17 глава. Это лучше, чем страдать

Я не знаю, что тут написано, но очень хотелось бы. Если кто знает перевод или может перевести, скажите, пожалуйста. Буду очень признателен!

Ели открыв глаза, я понял, что нахожусь в своей комнате. Увидев потрескавшуюся дверь, я вспомнил всё, что произошло вчера. Но... Как я тут оказался? Шигараки меня принёс?

Солнце ярко светило через окно, был день. Вдруг дверь с небольшим скрипом начала открываться. Я заметил в проёме Киришиму. Что он тут делает? Я решил притвориться, что ещё в отключке.

— Прости, Мидория, но всем будет лучше, если тебя не будет, — он говорил шёпотом и уже с затвердевшей рукой нацеленной на мое горло.

— Правда? — я открыл глаза и посмотрел на него.

— Вааа! — он от испуга упал на пол. — Т-ты очнулся...

— Да. Он тебе нравится? Ты его любишь? — я решил не церемонится.

— ... — молчание.

— Хорошо. Теперь Бакуго для меня никто. Забирай его целиком и полностью. А меня не трогай. Игнорируй. Думай, что меня не существует, — я приподнялся и сел на кровать.

— Отлично. Это даже лучше, — Киришима встал с пола, отряхнулся и вышел из комнаты.

— Ха-а~ Почему всё так сложно?... Кстати, кто дверь починил?

— Мидория! Ты как? — в комнату ворвался Айзава и ещё несколько учеников.

— А, да, всё нормально.

— Мидория... Твои крылья... — указала на них Урарака, точнее на несколько маленьких перьев, которые были в саже и крови, и не крепко держались на оставшихся плечевых костях. Кроме них ничего не осталось, см 15 в длину и всё(крч, как на картинке сверху).

— Ах, да. Мне теперь с таким видом всю жизнь ходить. Они не восстанавливаются и не исчезают с диактивацией причуды.

— ... — в комнате повисло молчание.

— Да ладно. Не такая уж и потеря. Другие-то остались, — я показал целые крылья в чёрном оперении, те же были белые.

— Ох~ — вскоре послышались облегченные вздохи.

— Расскажи всё, что случилось вчера, — сказал приказным тоном учитель.

— ...Хорошо...

Рассказав вчерашнее происшествие, и, конечно, умолчав о Шигараки, Айзава сделал выговор Бакуго, и отстранил его и Киришиму за сегодняшнее на месяц. Хорошо, что их вообще не исключили. Также их стажировка была отменена и временные лицензии изъяты также на месяц.

Уже три дня прошло с того инцидента. Все это время не мог ни о чем думать. Ходил как зомби. Подолгу не мог уснуть, поэтому постоянно выходил на улицу и крышу.

— Мидория, все хорошо?

— ...

— Мидория? — меня окликнул чей-то голос.

— А? Да?

— Ты в порядке?

— А, да, все хорошо. Я пойду в комнату.

— Хорошо, спокойной ночи.

— И тебе, Тодороки-кун.

Зайдя в комнату, я упал на пол.

— Эй-эй! Что с тобой?! — но меня подхватили.

— Что...? Ш-шигараки!? *Почему он здесь?!*

— Тише ты! Не ори.

— Чт... Что ты тут делаешь?! — он взял меня на руки и посадил на кровать.

— Да, ничего особенного, просто хотел нацепить на твою форму прослушку, — сам же Томура сел на стул.

— И как? Нацепил? — я недовольно скорчил лицо.

— Нет, не успел, — голубовласый развел руками в стороны и помотал головой.

— А на самом деле? — я изогнул правую бровь вверх.

— Какой ты проницательный. Тебя хотел увидеть, —  закинув ногу на ногу, он скрестил руки на груди.

— !... Не смешно.

— А я и не шучу, — стул был на колесиках, поэтому Томура без труда подвинулся ко мне.

— Ну, увидел, теперь иди домой.

— Не хочу.

— В смысле, не хочешь...?(ノಠ益ಠ)ノ彡┻━┻ — меня это начинало бесить.

— А вот в прямом, — он ухмыльнулся.

— Если не уйдешь, я тебя сдам, — я поставил ему ультиматум.

— Не сдашь, — он всё продолжал ухмыляться.

— Почему ты в этом так уверен? — у меня уже вены начали вздуваться.

— Потому что. До этого ты ещё не разу меня не сдал и не схватил.

— Ну и что? Может у меня тогда не было настроения.

— Да? А сейчас оно есть?

— ...Просто уйди.

— Не хочу, — он приблизился ко мне своим лицом, что между нами оставалось пару см.

— Ну, и хер с тобой! Мне даже все равно, если ты убьешь меня. Надеюсь, это не больно, — я залез под одеяло и отвернулся к стенке.

— Э? Ты собрался спать?

— Да, всё-таки ночь на дворе.

— При мне? Я же правда могу тебя убить.

— Насрать. Если убьешь меня, только сделаешь мне одолжение. Я тебе даже благодарен буду.

— Ну, серьезно... Что с тобой не так, а? — под тяжестью ещё одного человека кровать немного прогнулась.

— Что ты делаешь?! — Шигараки лег рядом со мной и даже обнял меня, что, конечно, не могло не привести в шок.

— Успокойся, я не буду тебя убивать.

— Меня щас не это заботит. Какого черта ты лег на мою кровать рядом со мной!? — я уже кричал шёпотом.

— Тебе сейчас, вроде как, одиноко, не? — я чувствовал его дыхание на своей макушке.

— Даже если так, какого черта, ты пытаешься сделать!? — я резко повернулся в его сторону и посмотрел в глаза, но... Было мимолётное ощущение тепла, будто наши губы слегка соприкоснулись. Я не ожидал, что он будет так близко.

— Ох... — я покраснел и также резко отвернулся обратно. — Мне сейчас не показалось?

— ... — я зажмурился и чувствовал как мои щёки пылали.

— Значит, нет. Хей, Изуку, — он взял моё лицо своей рукой и повернул к себе.

— А...? — а я лишь сумел распахнуть глаза от неожиданности.

— Оттолкни, если не понравится, — прошептал он мне в губы и поцеловал с языком.

— Мх! — мои глаза расширились, а его были закрыты. Через пару секунд я стал закрывать глаза, но не закрыл их полностью. — Ха-а~ — и вот, отстранившись, Шигараки уже полностью стоял(висел?) надо мной.

— Почему не оттолкнул? — его руки были по обе стороны от моей головы.

— А ты этого хотел? — ответил я вопросом на вопрос.

— Нет, но ожидал.

— Всё?

— Что?

— Ты сделал всё, что хотел? — я немного злился на него, и это было видно по морщинкам на моей переносице.

— ...Конечно, я бы хотел продолжить, но боюсь, что ты возненавидишь меня ещё сильнее.

— Да, куда уж сильнее. И с чего бы тебе бояться моей ненависти?

— Потому что ты мне нравишься! — он улыбнулся. Нежно и тепло.

— ! — злость сменилась на шок. Глаза распахнулись до предела. — Чт...что?

— Это правда. Ты мне нравишься.

— Ха... Хаха... Хахахахахаха... — я закрыл руками лицо и истерично смеялся, но... — Хахаха... 'хнык'... 'хнык''хнык'... — смех перешёл на слёзы. — Ааааа... 'хнык'...

— Тише, тише. Ну, что ты. Почему ты плачешь? — Томура лег рядом и прижал к себе. В итоге, я проплакал у него на груди минут 20, а потом вырубился от истощения. — В самом деле, ты всё ещё ребенок. Но такой милый, — Шигараки поцеловал мирно спящего на нем Изуку в лоб и вскоре тоже уснул.

Веки такие тяжёлые. И почему так не удобно?

— Мм... — я опять еле открыл глаза.

— Доброе утро, Изуку, — вот тут я проснулся окончательно.

— ¡Шигараки? Ты всё ещё тут? — я смотрел на него без единой эмоции.

— Ну, как бы ты меня не отпускаешь, — и я заметил, что и вправду держал его за кофту(тут, конечно, уместнее водолазка, но да ладно) и тут же отпустил ее.

— Извини, — отпустив его, я привстал и сидел к Томуре спиной.

— Всё хорошо. Я даже рад, что остался с тобой на всю ночь, — он снова улыбается так тепло.

— ! — неожиданно я почувствовал на своей шее его дыхание.

— Изуку, ты все равно мне нравишься. Но... Что ты чувствуешь ко мне? — его руки блуждали по моей спине и плечам.

— Не знаю... — его дыхание доводило до мурашек.

— Тогда, могу я это исправить? — спросил он, обхватив меня руками.

— И как же? — а я почему-то не стал сопротивляться.

— Заставлю тебя влюбиться в меня.

— Хах?

— Для начала сделаю тебя своим.

— Чт!? Ай! — он резко укусил меня в области шеи и плеча.

— Прости, — он покусал(и не только) меня в разных местах.

— П-прекрати уже, — Томура повис надо мной и то целовал, то кусал мои шею, ключицы и губы.

— Не хочу. Я заставлю тебя желать большего.

— Н-не надо...

— Боже! Ты такой милый, когда смущаешься!

— Э? — не успел я опомниться, как уже оказался без футболки. — С-стой! Не н-надо! Прошу! — я пытался его оттолкнуть, но всё было тщетно.

— Прости, но ты слишком сексуальный.

— Эээ? Не шути так! — я стал краснее спелого помидора.

— А я и не шучу. И вообще, я сделаю тебя своим и точка, ясно!? — заявление века.

— Да-да, ясно, только прекрати уже! И отпусти меня.

— ! *То есть он не против?!* — Шигараки поцеловал меня в засос, и потом отпустил.

— 'Тук-тук'! Мидория, это Айзава. Ты не спишь?

— А-а! Да! Нет! Я встал! *Какого черта!?* — я тут же запаниковал, услышав, что это учитель.

— Могу я войти?

— Ааа! Сейчас! Секунду! Я не одет! — покопавшись, я одел водолазку с воротом и брюки. — Стой тихо, чтоб ни звука, ясно!? — я спрятал Шигараки за дверью, а сам ее открыл(дверь во внутрь комнаты открывается). — Доброе утро.

— И тебе доброе. Это по поводу твоей ситуации.

— !... Я слушаю, — настроение тут же изменилось.

— Ты не против сходить в исследовательский центр? Там хорошие учёные и доктора. Возможно, они смогут тебе помочь.

— Да... Хорошо. Когда?

— На следующей неделе, в воскресенье.

— Хорошо. Спасибо большое.

— Ну, я пойду. Ах, Мидория, сходи в город, развейся.

— Ладно. До свидания.

— Пока, — Шота ушёл, а я закрыл дверь.

— Зачем тебе в какой-то исследовательский центр? — по тону Шигараки было понятно, что он чем-то расстроен или вовсе недоволен.

— Хорошо... Думаю, тебе я могу рассказать.

Скоро... Очень скоро... Я закончу этот фф.И сорян за ошибки.