Такеши рисовал, Т/И поцеловала его в щёчку

Т/И нашла Такеши там, где и ожидала.

За столом.

С карандашом.

Перед ним лежал очередной лист, на котором с пугающей аккуратностью появлялся человеческий скелет.

- Опять?

Такеши поднял голову.

- Угу.

- Ты когда-нибудь рисуешь... не скелеты?

Он глубоко задумался, не на шутку, примерно на десять секунд.

- Иногда мышцы.

- ...Это не считается.

- Почему?

- Потому что это следующий слой после скелета.

- Ну, да.

Т/И вздохнула.

Некоторое время они просто сидели молча.

Такеши дорисовал кисть.

Посмотрел на рисунок.

Потом неожиданно посмотрел на Т/И.

- Можно попросить?

- Смотря что.

Он немного замялся.

Для человека, который будничным голосом может рассказывать про строение позвоночника, это выглядело почти героическим поступком.

- Поцелуй... пожалуйста.

Т/И моргнула.

- А?

Такеши отвёл взгляд.

- Мне нравится... когда меня любят.

Он сказал это так просто, без намёка на пафос, что вся его жутковатая аура куда-то испарилась.

Остался просто очень высокий парень, который неловко просил о проявлении тепла.

- Это... странно?

Т/И несколько секунд смотрела на него.

Потом улыбнулась.

- Нет.

Она мягко поцеловала его в щёку.

- Совсем не странно.

Такеши замер.

Будто мозг срочно ушёл пересчитывать все кости в организме заново.

Потом очень осторожно коснулся щеки кончиками пальцев.

- Спасибо.

- Не за что.

- Мне... приятно.

- Я заметила.

Т/И тихо засмеялась.

- Знаешь...

- М?

- Когда ты не рассказываешь, сколько костей можно сломать одним движением...

- Двести шесть нельзя. Их всего двести шесть.

- Такеши.

- Молчу.

- ...ты вообще очень милый.

Он задумался.

- Это... Ну... Ты не шутишь?

- Да.

- Тогда хорошо.

И совершенно спокойно вернулся к своему рисунку.

Правда, теперь скелет почему-то тоже выглядел немного счастливее.

Т/И решила не уточнять, как это вообще возможно. Некоторые вещи лучше принять как данность. С Такеши так было гораздо безопаснее.