16

Месяц, который вы прожили вместе, был одновременно самым счастливым и самым трудным в твоей жизни. Ты впервые жила с мужчиной, впервые делила с кем-то быт, пространство, время. И хотя вы любили друг друга, реальность оказалась сложнее, чем розовые мечты.

Всё началось с мелочей. Влад привык жить один — по-холостяцки, хотя и идеально чисто. Но его режим был нерегулярным: он мог работать до трёх ночи, просыпаться в обед, есть когда попало и пить кофе литрами. Ты привыкла к тишине, к размеренности, к тому, что утро начинается с завтрака, а вечер — с разговоров.

Первая неделя прошла как в тумане эйфории. Вы просыпались вместе, целовались, завтракали, он отвозил тебя, если надо, или работал из дома, пока ты читала или занималась своими делами. Вечером вы смотрели фильмы, болтали, занимались любовью, засыпали в обнимку.

Но к концу второй недели ты начала замечать, что он стал чаще задерживаться на работе. Сначала на час, потом на два, потом до одиннадцати вечера. Ты сидела дома одна, смотрела в стену и чувствовала, как внутри закипает тревога. Ты боялась, что он охладел. Что ты ему надоела. Что он нашёл что-то более интересное, чем ты.

Однажды вечером, когда он пришёл после полуночи и просто рухнул на кровать, не раздеваясь, ты не выдержала.

— Влад, — сказала ты, сидя на краю кровати. — Ты можешь мне объяснить, что происходит? Ты почти не бываешь дома. Я чувствую себя брошенной.

Он повернулся к тебе, уставший, с красными глазами.

— Дарина, у меня аврал на работе. Мы запускаем обновление Majestic, я не могу бросить команду. Я не специально.

— Я понимаю, — сказала ты, чувствуя, как голос начинает дрожать. — Но ты даже не говоришь мне, когда вернёшься. Ты не пишешь, не звонишь. Я думаю, что ты меня бросил. Что я тебе надоела.

Влад сел и провёл рукой по лицу.

— Ты не можешь так думать, — сказал он устало. — Я же сказал тебе, что люблю тебя.

— Слова — это просто слова, Влад, — ответила ты, и в голосе прозвучала обида. — Я тебя почти не вижу. Я чувствую себя одинокой. Я переехала к тебе, чтобы быть рядом, а ты... ты просто исчезаешь.

— Я не исчезаю, — сказал он, повышая голос. — У меня работа! Ты же знаешь, что я не могу всё бросить!

— Я не прошу бросать! — ты тоже повысила голос. — Я прошу просто писать мне! Просто сообщение! «Я задержусь», «Я скоро буду», «Я люблю тебя» — хоть что-то!

— Я устал, Дарина, — сказал он резко, вставая с кровати. — Я работаю целыми днями, я не могу думать ещё и о том, как тебя успокоить. У меня голова уже раскалывается от всего этого.

Ты замерла, почувствовав, как внутри всё обрывается.

— Я... я просто хочу быть нужной, — сказала ты тихо, и голос сорвался. — Я не хочу быть обузой. Просто... если я тебе не нужна — скажи. Я уйду.

Влад замер. Он повернулся к тебе, и в его глазах мелькнула боль.

— Ты не нужна? — переспросил он шёпотом. — Ты серьёзно сейчас это говоришь? После того, что я для тебя сделал? После того, как я купил эту квартиру для нас? После того, как я оформил её на тебя?

— Ты купил квартиру, — сказала ты, чувствуя, как слёзы начинают душить тебя. — Но ты не хочешь быть в ней со мной.

— Я хочу! — почти закричал он. — Я просто не могу быть с тобой каждую секунду! У меня есть обязательства, Дарина! Я не могу просто сидеть дома и смотреть на тебя весь день!

— Я и не прошу сидеть и смотреть! — закричала ты в ответ, вскакивая. — Я прошу просто быть рядом! Понимать, что я есть! Чувствовать, что я не одна в этой чёртовой квартире!

Вы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Ты плакала, он сжимал кулаки. Тишина между вами была почти осязаемой.

— Я пойду, — сказала ты, вытирая слёзы. — Мне нужно проветриться. Не ищи меня.

— Дарина, — начал он, но ты уже вышла из комнаты, накинула куртку и вылетела из квартиры.

Ты не знала, куда идти. Ты просто шла по улице, чувствуя, как холодный ветер обжигает лицо, смешиваясь со слезами. Через час ты оказалась у Саши. Он открыл дверь и сразу понял всё по твоему лицу.

— Заходи, — сказал он, обнимая тебя. — Рассказывай.

Ты рухнула на диван и всё вылила: и про работу, и про то, что он не пишет, и про то, что ты чувствуешь себя брошенной, и про то, что боишься, что он разлюбил тебя.

Саша слушал, не перебивая. Потом сел рядом и сказал:

— Дарина, он любит тебя. Но он просто не умеет быть в отношениях. Он всегда был один. Он не привык думать о ком-то, кроме себя. Ему нужно время, чтобы научиться.

— Я устала ждать, Саш, — сказала ты. — Я устала чувствовать себя ненужной.

— Ты не ненужная, — сказал он, притягивая тебя к себе. — Ты — самое важное, что есть в его жизни. Просто он не умеет это показывать. Но он учится. Поверь мне.

Ты осталась у Саши на ночь. А утром позвонил Влад.

— Она у тебя? — спросил он хриплым голосом. — Я всю ночь не спал. Я обыскал весь район.

— Да, у меня, — сказал Саша. — Она плакала, Влад. Ты не должен был так с ней.

— Я знаю, — ответил Влад. — Я дурак. Я хочу с ней поговорить. Я приеду.

Через час Влад стоял у двери Саши. Ты вышла к нему, опустив глаза.

— Дарина, — сказал он, беря твои руки. — Я дурак. Я идиот. Я не умею быть в отношениях. Я не привык думать о ком-то, кроме себя. Но я хочу учиться. Я хочу быть с тобой. Ты — самое лучшее, что случилось со мной.

— Я не хочу быть твоей обязанностью, — сказала ты тихо.

— Ты не обязанность, — ответил он. — Ты — моя жизнь. И я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Каждый день, каждую секунду. Я просто боюсь, что не справлюсь.

— Мы справимся, — сказала ты, поднимая на него глаза. — Но нам нужно говорить друг с другом. Пожалуйста. Просто говори со мной.

— Я обещаю, — сказал он, прижимая тебя к себе. — Я буду писать тебе. Я буду звонить. Я буду рядом. Просто дай мне время.

Вы вернулись домой и долго разговаривали. О страхах, о тревогах, о том, что каждый из вас боится. Ты узнала, что он тоже боится — боится не оправдать твоих ожиданий, боится, что ты разочаруешься в нём, боится, что не сможет дать тебе того счастья, которое ты заслуживаешь.

А он узнал, что ты боишься быть брошенной, боишься, что он уйдёт, боишься, что ты недостаточно хороша для него. И вы оба поняли, что ваши страхи похожи. И что только вместе вы сможете их преодолеть.

Влад перестроил свой график. Он начал приезжать домой вовремя, писал тебе в течение дня, звонил, если задерживался. Вы начали завтракать вместе, разговаривать, планировать выходные. Вы учились быть парой. И это было трудно, но правильно.

Саша иногда звонил, проверял, как у вас дела. Он радовался, когда ты говорила, что всё хорошо, и поддерживал, когда ты говорила, что что-то пошло не так.

— Я горжусь тобой, — сказал он однажды по телефону. — Ты выросла. Ты стала сильной.

— Это всё благодаря вам, — ответила ты. — Тебе и Владу.

— Нет, — сказал Саша. — Это всё благодаря тебе. Ты сама справилась. Ты — моя сестра. И я люблю тебя.

Вы с Владом стали ближе, чем когда-либо. Трудный месяц научил вас говорить, слушать, слышать друг друга. И это было главное.