5

Чон Чонгук

А девчонка забавная оказалась, и в самом деле целительница. Гук, возвращаясь в свой небольшой дом недалеко от центра, едва заметно усмехнулся. Несмотря на хлопотный день, она не ныла, не фыркала и, как выяснил Чонгук, и правда два года работала тут стажёром. И отзывы о ней сплошь положительные, как у начальства, так и у пациентов — некоторые узнавали Лили. А то, как она унюхала серьёзную проблему у той беременной девочки... Гук едва заметно поморщился: похоже, и правда пора проводить внеплановую проверку компетентности целителей в Центральной больнице. Раз в полгода он и так проверял работающих здесь, и, естественно, по Ингибере после таких его рейдов еще несколько месяцев гуляли скандалы: Гук не терпел протекции в таком важном деле, как лечение больных, какие бы высокие посты ни занимали родственники жаждущих урвать тёпленькое местечко. За это Гука и любили, и ненавидели почти поровну.

От рассеянных размышлений его отвлекла мягкая вибрация переговорника в кармане — этот модный артефакт с лёгкой руки Джен, старинной подружки и сестры его лучшего друга, прочно вошёл в быт жителей столицы. Очень удобная штука оказалась, и вполне приемлемая по цене. Конечно, Гуку Дженни подарила один из первых доработанных экземпляров совершенно бесплатно. Достав устройство, Гук посмотрел, кто звонит, и коротко вздохнул, принимая вызов.

— Привет, мам, — поздоровался он, подходя к невысокой, изящной ограде своего дома и достав ключ. — Нет, вот только с работы возвращаюсь. На ужин? Хорошо, через часик подойду, — профессор открыл калитку и вошёл, поднявшись на крыльцо. — Это просто семейный ужин, точно? — на всякий случай уточнил Гук. — Потому что, мам, я с работы и немного уставший, и не имею желания общаться ни с кем кроме вас. Да? Хорошо, тогда ждите.

Он убрал переговорник обратно и вошёл в дом, где в холле вспыхнули артефактные светильники, отреагировав на его появление. Теперь переодеться и к родителям на ужин. Только перед этим, несомненно, приятным моментом предстоял не слишком радостный... Операция гному, беременная и остальное по мелочи требовали восстановления сил. Чонгук резко выдохнул, свернул на кухню и сразу направился к холодильному шкафу, распахнув дверь, достал бутылочку из тёмного стекла с жидкостью внутри. Далее на столе появился высокий стакан и целый длинный ряд из разных напитков всех цветов радуги. Несколько минут Гук колдовал над замысловатым коктейлем, подливая и пробуя, пока жидкость в стакане не приобрела ядовито-фиолетовый цвет, и только потом добавил из бутылочки последнюю составляющую: кровь. Настоящую, которую брал в больнице, там её сдавали добровольцы и она хранилась в специальных артефактных бутылочках для сохранности.

— Твоё здоровье, Гук, — пробормотал он, обхватил стакан и, зажмурившись, залпом выпил немыслимый коктейль, в котором все вкусы перемешались настолько, что кровь даже не ощущалась.

Его дар и проклятье — быть светлым магом, чья сила работала на живой крови. Хорошо, что её требовалось немного, один-два раза в месяц, если не было таких напряжённых дней, как сегодня. И всё равно Гук ненавидел этот металлический, сладковатый вкус, потому и разводил себе непостижимые напитки, чтобы заглушить его. Прислушался к себе, ощущая, как растекается принятое лекарство по венам, уходит усталость и возвращается бодрость, потом встряхнулся и поспешил на второй этаж, освежиться и переодеться. Ну и к родителям, жившим минутах в двадцати езды.

Мобиль быстро домчал его до особняка родителей, стоявшего посреди парка в престижном районе Ингиберы, где селились аристократы и старинные семьи. Где-то тут и родители Джен обитали, а сама она с мужем предпочитала свой городской дом. Гук оставил авто на стоянке у роскошного крыльца, дверь ему открыл дворецкий, служивший их семье много лет, сообщил, что его ждут в столовой. Туда Чонгук и направился. В особняке родителей имелось две столовых, парадная и чуть меньше, домашняя, как её называли. В тёплых золотисто-песочных цветах, с круглым столом, за которым очень удобно было общаться.

— Привет, мам, пап, — поздоровался Гук, наклонившись и коснувшись губами щеки цветущей темноволосой женщины.

Отцу он пожал руку и сел с его стороны, где стояли приборы.

— Как дела, сынок? — спросил глава семейства, приступая к ужину.

Подумав, Чонгук решил рассказать о Лили.

— Да вот, ректор аспирантку определил, хорошо хоть толковую, а не очередную вертихвостку, — ответил он, накладывая ароматного мясного рагу. — Сегодня первый день в больнице провели, неплохо работает. Кстати, пап, я собираюсь провести ревизию кадров в Центральной и сразу предупреждаю, всех протекционных выгоню к демонам, — тут же категорично заявил он, выразительно посмотрев на отца. — Будут скандалы, но жизни и здоровье людей мне дороже воплей обиженных.

— Ох, сынок, — мама вздохнула. — Может, не стоит...

— Стоит, мама, — отрезал Чонгук.

— Ну что ж, — задумчиво протянул отец. — Раз надо, значит, надо. Поступай как считаешь нужным. Самым голосистым заткну рот, не впервой, — кивнул он.

Отец Гука входил в Совет города и имел вес и уважение, занимаясь как раз делами гильдий, в том числе и целительской. Они еще немного поговорили, как всегда, а потом вдруг, уже во время десерта, мама вдруг заявила:

— Сынок, через два дня нас пригласили на вечер к лордам Эммери.

— Да? Поздравляю, — кивнул Гук, даже не пытаясь вспомнить, кто это такие.

— Нас троих, — мягко добавила госпожа Чон. — Ты наш сын и наследник, приглашение нам всем пришло.

Чонгук мысленно застонал: он страшно не любил эти светские сборища, но несколько раз в месяц приходилось выполнять сыновний долг и присутствовать.

— Ладно, понял, буду, — буркнул он.

— Спасибо, — мама с облегчением улыбнулась. — Можешь не оставаться там весь вечер, думаю, пары часов будет вполне достаточно.

— Отличная новость, — проворчал он, аккуратно вытер губы салфеткой и поднялся. — Рад был вас видеть, мне пора, завтра снова в больницу.

— Хорошего дня, сынок, — отец протянул ему руку на прощанье.

А когда уже почти дошёл до мобиля, снова ожил переговорник. На этот раз звонил Альвинг, давний друг и брат Джен.

— Так, Гук, завтра гонки, — деловито произнёс Альв. — На тебя рассчитывать?

— Шутишь? Конечно, — оживился Чонгук. — Тэ как, в деле? Или Джен его не отпустит? — хмыкнул он насмешливо.

— Ты сам понял, что сказал? — фыркнул Альвинг. — Конечно, в деле, и это еще вопрос, кто кого куда не отпустит, — ворчливо добавил он. — Когда это сестрёнка как приличная замужняя и беременная женщина дома сидела?

— Она что?!.. — всполошился Гук, но не договорил.

— Не-не-не, Джен не настолько стукнутая, чтобы с пузом на двухколёсник лезть, — тут же успокоил Альв. — Но одного Тэ не отпустит, будет болеть за него. В общем, завтра в девять у тебя, как всегда?

— Замётано, — Гук уселся в мобиль. — Жду вас всех.

— Давай, до завтра тогда, — Альв отключился.

А повеселевший Чонгук отправился домой, уже предвкушая завтрашний бурный вечер. Сам он, конечно, не гонял на двухколёсниках, но как целитель всегда присутствовал. Без этого их полулегальное мероприятие давно бы прикрыли. Внезапно мелькнула неуместная мысль, а могла бы Лили точно так же интересоваться двухколёсниками?.. «Не, приятель, не путай целительницу и буйную Джен, они совсем разные», — отмёл Гук домыслы и сосредоточился на дороге.

Лалиса

Утром, выйдя из ворот Академии, Лили замерла на месте, во все глаза глядя на... стоявший неподалёку мобиль, около которого она увидела профессора Чон, ждавшего явно её. Она и не знала, что Чонгук водит, и вообще, зачем он прямо приехал-то за ней? Тут пешком до больницы всего ничего! Лили медленно подошла, с подозрением глядя на куратора — что он ещё задумал?

— Доброе утро, — спокойно поздоровался профессор и вдруг шагнул к ней, поймал за руку и притянул к себе.

И... его губы мимолётно коснулись её щеки, отчего лицо Лили моментально вспыхнуло, и девушка резко дёрнулась в сторону, одарив Чон возмущённым взглядом. Только сказать ничего не успела.

— Мы ведь жених и невеста, — вполголоса произнёс Чонгук ей на ухо, щекоча тёплым дыханием шею и не дав отстраниться. — А студенты как раз сейчас уже идут на занятия.

Лили медленно выдохнула сквозь зубы и так же медленно кивнула.

— Да. Я поняла, — коротко ответила и всё же осторожно высвободилась. — Мы едем? — старательно отводя взгляд, уточнила она и немного поспешно добавила: — Не знала, что у... т-тебя мобиль есть, — лисица всё же запнулась, обращаться к профессору на «ты» было по-прежнему ужасно непривычно.

— Есть, — кивнул Чонгук, обошёл авто и открыл ей дверь. — Решил, что удобнее будет, если мы вместе приедем к больнице.

Ну... логично, учитывая их легенду. Лили села на переднее сиденье, отметив, что салон отделан натуральной кожей и деревянными накладками, и внутри приятно пахнет чем-то цитрусово-свежим. Гук устроился рядом, тронул кристалл, засветившийся мягким золотистым светом, и мобиль плавно поехал.

— Откуда ты, Лили? — внезапно спросил профессор, и лисица аж вздрогнула, метнув на него косой взгляд.

— Маленькая община из нескольких ферм под Ингиберой, — осторожно ответила она. — А зачем?..

Хотела добавить «вам», потом вспомнила, что надо тренироваться и наедине обращаться на «ты», смешалась и предпочла не заканчивать мысль. И так понятно же. Чонгук усмехнулся уголком губ.

— Ну как же, мы ведь жених и невеста, а я ничего о тебе не знаю, — напомнил он в который раз. — Родители там остались жить? Возвращаться сама не собираешься? — продолжил он расспросы.

— Да, остались. Нет, не собираюсь, — покачала она головой, глядя перед собой. — Планирую и дальше работать целительницей в городе. Мне нравится, — лисица пожала плечами.

— А почему именно целительство? — задал странный вопрос Чонгук. — Оборотни чаще идут по поисковой магии, насколько знаю.

Лили не выдержала и фыркнула: он наступил на больную мозоль, вольно или невольно...

— Ещё скажи, что только мужчины, а женщины предпочитают выйти замуж, сидеть дома и заниматься семьёй и детьми, — буркнула она хмуро.

— Тебя такое не прельщает, как вижу? — с лёгкой иронией обронил профессор.

— Нет! — категорично отрезала Лили, скрестив руки на груди и нахохлившись. — Мне нравится работать, помогать людям, и я лучше буду в больнице, чем с выводком детей и на кухне! Тем более я — лисица, а не волк, — уже спокойнее добавила она. — Нюх тонкий, но лучше чую болячки, чем людей и вещи. Поэтому не поисковая, а целительская магия. Да и при поступлении на тестировании меня так определили.

— Ну а в свободное время чем занимаешься? — продолжил расспросы Гук.

— М-м-м... — протянула Лили, судорожно перебирая, что бы ответить. — Гулять люблю, читать, — не слишком уверенно пробормотала она.

Были в её жизни еще два увлечения, но в них признаваться лисица не собиралась. Это слишком личное.

— А ты? — поспешно задала она вопрос, переводя тему с себя.

— Природу, рисовать, экспериментировать с новыми рецептами на кухне, — выдал Чонгук, и девушка во все глаза уставилась на него.

— В смысле, на кухне? Готовишь? — недоверчиво переспросила она, от удивления даже перестав смущаться, обращаясь на «ты» к профессору.

— Ну да, а что? — он пожал плечами, сворачивая на перекрёстке. — Мне нравится всякие интересные рецепты пробовать. Живу один, поварихи нет, — хмыкнул Гук и улыбнулся уголком губ. — Так что готовлю, да.

— И рисуешь, — повторила Лили, пытаясь представить Гука с кисточкой в руке.

Или поварёшкой, в фартуке. Мысли скакнули куда-то не туда, и почему-то в воображении профессор Чон стоял у плиты в одних штанах, с голым торсом и фартуком. Лицо Лили моментально вспыхнуло, она мысленно ответила себе подзатыльник, сердито зашипев на распоясавшуюся фантазию. Вот же придёт такое в голову, а!

— Рисую, — кивнул Чонгук.

— Какой разносторонний, — пробормотала Лили, продолжая бороться с неуёмным воображением.

Теперь профессор стоял перед мольбертом, только без фартука, но с по-прежнему обнажённым торсом, на природе, почему-то на берегу озера. Наверное, чтобы потом освежиться в жаркий денёк в прохладной воде... Лили едва не зарычала с досады, чувствуя, что лицо уже просто пылает, и хорошо, что они уже приехали, и Чонгук заруливал на стоянку у больницы.

— Сейчас у меня два часа приём пациентов по записи, — деловито известил он, останавливаясь и выключая мобиль. — Займёшься пока процедурами, кабинет на моём же этаже. Потом будешь ассистировать в плановой операции, надо удалить небольшую опухоль. Трогать её магией опасно, она слишком близко к сердцу, так что уберём через разрез.

— Хорошо, — кивнула Лили, выбираясь из мобиля — Чонгук успел первым и открыл ей дверь, а потом и руку протянул.

Положил ладонь себе на предплечье, и так они и вошли в главный корпус. Лили поймала себя на том, что уже меньше смущается, а отсутствие Миарили обрадовало ещё больше. Наверное, не её смена сейчас, или занята своими делами. Вот и замечательно. Они поднялись на нужный этаж, Чонгук по пути здоровался, Лили получала косые взгляды, а у двери процедурной профессор провернул тот же трюк, что и у ворот Академии: придержал её за талию, наклонился и скользнул губами по щеке. Лисице пришлось сжать кулаки, чтобы не дёрнуться в сторону от волнения и не развалить всю конспирацию. А когда Чонгук отстранился, Лили увидела за его плечом эльфийку со злым взглядом и кривоватой улыбкой.

— Доброе утро, господин Чонгук! — прощебетала она сладким голосом, едва он отвернулся.

— Доброе, — бросил он. — Госпожа Миариль, сегодня в процедурной будет Лили, пусть принимает пациентов. Поможете ей, если что.

— Да, конечно, как скажете, — отозвалась эльфийка, и лисице показалось, в голосе противной девицы слышалось предвкушение.

Только вот гадостей Лили не собиралась допускать, не в том, что касалось здоровья пациентов. Поэтому она первая зашла в процедурную и сразу направилась к столу, где лежал журнал с записями, кому что полагается. Просмотрела на сегодня, кивнула сама себе и отправилась в соседнюю комнатку, где в шкафах хранились необходимые баночки с лекарствами. Некоторые следовало активировать магией перед тем, как делать капельницы или растирания, или компрессы с ними.

— Может, давайте я всё приготовлю? — тут же нарисовалась рядом назойливая Миариль. — Я знаю, что где лежит и кому что нужно, сегодня постоянные пациенты с утра придут.

— Спасибо, я сама справлюсь, — вежливо отклонила помощь Лили, уже открыв дверцы шкафа и читая названия на баночках. — Лучше приготовьте две стойки под капельницы.

Показалось, или эльфийка едва слышно фыркнула? Но спорить и настаивать не рискнула, отправилась выполнять распоряжение. Лили усмехнулась и уверенно достала несколько банок и пузырьков, расставив на столе и принявшись смешивать нужные растворы. В два из них она послала импульс силы, активируя, и жидкости мягко засияли серебристым, показывая, что готовы к работе. Ну а к девяти пришёл первый пациент, которым Лили занялась лично. Миариль стояла в сторонке и наблюдала, сложив перед собой руки, а потом лисица перестала обращать на неё внимание, плотно занявшись остальными пациентами. И, наверное, зря, потому что, когда Лили поставила ещё одну стойку, уложив средних лет женщину на кушетку, и повернулась, чтобы принести нужную ёмкость, Миариль уже стояла рядом, протягивая и мило улыбаясь.

— Вот, держите, — прощебетала она, глядя на Лили кристально честным взглядом.

Только вот тонкий нюх лисицы уловил исходящий от банки запах, которого быть не должно в исходном растворе. А брошь на платье, подаренная Чонгуком, ярко вспыхнула зелёным, рассыпая искры такого же цвета. Эльфийка замерла, хлопнув ресницами, Лили же, мгновенно вскипев гневом, перехватила руку Миарили, аккуратно вынув из неё банку.

— Прошу прощения, мы сейчас, — с трудом уняв эмоции, обратилась она к пациентке и потащила эльфийку в комнатку с лекарствами, ухитрившись прикрыть дверь, не шваркнув ею об косяк. — Ты идиотка?! — прошипела лисица, сузив глаза и повернувшись к недоцелительнице, и потрясла банкой. — Из-за глупой мести рисковать жизнью пациентки?! Таким, как ты, не место в больнице, — твёрдо заявила Лили, споро меняя банки и готовя новый раствор, при этом не забывая зорко поглядывать на тяжело дышавшую эльфийку.

— Хочешь сказать, тебе здесь место? Выскочка! — сквозь зубы процедила Миариль, похоже, так ничего и не понявшая из того, что говорила ей Лили недавно.

— Я здесь не для того, что бы ухлёстывать за целителями, или ради престижного и тёпленького места, — негромко ответила Лили, потихоньку успокаиваясь за привычной работой. — А потому что хочу помогать людям, делать то, чему меня учили. Поэтому как закончу, мы пойдём к Гуку, и я всё расскажу, — закончила девушка и повернулась к побледневшей Миарили, посмотрев прямо в глаза.

— Ты не посмеешь!.. — пискнула явно испуганная эльфийка, толком не продумавшая последствия своего опрометчивого поступка.

Да она никогда такой ерундой и не занималась, живя одним днём, как легкомысленная бабочка. И таким точно не место в больнице, какие бы высокие места ни занимала её родня в иерархии Ингиберы.

— Посмею, — Лили наставила на неё палец. — Жизнь пациента — не игрушка, Миариль, а ты этого, похоже, не понимаешь. Поэтому сиди здесь и не смей никуда дёрнуться, пока я не закончу.

Лили вышла в процедурную, порадовавшись, что дверь из лаборантской была лишь одна, и прошмыгнуть мимо у Миарили точно не получится. А выгнать наглую и безответственную девицу отсюда следовало незамедлительно. Эмоции вновь грозили выйти из-под контроля, едва Лили представляла, что было бы, не имей она такого тонкого нюха или защитной броши, и приходилось прилагать усилия, что бы держать себя в руках. Тем более предстояло установить капельницу с приготовленным лекарством в руку женщине.

— Всё в порядке, милая? — негромко осведомилась она с лёгким беспокойством.

— Да, всё хорошо, — улыбнулась ей Лили. — Давайте руку.

Закончив, она сделала компресс еще двум пациентам, сверилась с журналом — как раз имелось минут двадцать до прихода следующих, — и отправилась за эльфийкой. Та сидела в углу, нахохлившись, и лишь зыркнула злым взглядом в лисицу, когда Лили появилась. Молча ухватив Миариль за руку, потянула за собой и вышла из процедурной, решительно направившись к кабинету Чонгука.

Чон Чонгук

— Гуки, ну хватит уже, всё нормально! — лежавшая на кушетке молодая эльфийка с тёмными волосами, в которых мелькали разноцветные пряди, с лёгким раздражением уставилась на Чонгука.

Он с сосредоточенным видом водил ладонями, окутанными золотистым, над её пока ещё едва заметным животом.

— Вот я и хочу убедиться, Джен, — невозмутимо откликнулся Гук. — Что всё в порядке. Ты же носишься как бешеная, совершенно не принимая во внимание своё положение!

— Я беременная, а не больная! — ворчливо отозвалась Дженни, в семье и для близких просто Джен. — Скажи спасибо, что отказалась от гонок — временно! — тут же добавила она, строго посмотрев на Чонгука, убравшего наконец руки. — А лабораторию не брошу, там нет ничего, опасного для малыша! Тэ, ну скажи ты ему, а! — она оглянулась на сидевшего в углу кабинета на удобном стуле мужа.

— Да она, по-моему, и рожать будет там же, в лаборатории, — невозмутимо заметил привлекательный темноволосый мужчина, с усмешкой глядевший на них. — Смирись, Гук, это же Джен, тебе ли не знать.

— Да я вообще поражаюсь, как ты уговорил её стать матерью! — Чон всплеснул руками, поднимаясь со стула. — Какие пытки применил, признавайся?

— Это наш маленький семейный секрет, — усмешка Тэ стала шире, а в глазах блеснул огонёк.

Джен же фыркнула, закатив глаза и выпрямившись, однако щёки её окрасил слабый румянец. Чонгук, заметив, театрально схватился за сердце.

— Батюшки мои, чтоб мне никогда иглой в вену не попасть! — воскликнул он. — Джен, ты покраснела?!

— Щас кину чем-нибудь, — предупредила эльфийка, грозно глянув на него, и встала, поправив блузку над кожаным корсажем с множеством заклёпок и ремешков.

— Дорогая, тебе нельзя нервничать, — тут же с преувеличенной заботой заворковал Тэ, в два шага оказавшись рядом с ней и обняв.

— А тебя пну сильно! — тут же ощетинилась Джен, попытавшись выбраться из его рук. — И спать будешь на диване в гостиной!

— Серьёзная угроза, — с тихим смешком отозвался Тэ, не обратив никакого внимания на её трепыхания. — Всё, всё, больше не буду, — он наклонился и поцеловал насупленную супругу, потом посмотрел на Чонгука. — Ну что там?

— Да всё как и полагается на третьем месяце, — пожал плечами целитель. — Кто у вас там, выясним чуть позже.

— Сегодня будешь, да? — чуть понизив голос, уточнил Тэ, выразительно поиграв бровями.

— Буду, буду, кто ж вас одних отпустит, — ответил Гук, улыбнувшись уголком губ.

Договорить не успел, в дверь раздался настойчивый стук.

— Ладно, мы пойдём, до вечера, Гуки, — Джен подмигнула, заметив гримасу досады, мелькнувшую на лице Чонгука. — Не будем мешать тебе работать.

Они направились к выходу, Тэ открыл дверь, пропуская вперёд супругу, и Гук мельком заметил в коридоре Лили с решительным лицом. Джен с интересом скользнула взглядом по девушке, на несколько мгновений задержавшись на броши, потом оглянулась на Гука, вопросительно подняв бровь, и по губам её скользнула ехидная усмешка. Чон обречённо понял, что от расспросов не отвертеться, и громко пригласил:

— Входи, Лили. Что-то срочное?

— Да, — девушка втолкнула перед собой бледную Миариль, кусающую губы. — Эта вот попыталась подставить меня, — лисица коротко рассказала о происшествии в процедурной и в конце добавила: — Если что, готова подтвердить показания на любом артефакте правды.

Взгляд Чонгука заледенел, когда он перевёл его на Миариль. А вот и удачный повод избавиться от назойливой девицы с влиятельной роднёй.

— Есть что возразить? — коротко спросил он ровным тоном.

Эльфийка вздёрнула подбородок, её глаза блеснули, но тут же потухли, наткнувшись на его непроницаемое лицо.

— Н-нет, — едва слышно ответила она.

— Тогда завтра утром чтобы духу вашего здесь не было, — распорядился Чонгук. — Напишете по собственному желанию, и мой вам совет. Займитесь лучше косметическим целительством, там меньше опасности навредить кому-то слишком серьёзно, — бросил он напоследок.

Эльфийка не удержалась, всхлипнула и, развернувшись, выскочила из кабинета. И тут же переговорник Гука издал музыкальную трель. Чуть нахмурившись, он посмотрел на звонившего и поморщился, но ответил на вызов.

— Слушаю, — коротко произнёс Чон. — Да, добрый день. Что-то срочное? Что конкретно?.. — выслушал ответ, не сдержал досадливого вздоха. — Не думаю, что есть причина моего приезда к вам... — снова замолчал, скрипнул зубами, сдерживая взметнувшееся раздражение. — Да, конечно. Да, через полчаса буду. Всего хорошего, — Гук отключился и посмотрел на Лили, молча стоявшую рядом и тщательно, хоть и безуспешно пытавшуюся скрыть любопытство.

Что ж, хотят, что бы он бросил всё и срочно приехал по важному вызову? На губах Чонгука появилась предвкушающая усмешка.

— Лили, мы едем по срочному и важному вызову на дом, — заявил он. — Там... пациентка, говорят, при смерти и вот-вот скончается.

— О, — лицо лисицы сделалось озадаченным, и Гук поймал себя на том, что невольно любуется им.

Живым и не похожим на маску, как и вся она. Искренняя и решительная, чётко знающая, чего хочет от жизни. Только никак не желающая идти навстречу и держащаяся отстранённо, не пускающая дальше вежливого сотрудничества. А с чего вдруг его потянуло больше узнать о Лили, Чонгук пока не задумывался. В конце концов, им в самом деле надо поддерживать легенду... Легенда! Его взгляд упал на руки лисицы, сложенные впереди, и Чон понял, что самое главное в подтверждении надо решать прямо сейчас. Ибо там, куда они отправляются, глаза слишком внимательные.

— Так, поехали, — он скинул халат и повесил на вешалку, потом ухватил Лили за руку и потянул к выходу.

— Прямо сейчас? — выпалила она, торопясь за Гуком.

— Да, дом находится ближе к окраине Ингиберы, там поместье, и по пути надо еще кое-куда заехать, — быстро проговорил Чонгук, отчего-то испытывая настойчивое желание зверски ухмыляться, как истинный злодей.

От Миариль он избавился, может, с помощью Лили выйдет стряхнуть и еще одну назойливую поклонницу? Очень бы хотелось, конечно. Потому что его эта особа категорически не слушала, а вежливый Чонгук не умел грубо отшивать назойливых девиц.

— Куда? — слегка растерянно переспросила Лили, явно ошарашенная быстрой сменой событий.

— В одно место, — Гук оглянулся и подмигнул, испытывая странный подъём чувств и настроения.

— Ла-адно, — протянула лисица. — Но потом вернёмся сюда, после этого срочного вызова?

— Конечно, у нас тут куча дел, — кивнул Чонгук.

Они спустились к выходу, сели в мобиль, и Чон поехал, поглядывая по сторонам и пытаясь вспомнить, где поблизости находится нужный ему магазин. Бывал он там редко, поэтому поиски заняли какое-то время, пока наконец Гук не заметил вывеску.

— Ага, сюда, — довольно выдохнул он, останавливая мобиль на выделенном месте около тротуара.

— М-м-м, — задумчиво промычала Лили, покосившись в сторону магазина. — Туда?..

— Мы же жених и невеста, и тебе полагается кольцо, — невозмутимо ответил Гук, и лицо лисицы снова отразило все её эмоции.

Не дожидаясь её ответа, целитель, довольно улыбнувшись, снова уже привычно ухватил Лили за руку, аккуратно сжав тонкие пальчики, и зашёл в ювелирный.