седьмая часть

Осенний Сеул славился своими внезапными ливнями. К концу недели небо над городом окончательно затянуло тяжёлыми тучами, и стоило прозвенеть последнему звонку, как на стеклах класса забарабанили крупные капли.

Большинство учеников с криками побежали к метро, но Минхо и Джисон никуда не спешили. Они сидели на подоконнике в пустом танцевальном зале.

Феликс ушел раньше, сославшись на то, что ему «жизненно необходимо» помочь старосте с какими-то плакатами, но Минхо прекрасно знал: брат просто снова давал им побыть вдвоем.

Хён, посмотри, как там красиво, тихо сказал Джисон, прижимаясь лбом к прохладному стеклу. На улице уже зажглись неоновые вывески, и их свет красиво дрожал в лужах.

Минхо не смотрел на улицу. Он смотрел на Джисона. В полумраке зала профиль Хана казался удивительно мягким.

Минхо протянул руку и аккуратно убрал с его лба промокшую от капелек дождя на стекле челку.

Хо: тебе правда так нравится дождь? спросил он, и его голос прозвучал мягче, чем обычно.

хан: ага. Под дождь хорошо мечтать, Джисон повернул голову и столкнулся взглядом с Минхо. Между ними было всего несколько сантиметров.

Хан: и... тепло чувствуется сильнее, когда вокруг холодно.

Минхо ничего не ответил. Вместо этого он спрыгнул с подоконника, подошёл к своей сумке и достал маленький беспроводной динамик.

Через секунду зал наполнила тихая, медленная мелодия - без слов, только мягкие переборы гитары и пианино.

Минхо вернулся к подоконнику и протянул Джисону руку, ладонью вверх.

Хо: потанцуешь со мной, белка? Только без твоих взрывных прыжков. Просто... со мной.

Джисон удивленно моргнул, но тут же вложил свою ладонь в его руку. Минхо мягко потянул его на себя, увлекая на середину зала. Его правая рука уверенно легла на талию Джисона, а левая крепко переплела их пальцы.

Они двигались медленно, почти синхронно. В огромных зеркалах зала отражались два силуэта, которые казались единым целым.

Джисон уткнулся носом в плечо Минхо, вдыхая уже знакомый запах парфюма с нотками кедра и свежести.

Каждое прикосновение Минхо было невероятно бережным, словно он держал в руках самое хрупкое сокровище в мире.

Хан: твоё сердце очень быстро стучит, Хён, - прошептал Джисон, не поднимая головы.

Хо: это из-за тебя,честно признался Минхо. Он остановился прямо посреди зала, но рук не убрал.

Хо: ты ворвался в мою жизнь со своими конспектами, булочками и дурацкими шутками. А я ведь правда хотел просто учиться.

Но теперь... теперь я думаю только о том, поел ты или нет, и почему ты улыбаешься кому-то другому.Джисон поднял голову. В его глазах было столько нежности и искренности, что у Минхо перехватило дыхание.

Я улыбаюсь всем, Хён. Но по-настоящему счастлив я только тогда, когда смотрю на тебя.

Мир вокруг словно замер. Стук дождя по крыше превратился в белый шум. Минхо медленно опустил взгляд на губы Джисона, которые пахли карамельным попкорном, который тот жевал на перемене.

Он медлил, давая Хану возможность отстраниться, если тот не готов.Но Джисон сам сделал этот крошечный шаг вперед, чуть приподнимаясь на носочках.

Минхо аккуратно обнял его за шею, притягивая ближе, и наконец накрыл его губы своими.

Это был их первый поцелуй невероятно нежный, неторопливый и сладкий. Джисон тихонько выдохнул, его пальцы судорожно вцепились в пиджак Минхо, удерживая равновесие.

Минхо целовал его так, словно пытался передать всю ту теплоту, которую так долго прятал за своей ледяной маской.

Когда они наконец отстранились друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Джисон был пунцовым, а его глаза блестели. Минхо с улыбкой прижался своим носом к его носу.

хо: ну что, белка, чизкейк всё еще в силе? тихо спросил Минхо.

Хан: в силе, прошептал Джисон, пряча лицо на груди Минхо. Но только если ты будешь держать меня за руку всю дорогу.

Минхо крепче обнял его, чувствуя, как внутри разливается абсолютное, ни с чем не сравнимое счастье.