Часть 3

Верхний этаж, запирается в ванной:«Мама и папа, простите я странныйВлюбился, не было ни ночи где не снилсяТот кудрявый парень, что глумился»От его ботинка ранаСложно любить своего хулигана

      Опустив дрожащие кисти рук под ледяную воду, Рич тяжело глотал слюну с привкусом крови. Проведя языком по рядам зубов, он на всякий случай удостоверился, что те целы.Не хотелось бы ему посещать стоматологов, только не в тот момент, когда ему необходимо посещать школу.

      Казалось бы, к чему всё это? Его избивают, издеваются, порой игнорируют, но ведь это не главное. Если есть хоть одна причина посещать учебное заведение, он будет это делать. А в данный момент он ощущал, как горят раны, кровоподтёки, гематомы, но вовсе не из-за боли. Просто тот, кого он сумел полюбить за такой недолгий срок, прикасался к нему.

— Похоже, я слишком странный, — пробормотал перед тем, как ополоснуть прохладной водой лицо. Уставившись в зеркало, тот нащупал на верхней полке аптечку. — Нашёл.

      Обрабатывать раны он не стал, боясь, что наваждение после антисептика может уйти. Ричарду хотелось чувсвовать это, ощущать присутствие Кэса, который всегда был слишком далёк от него. Его кудри, губы, равнодушный взгляд пленили сознание ещё в момент первой встречи. И тот не проигнорировал его.

      Раньше он не носил настолько яркую одежду. Чокеры, кеды, браслеты, свитера. Он знал, что сможет привлечь его внимание. Остальные же мало чем отличались от него, но побрякушки всё же не надевали, предпочитая более официальный стиль. С тех пор, как гардероб юного Рича обновился, его стали избивать.

      Залепив ранки пластырем, парень покинул ванную и вернулся в свою комнату. Обставлена совершенно обыкновенно: бежевые обои, увешанные плакатами разных аниме и рок-групп, полутороспальная кровать, укрытая голубым одеялом, бежевый ковёр, дверь на балкон и компьютерный деревянный стол.

      Поскольку Рич был творческой натурой, лёгкий бардак ему свойственен. Потому манга, философские книги и скетчбуки не имели точного месторасположения, изредка находили своё место даже на полу. Однако, никто не мог его наругать.Чтобы обеспечить семью, его родители трудились слишком много, потому и не могли тщательно следить за сыном.

      Единственное, чему его научили сразу, — учиться на отлично. Это правило, словно установка, поселилась в голове художника. Потому, сразу после школы, он шёл учить уроки. Как и сейчас.Присев за свой рабочий стол, он нащупал уже грязный рюкзак и достал учебники.

      Хорошо, что пока никто не додумался ему их испортить.