12

Щербатая лежала на голой земле в палатке целительницы и скрипела зубами от боли. Она не помнила, как вернулась Полынница, не чувствовала вкуса трав, которые целительница совала ей в пасть. Было уже темно, когда боль немного отступила, и Щербатая начала приходить в себя.«Великое Звездное племя, только бы добраться до своей палатки и уснуть на целую луну!»Видимо, она и уснула, потому что когда снова открыла глаза, то увидела перед собой Полынницу.- Клокастый отдыхает, - тихо сказала целительница. - Я дала ему маковых семян.- Хорошо, - кивнула Щербатая и удивленно повела ушами, не понимая, почему Полынница так пристально ее разглядывает.Целительница ничего не сказала. Она отошла в свою кладовую и начала прибираться там. Потом покосилась через плечо на Щербатую:- Что ты собираешься делать?Щербатая искренне не поняла вопроса. Подумав немного, она вздохнула.- Сейчас? Спать!Но целительница покачала головой.- Нет, не сейчас. Вообще. В будущем.- Быть воительницей, служить своему племени, что же еще?- А как быть с болью, которую ты разделяешь с каждым страдающим? - не отставала целительница.- А ты не можешь дать от этого каких-нибудь трав?Полынница покачала головой.- Нет, Щербатая, травы дают больным, а ты здорова. Тебе не от чего лечиться. - Полынница пригладила лапой листья папоротника, прикрывавшие ямки с целебными растениями, отошла и села рядом со Щербатой. - Звездное племя наградило тебя великим даром, который ты обязана использовать на благо своим товарищам.Щербатая непонимающе потрясла головой.- Но как?- Ты чувствуешь чужую боль на расстоянии, - ответила Полынница. - Ты знаешь, что у кого болит, и что чувствует страдающий. Это бесценно!- Полынница, но ведь больные могут сами рассказать тебе обо всем, что они чувствуют! - возразила Щербатая. - И вообще, я не хочу быть такой! Вся эта чужая боль мешает мне сражаться, не позволяет быть полноценной воительницей!Полынница молчала так долго, что Щербатая забеспокоилась.- Возможно, тебе изначально не было предназначено быть воительницей, - наконец, медленно проронила она. - Возможно, предки хотели видеть тебя целительницей.Щербатая вскочила.- Не городи чепухи! Я воительница! - шипя от досады, она посмотрела в тихие глаза Полынницы и завопила: - Я не хочу чувствовать эту боль, я с радостью избавилась бы от этого проклятия! Это не дар, а наказание! А ты… Ты же целительница! Ты должна мне помочь!Полынница грустно потупила взгляд.- Именно это я все время пытаюсь сделать. Пойми…Щербатая не стала дожидаться, пока целительница договорит. Хлестнув хвостом, она бросилась к выходу и выскочила на поляну.«Полынница ничего не понимает!»Первая, кого увидела Щербатая, была Солнцецветик, выходящая из воинской палатки. Увидев Щербатую, она со всех лап бросилась к ней.- Клокастый… - начала было Солнцецветик, но вдруг осеклась, с тревогой вглядываясь в глаза дочери. - Что с тобой? Ты здорова?- Да! - рявкнула Щербатая.Солнцецветик заморгала.- Я только хотела сказать, что тебя зовет Клокастый, - тихо сказала она.Щербатая была не в настроении с кем-то разговаривать, но после недолгого раздумья кивнула и поплелась в воинскую палатку.Клокастый лежал в своем гнездышке. Щербатая заметила, что в его подстилку добавили побольше птичьих перьев и невольно замурлыкала от смеха: уж очень воин сейчас напоминал всклокоченного вороненка с черным опереньем вокруг шеи. Услышав ее шаги, Клокастый поднял голову.- Щербатая… - прошептал он. - Я хотел поблагодарить тебя, ведь ты… спасла мне жизнь.Щербатую бросило в жар от смущения.- Да не за что, - пробормотала она, опуская глаза. - Любой кот на моем месте сделал бы то же самое…Тайна, объединявшая их, жгла шкуру Щербатой, словно полчища муравьев ползали у нее по шерсти. Она повернулась к выходу, но Клокастый вдруг поднял лапу и удержал ее.- Пообещай, что больше никогда не будешь такой мышеголовой, - проворчал он. - Ведь ты могла погибнуть!- Но ведь ты тоже едва не погиб, - парировала Щербатая. - Причем, если я побежала спасать тебя, то ты угодил в зубы барсучихе исключительно по своей вине. Тебе не кажется, что я в хорошей компании?Вместо ответа Клокастый хрипло застонал от боли.- Ложись скорее, - засуетилась Щербатая, помогая ему поудобнее устроиться в гнездышке. - Попозже я принесу тебе чего-нибудь поесть.Перед уходом она еще раз взглянула на Клокастого и увидела, что он уже уснул. Незнакомое тепло согрело сердце Щербатой.«Может быть, мы снова подружимся?»Выбравшись наружу, она прогнула спинку и как следует потянулась. От недавнего изнеможения не осталось и следа, сейчас Щербатой не терпелось поскорее размять лапы хорошей пробежкой по лесу. Выпрямившись, она почувствовала на своей шкуре чей-то упорный взгляд.«Кому еще что-то понадобилось?» - недовольно подумала Щербатая, оборачиваясь. Она даже опешила, увидев откровенную ненависть в глазах Лисолапки, глядевшей на нее из-за палатки воителей.«Когда это я успела перейти ей дорогу?» - фыркнула про себя Щербатая. Но сегодня у нее были дела поважнее, чем разбираться в чувствах Лисолапки.Щербатая повернулась к Лисолапке спиной и направилась к куче с добычей, вокруг которой уже расселись воины во главе с Камнезубом. Глашатай дремал на солнышке, подвернув под себя лапы, но при приближении Щербатой резко поднял голову и с усилием встал. Внезапно Камнезуб показался Щербатой глубоким стариком, почти ровесником Ящера. Но Камнезуб быстро стряхнул с себя временную слабость и вновь стал тем бодрым и сильным глашатаем, которым его знали в племени.- Щербатая, я хочу попросить тебя возглавить патруль к тому месту, где вы вчера столкнулись с барсучихой. Нужно раз и навсегда выгнать ее из нашего леса.- Конечно! - обрадовалась Щербатая, раздуваясь от гордости. Впервые ей доверили такое важное задание!- Вот и замечательно, - кивнул Камнезуб, обводя глазами воинов, сидевших возле кучи. - Возьми с собой Хитроглазого и Мышекрыла.- Вот это дело! - обрадовался Хитроглазый, торопливо проглатывая последний кусочек полевки, которую они делили с Мышекрылом. - Когда выступаем? Прямо сейчас?- Да, - кивнул Камнезуб. - Паленый и Крапивка тоже пойдут с вами.- И мы! - пропыхтел Волчонок, вместе с сестрой подскакивая к глашатаю.Но Камнезуб отрицательно покачал головой.- Нет, в этот патруль пойдут только воины, - отрезал он. Волчонок грустно повесил хвост, а Лисолапка вновь бросила испепеляющий взгляд на Щербатую.«Что ты все утро пялишься на меня, как будто у меня выросла барсучья морда вместо головы? - с раздражением подумала Щербатая, борясь с желанием оборвать Лисолапке уши. - Я не виновата в том, что тебя пока не посвятили в воители! К тому же если бы ты хоть разок увидела, на что способна разъяренная барсучиха, глядишь, сама бы запросилась в лагерь!»- Погодите, - вмешался Хитроглазый. - Почему бы не взять с собой оруженосцев? Боевой опыт им не помешает.«Хитроглазый, хоть ты бы помолчал!» - простонала про себя Щербатая. Однако ей хватило ума промолчать, ничем не выказывая своего раздражения.Камнезуб нехотя кивнул.- Хорошо, - сказал он, окидывая суровым взглядом прыгающих от радости оруженосцев. - Но пеняйте на себя, если я услышу, что вы не слушались Щербатую или старших воинов! - громко сказал он. - Делайте только то, что вам сказано, и упаси вас Звездное племя, без спросу лезть вперед!Лисолапка и Волчонок дружно закивали, но Щербатая подозревала, что они пропустили слова глашатая мимо ушей. Взмахнув хвостом, она собрала патрульных вокруг себя и направилась к выходу из лагеря. Когда коты очутились среди деревьев, Паленый вырвался вперед и поравнялся со Щербатой.- Я спущу шкуру с этой барсучихи! - прорычал он. - Я выпущу ей кишки и размотаю их отсюда до самой территории Двуногих! Она едва не убила моего брата! Пусть знает, что я никому не позволю тронуть шерстинку на его шкуре!Щербатая вспомнила двух крохотных малышей, испуганно пищавших в ежевике, пока их мать сражалась с котами.«Разве это справедливо - гнать барсучиху с детьми из ее дома? - подумала она. - Может, оставить их в покое и просто не ходить в ту часть леса?»Щербатая сама знала, что рассуждает не так, как положено воительнице. Но она была слишком честна, чтобы обманывать себя.«Будь я на месте этой барсучихи, я бы тоже защищала своих детей от любой опасности! И нападала бы на всех, кто слишком близко подходит к нашему логову…»Но если так, то как она может вести целый отряд на войну с матерью и ее детенышами?«Может, сказать им, что я не помню дорогу?»Щербатая так и не успела принять никакого решения, потому что из зарослей в стороне от дороги раздался торжествующий визг Мышекрыла.- Сюда! Здесь запах Клокастого и брызги крови на папоротнике!Теперь Щербатой ничего не оставалось, как вести патруль прямо на поляну, окруженную ежевикой. Она сама не понимала, что чувствует - облегчение или разочарование. Что ж, раз все решилось само собой, значит, ей остается только исполнить свой долг…Когда впереди показались заросли ежевики, Щербатая взмахнула хвостом, подавая знак остановиться.- Мы пришли, - сказала она. - Лисолапка и Волчонок, не вздумайте ничего предпринимать без приказа!Вот когда ей особенно пригодилось знаменитое правило Оленухи: «смотри, слушай, нюхай!» Щербатая вся обратилась в зрение, обоняние и слух, пытаясь понять, что делает барсучиха и что ждет котов на поляне. Но здесь ее поджидало первое разочарование - высокая стена ежевики полностью скрывала низинку, откуда доносился только едкий и удушливый запах барсучихи, но не было слышно ни единого звука.- Щербатая, - сказал Хитроглазый, - прежде чем туда соваться, нужно придумать какой-нибудь план.Щербатая кивнула.- И что ты предлагаешь?Хитроглазый взмахом хвоста собрал котов вокруг себя и заговорил, заговорщически понизив голос:- Выходим на поляну и сразу разделяемся на два отряда. Крапивка, Паленый и Лисолапка пойдут вот сюда, - он прочертил когтями линию на песке. - А мы с Мышекрылом, Щербатой и Волчонком - в другую сторону. Постараемся окружить их!- Отлично! - одобрила Щербатая. - Я пойду за вами и приду на помощь, как только понадобится. Паленый, - она серьезно посмотрела на кота, - ты не будешь лезть на рожон, понятно? Никаких глупостей!Паленый помолчал, потом нехотя кивнул.- Ладно…- Ну что, тогда приступаем, - сказал Хитроглазый. - Сначала прогоним барсучиху, потом займемся ее детенышами. Надеюсь, с ними у нас хлопот не будет.Щербатая содрогнулась, представив, что вонзает когти в теплое беспомощное тельце.«Но ведь я воительница! - с ожесточением прикрикнула она на себя. - Я должна сделать это… ради племени!»- Хорошо, - сказала она вслух. - Идем.Мышекрыл первым выбежал на поляну, но вместо того, чтобы броситься в ту сторону, куда указал Хитроглазый, он остановился как вкопанный и громко завизжал.- Барсучиха сбежала!Не чуя под собой лап, Щербатая бросилась на поляну. Ежевика повсюду была примята и втоптана в землю тяжелыми лапами, несколько разорванных плетей сиротливо валялись на земле. Свежий след на земле показывал, в какую сторону барсучиха унесла своих деток.«Слава Звездному племени! - с неимоверным облегчением прошептала про себя Щербатая. - Нам не придется их убивать…»- Вот их следы! - завизжал Волчонок. - Мы еще сможем их догнать!Не дожидаясь разрешения, он сорвался с места и помчался по барсучьему следу.- Назад! - что было мочи завопила Щербатая. - Совсем с ума сошел? Ты не можешь в одиночку напасть на мать с детенышами!«Не говоря уже о том, что я возглавляю патруль!» - с раздражением прибавила она про себя.Волчонок замедлил шаг, дожидаясь остальных.Щербатая вышла вперед и повела свой отряд через подлесок, густо пропитанный едким барсучьим запахом. Сначала след вел к территории Двуногих, но потом свернул в сторону леса, лежавшего за границами племен. Возле последней пограничной метки племени Теней Щербатая резко остановилась.- Почему ты встала? - прошипел Паленый. - Мы должны выследить их и убить! Они же могут вернуться!- Что за мышеголовщина! - отмахнулась Щербатая. - Мы должны сказать спасибо, что барсучиха по доброй воле убралась с нашей земли и никому не пришлось рисковать жизнью, изгоняя ее!- Щербатая дело говорит, - веско заметил Хитроглазый. - Мы должны поблагодарить Щербатую и Клокастого за избавление от барсучихи с выводком! Это они вчера показали этой мерзкой твари, что с воинами племени Теней лучше не связываться!- Да уж, барсучиха со страху еле ноги унесла, - поддакнула Крапивка.Щербатая потупилась, смущенная похвалой товарищей. Разве она могла признаться им, что благодарит звезды, избавившие ее от необходимости расправляться с барсучихой и с ее ни в чем не повинными детьми?