Rêve

Подходит к концу очередной год. Очередной год, который я провел без тебя. Я сижу на холодном полу в маленькой съемной квартире. За окном глубокая ночь, изредка слышны звуки фейерверков и голоса мимо проходящих людей. На лавочках сидит пушистый снег, отражая свет рядом горящих фонарей. В окнах соседнего дома можно заметить пышные елки и красочные гирлянды. Город празднует долгожданное торжество. Упираясь спиной об кровать, я устало откидываю голову назад и утомленно прикрываю веки, прислушиваясь к слабому звуку циферблата. По комнате размеренно распрострянается свет настольной лампы, бледно освещая кровать и рядом стоящий стол. Голые, безжизненные серые стены, местами с трещинами, скрипящая мебель, деревянные окна с плохой покраской и монотонными серыми шторами рушат всю праздничную атмосферу, заставляя поникнуть и погрузиться в глубокое состояние уныния. Последний год выдался довольно тяжелым: пришлось поменять работу аж три раза, многие близкие оборвали со мной связь из за моей зависимости. Казалось, что моя жизнь потихоньку рушится. На самом деле, произошедшее за этот год не являлось отправной точкой. Все началось еще когда ты ушел от меня. Украдкой бросив взгляд на освещенную часть стола, я замечаю твою фотографию. Тело пробивает мелкая дрожь.

Знаешь, я уже привык. Мысли о тебе перестали резать меня изнутри, заставлять сворачиваться от боли, истощаться от немыслимой горечи. Я больше не трясусь по ночам, перечитывая твои письма, разглядывая твои фотографии. Честно сказать, перестал я это делать не потому, что смог отпустить тебя. За это время пока я был без тебя, моя боль значительно... трансформировалась. Раньше она была постоянной, пульсирующей и острой, сдавливающей легкие и не дающей вдохнуть полной грудью. Сейчас же эта боль стала намного слабее. Перевоплотилась из чего то обжигающего и смертельного в нечто вялое и тоскливое. Теперь эта боль ощущается не горящими лезвиями внутри, а огромной пустотой. Думаю, что отныне, она - мой верный товарищ, ежедневное напоминание о тебе, которое врослось в мое тело и стало частичкой меня.

Поворачивая голову влево я видел тебя лежащего рядом со мной. Веки безмятежно прикрыты, губы слегка расплылись в улыбке, ресницы чуть подрагивали от слабых порывов ветра. Ты мирно посапывал, позволяя ветру пробираться сквозь твою легкую футболку, ласкать нежное тело. Вокруг тебя одеяльцем протягивались бесчисленные травинки, окутывая трепетно, словно защищая тебя от всего ужаса творящегося во внешнем мире. Я притягиваюсь к тебе ближе, аккуратно кладя голову на твое плечо. Над нами возвышалось дубовое дерево, охраняя от палящих лучей летнего солнца. Ты слегка шевельнулся, и через секунду я заметил, как пристально ты смотришь на меня из под приподнявшихся век.

-Чего? ,- слегка усмехнувшись спросил я,- Чего так пялишься?

-Красивый.

Твои слова всегда вызывали во мне бурные эмоции. Они могли в одну секунду сделать меня самым счастливым человеком на свете, и в то же время мгновенно стереть в порошок. Каждый раз, когда ты называл меня красивым, во мне что-то рождалось: я чувствовал себя сильным, готов был порхать высоко в небесах, дарить окружающим любовь, согревать весь мир своей теплотой. Каждый раз, когда ты с матами выбегал из моей квартиры и злобно хлопал дверью, это что-то во мне моментально погибало. Я днями не мог заставить себя встать с кровати: сидел как неживой, весь бледный и подавленный. До сих пор не могу найти объяснение тому, почему ты оказывал на меня такое влияние. Думаю, я просто добровольно решил стать твоей игрушкой. Да, Гарри, издевайся надо мной сколько хочешь. Нет, Гарри, я не против. Да, Гарри, я сделаю все что ты захочешь. Да, Гарри, я правда тебя сильно люблю.

Нет, я не смог тебя отпустить. Не смогу никогда. Во мне слишком много тебя. Ты пробрался слишком глубоко внутрь, завладел моим сердцем и душой без остатка. Я не против, Гарри. Мои страдания будут длиться бесконечно, я знаю, и это понимание заставляет меня каждый гребаный день вставать с кровати, ведь лучше я буду мучиться, греть в памяти твой образ, нежели позволить ему ускользнуть навсегда. Я не могу позволить себе забыть тебя. Я болен тобой, и эта болезнь - мое спасение.

И даже сейчас, в эту новогоднюю ночь, сидя один в тесной и серой комнате, я задыхаюсь от воспоминаний о тебе.

-Что бы мне тебе сыграть?,- спросил ты, сидя на моей кровати и игриво глазея на меня. Пальцы аккуратно легли на гриф гитары, зажимая случайные аккорды. Я молчал; стоя напротив жадно разглядывал тебя, пытался запомнить этот момент до мельчайших деталей, чтобы потом, сидя на кухне ночью и страдая от бессонницы, я мог прокручивать его в памяти бесчисленное количество раз. Твои растрепанные коричневые прядки, аккуратный бежевый свитер, который так идеально сидит на твоем теле, сосредоточенное выражение лица и тонкие длинные пальцы зажимающие аккорды. Черт... Какой же красивый. Твоя красота всегда являлась для меня неописуемым объектом восхищения. Поставить бы в состаренную овальную раму и повесить напротив кровати. Просыпаться и засыпать смотря на тебя. Мечта. Спустя несколько минут ты подобрал подходящую мелодию, и секунду помявшись на месте, принялся играть. Первый звук сорвался с твоих пальцев — тихий, неуверенный, но врезавшийся в меня с такой силой, будто это была последняя песня на земле. Ноты дрожали в воздухе, цепляясь за стены и потолок, а я не мог дышать. Я боялся спугнуть этот момент, боялся, что если сделаю хоть одно движение, ты остановишься.

—Драко, ты опять на меня пялишься, — сказал ты, не поднимая глаз от струн.— Потому что я не могу наглядеться, — честно признался я.

Ты играл "In my dreams" Роя Орбисона. Я узнал эту песню с первых же нот.

Помню, как впервые услышал ее в день, когда ты впервые заговорил со мной. Мы отмечали окончание пятого курса учебы в маленьком баре "Howlin Wolf" в Шотландии, и в тот день особенно я не мог оторвать от тебя взгляд. Одногруппники плясали на танцполе, а музыка была настолько громкой, что пульсировала в ушах. Все уже давно были в стельку пьяными, и лишь я один сидел в отстраненном углу на мягком диване и наблюдал за проиходящим. Воспоминание безумно далекое, но в то же время до боли родное. Ты подошел ко мне с двумя бокалами мартини, предложил выйти на свежий воздух, и после этого нас в тот вечер больше не видели. Мы разгуливали по темным улочкам Глазго, распивали мартини и разговаривали обо всем на свете. Я ощущал себя словно в сказке. Не мог поверить, что это действительно происходит: я гуляю с тобой. С Гарри Поттером. С человеком, в которого был без ума влюблен на протяжении пяти лет, за которым скрытно наблюдал во время лекций, который снился мне каждую ночь в самых разных сценариях.

В тот вечер ты поцеловал меня. Не знаю из за алкоголя ли, лишившего тебя здравого смысла, или потому что правда захотел. Я так и не осмелился тебя спросить.