадили, папа.. Он перестал разговаривать вообще. То ли от чувства вины, то ли от стыда.. Я не осмелился показать ему то видео, поэтому попросил это сделать полиции. В ту ночь, когда его посадили, мы были в полицейском участке, даже мама была с нами. Вернувшись домой, папа просто заперся у себя. В последние дни он совсем со мной не разговаривает. И поэтому мне легче просто ночевать тут, в общежитии, чтобы не видеть его пустые глаза и суровые взгляды, которые он бросал в мою сторону.

Я поджал губы, рассматривая его красивый профиль. Его опущенный взгляд и тяжкие вздохи почти мучали меня. Хотелось зарыться ему в волосы, прижать к себе и успокоить. Хотелось сказать, что всё будет хорошо, но я не знал будет ли так на самом деле.

- Все будет в порядке. - всё-таки сказал я. Когда я положил руку ему на плечо, он наконец поднял взгляд. - Он признает свою ошибку. Вы уладите свои отношения, я верю в это.

И единственное, что он сделал - это просто кивнул. Я убрал руку с его плеча и в следующую секунду он произнёс:

- Как насчёт тебя?

- А что со мной? - не понял я.

- Я всегда рассказываю о своих проблемах, получаю от тебя поддержку и помощь. Я хочу, чтобы ты тоже рассказывал мне о своих проблемах. - вглядываясь мне в глаза, он говорил это на полном серьёзе. И это вызывало у меня улыбку, потому что, с какого-то черта, я умилялся с этого.

- Единственная моя проблема - это ты. - он вопросительно выгнул бровь. Я поспешил исправиться: - Все мои мысли заняты тобой. Какие у меня ещё могут быть проблемы, кроме как думать о тебе? И это проблема, Остин, потому что мысли о тебе отвлекают меня от внешнего мира, от друзей и учёбы.

Остин закатил глаза, усмехнувшись.

- Я говорил серьёзно, идиотина. Например, твоя семья. Ты совсем не рассказываешь мне о них.

- Потому что меня самого она не интересуют. - Остин устало простонал, а я задумался. В какой-то миг я вспомнил про то, что, кажется, было действительно глупым: - Ты заметил, что мы почти ничего не знаем друг о друге?

- Ты о чём? - он лёг на кровать, подпирая голову рукой.

- Ну.. Кроме того, что я уже знаю о тебе.. Больше я ничего не знаю. Например, какую погоду ты любишь, какой твой любимый цвет, были ли у тебя домашние животные, какое у тебя хобби.. - поняв, что это реально настоящая чушь, я перестал говорить. Подняв голову, я взглянул на Остина. Он улыбался, рассматривая мое лицо. - Что? - нахмурился я, смотря на то, как он улыбается. Не ухмыляется привычной самоуверенной ухмылкой, не строит фальшивую лыбу.. Он просто улыбается. И мне чертовски нравится его улыбка. И эта ямочка на его правой щеке, которую захотелось поцеловать. Так стоп.. О чём это я?

- Ну, если тебе так интересно.. - он прокашлялся и принял сидячее положение, свешивая ноги с кровати и прислоняясь спиной к стене. Чтобы не было тесно, я отодвинулся в сторону и теперь - я сидел почти также рядом с ним. - Я люблю прохладную погоду, мой любимый цвет белый, у меня никогда не было домашних животных, а хобби у меня нет. Разве что.. Я иногда рисую.

- Твой любимый цвет белый? - удивлённо приподнял я брови. Остин перевёл взгляд на меня и засмеялся.

- Почему тебя это удивляет?

- Ну.. - я задумался, отведя взгляд. - Просто ты скорее смахиваешь на человека, который любит тёмные цвета. В одежде, например. Но белый..

- Раньше я любил тёмно-зелёный. - перебил он меня. Остин поспешил убрать взгляд, неловко почесав затылок, после чего произнёс: - Но теперь я люблю белый. Он напоминает мне твои волосы. Напоминает мне о тебе.

Я отчётливо услышал то, что он сказал. Но такое чувство, будто он сказал что-то совсем иное.. Теперь я люблю белый. Теперь я люблю.. тебя.

- Перестань так на меня пялиться. - спустя небольшой паузы проговорил он. Повернув голову, Остин насмешливо посмотрел в моё лицо. Но я не мог так легко перестать так на него пялиться.

- И как же я на тебя пялюсь? - я улыбнулся, вновь увидев его улыбку. Мой взгляд снова упал на эту почти заметную ямочку на его щеке.

- Так, будто сейчас набросишься на меня и расцелуешь до смерти.

- Значит, правильно пялюсь.

Он усмехнулся, отведя взгляд, сочтя мою фразу за шутку. Но я не шутил. Я серьёзно хотел его поцеловать. Я хотел быть рядом с ним. Не сидеть так, почти касаясь его плеча. А быть рядом с ним.

Он смотрел куда-то в даль, улыбаясь, совсем не как Остин Кроули. Он выглядел расслабленным, улыбался от собственных мыслей и продолжал сидеть, не смотря на меня, даже не думая срывать эту тишину. И тогда я присел ближе к нему, почти впритык к его плечу. Он заметил это движение. Конечно, он это заметил. Но не подал виду, будто позволяя сделать то, что я собираюсь. Будто ему стало ужасно интересно что же я собираюсь сделать. Но я ничего не собирался сделать. Я просто хотел быть ближе к нему, а не продолжать сидеть так, на небольшом расстоянии. И не обращая внимание на его удивление от моих действий, я запустил руку ему за спину, а другую - положил ему на живот, наклоняясь, чтобы втиснуться к нему в объятия.

- Что ты делаешь? - Остин усмехнулся, продолжая сидеть неподвижно. Он не отталкивал меня, но и не обнимал в ответ.

- А по-твоему, что это? - проговорил я, утыкаясь носом ему в грудь. Я почувствовал, как напрягся его пресс, когда я провёл по нему рукой через тонкую ткань футболки. И это заставило меня улыбнуться. - Тебе нравится?

- Если ты хочешь просто обниматься.. - он, кажется, хотел поднять руки, чтобы обнять меня в ответ, но я опустил руку ниже, специально задирая футболку наверх. Остин тяжело задышал. Как же мне нравится то, как он реагирует на всё это.. - Ты не хочешь просто обниматься. - проговорил тихим голосом, будто прочитав мои мысли.

- Уже - нет. - прошептал я, прислоняясь щекой к его пылающей груди.

И не важно, что сейчас два часа ночи и я до ужаса устал. Я не чувствовал усталость. Я чувствовал нужду быть к нему ближе. Запускать руки ему в волосы, касаться его обнажённого торса, целовать его губы. Сейчас я хотел его так же, как и он тогда, ночью, когда делал мне минет, будучи пьяным. И он это чувствовал. Чувствовал то, как я запускаю горящую руку ему под футболку, ощущая напряжённый пресс под ладонью, поднимая руку выше, касаясь его пылающей груди, под которой громко билось его сердце.

- Льюис.. - его голос звучит тихо, почти шёпотом. Задрав голову наверх, я вижу, как он прикрывает глаза. Как проводит языком по засохшей нижней губе, отрывисто дыша.

- М? - произношу так же тихо, почти издеваясь. Запускаю вторую руку ему под футболку, а затем - легко приподнимаюсь, садясь ему на колени. - Помнишь ту ночь, когда ты был пьян? Когда так же касался меня и сводил с ума? - шепчу я, наблюдая за тем, как его губы приподнимаются в ухмылке.

- Это месть?

- Это мой ответ. - он открывает глаза. - Ответ на ту ночь. - добавляю, наклоняясь к его губам. - Только теперь - мы оба трезвые.

И почти в ту же секунду я поцеловал его. Впился в его губы, выпуская руки из-под его футболки и запуская в его тёмные волосы на затылке. Он прижимает меня к себе, кладя руки мне на бёдра.

Я отстраняюсь, заглядываю ему в глаза. Хватаюсь за конец его футболки, поднимая наверх, помогая ему снять её с себя. Не успевает Остин снова сказать что-то останавливающее, не имеющее значение, как я снова целую его. Прижимаюсь к горячим губам, но почти сразу же отстраняюсь, опускаясь ниже. Целую его сначала в подбородок, потом где-то под ним, опускаясь по шее и приближаясь к ключицам. Снова кладу руки на его живот, почти ощущая кубики пресса под ладонями, опуская всё ниже губы.

Когда из его губ вырывается отчаянный, еле слышный стон, я замираю. Замираю, как побоявшийся идиот, который сам всё и начал. Сейчас. Сейчас он меня оттолкнет и не захочет заходить дальше. Почему я остановился? Почему отстранил губы с его горячей кожи? С нежеланием убрав руки с его тела, я посмотрел ему в лицо. Остин шумно выдыхает, когда я убираю руки. Он закусывает нижнюю губу, продолжая сидеть с приподнятой наверх головой и закрытыми глазами.

Когда он открывает потемневшие глаза, встречаясь с моими глазами, я почти ощущаю, как по моей спине пробегаются мурашки от этого взгляда. Я смотрю на него, не осмеливаясь продолжать делать то, что только что делал, пока..

- Продолжай. - шепчет он, судорожно вздыхая. Невозможно умереть от голоса. Но от того, который я только что услышал, у меня чуть не остановилось сердце. Жар прилил к щекам, разливаясь по всему телу. - Льюис..

Последний его тяжёлый вздох, и я касаюсь ширинки его джинсов. Специально тяну время, специально медленно расстегиваю пуговицу и опускаю застёжку, наблюдая за тем, как он еле держится. Когда моя рука накрывает его, Остин закидывает голову назад, прошептав:

- Твою мать..

И тогда я испытываю дежавю. Он будто процедил мои же слова, сам того не осознавая. Мысленно возвращая меня в тот день, в ту мужскую раздевалку, где он целовал меня в шею, а я шептал те же слова. И тогда я наклоняюсь, снова оставляя поцелуи на его шее, поднимаясь, ища его губы закрытыми глазами. Он отвечает мне на поцелуй, запуская пальцы мне в волосы на затылке, чтобы ещё ближе притянуть к себе. Ещё один стон, вырвавшийся прямо в поцелуе, когда моя ладонь залезает под тонкую ткань его боксёров, полностью накрывая то, что под ними.

- Блять, Льюис..

- Перестань стонать моё имя, иначе, клянусь, я кончу вместо тебя.. - шепчу я, медленно двигая рукой, от чего Остин всё больше вздрагивает, кусает губу, чтобы издавать поменьше звуков, вырывающихся из его рта не по своей воле. Он опускает лицо мне на плечо, обнимая меня одной рукой, тихо и отрывисто дыша.

Наверное, приятнее я делал сейчас ему, но охрененно нам было обоим. Особенно мне, когда он раз за разом постанывал моё имя, будто специально, будто совсем не услышал мою странную угрозу насчёт этого..