Кацу?

Киришима бежал к Кацуки. Сегодня он хотел признаться ему в чуствах! Подгоняемый неведомой решимостью, Кири добежал до Кацуки, который опять стоял в стороне от всех, вечно не довольный миром.-Привет Кацу!)Кири улыбнулся своими острами зубами.-Чего надо дерьмоволосый?!-в своей манере спросил Кацуки.-Ну.. Я это.. Я тебя люблю Кацу!!Наступила пауза.. Молчание.. И только, как показалось Эйджиро через вечность, он услышал крик Кацуки:-Я НЕ ГЕЙ БЛЯТЬ, УБИРАЙСЯ ОТ СЮДА И НЕ ПОДХОДИ БОЛЬШЕ КО МНЕ!Прогремели взрывы../\_|\_/\_/\_|\_-Стабилен. Первое, что услышал Киришима когда пришёл в себя. Вокруг него аппараты поддерживающие его жизнь, в руке капельница.. Кто же его так? Ах точно.. Он признался Кацуки в чуствах.. По щеке потекла одинокая слеза.-О, малец ты проснулся!-опять голос исцеляющей девочки-И почему ты не использовал свой квирк? Ты же теперь почти слепой и твоё зрение вряд ли можно будет восстановить!Киришима лишь невнятно, но вполне слышно проговорил:-Сил не было..Действительно..О каких силах могла идти речь, если его отвергли..Отверг его любимый человек.. Ну ладно, что ж поделаешь, он теперь слепой.. Круто.. В палату ворвался Каминари волочащий за собой Хитоши. Это Эйджиро понял по голосам, за ними вошли и Деку с Тодороки.-Ну Хито! Не будь эгоистом! Кири плохо!-орал Каминари на своего парня, а затем когда Шинсо перестал сопротивляться, подбежал к кровати Эйджи.-Ох бро! Ну почему ты не использовал квирк?! Ты же теперь практически ничего не видишь, ты слаб, исколечен! За что Кацуки тебя так?!-Я.. Ему..В любви признался..-прохрипел Кири.Каминари и Изуку приложили руки ко ртам. Они то не знали, что значит быть не любимыми, отвергнутыми.-Боже..Послышались тихие всхлипы Каминари, которого (судя по звукам) прижал к груди Шинсо и начал успокаивать. Изуку же бился в истерике и как бы его парень не старался его успокоить, у Шото мало это получалось.-Господи, за что, за что?!-орал Изуку на всю палату-Я его прибью.. За Киршиму-куна..-объявил он наконец успокоившись и прижавшись к Шото всем тельцем.-Не.. Нужно.. Деку-кун...Далее в палату вошли Айзава, Всемогущий и Бакуго.-Ты! ТЫ!!Изуку уже хотел с истошными воплями наброситься на Бакуго, но Тодороки вовремя задержал его. Каминари лишь со страхом взглянул на его уже бывшего друга и прижался к Шинсо ещё сильнее, как бы ишя у него защиты.-Проси прощенья Бакуго! Из-за тебя, Киришима мог лишиться профессии героя!Кацуки оглядел Киришиму:Сломанные рука и нога, огромные увечья по всему телу, блуждающие слепые глаза. Что он натворил?..-Прости, Киришима.Теперь он с отвращением говорил это имя. Или Кири так только показалось?..Нет.. Не показалось.. Кацуки наверно терпеть его сейчас не мог..-Ни..Чего..Кацуки..Всё.. Хоро..Шо..-Уже выбиваясь из сил прохрипел Киришима~Он приехал домой.. А стоило?.. Кто его тут ждёт? Мать которая просто ненавидит, или кто? Никому теперь уже не нужный, Киришима Эйджиро. Сидит у себя в комнате и думает, что бы ему сделать, что бы хоть капельку облегчить моральную боль. Как нельзя кстате, на столе лежал канцелярский нож. Эйджиро провёл одну линию, другую, третью и так исполосовал всю свою руку. Туго обмотав на последок бинтами своё творение, он решил последний раз навестить маму Бакуго и исчезнуть из их жизни. Киришима для себя уже всё решил..~-О, это ты Кири! Проходи, присаживайся.-Здраствуйте, а где Кацуки?-На свидании с Ураракой, а ты что то хотел?-Да.. Я знаю, что уже никому не нужен, но хотел бы с ним попрощаться прежде чем исчезнуть из его жизни навсегда..-Навсегда?!В этот момент в дом вошёл Кацуки. Его зрачки сузились при виде Эйджиро, повязка вогруг глаз чёрная - почти ослеп. Бинты на руках.. Только что из палаты. Но Эйджиро буд то не слышал, что в дом кто то зашёл и спокойно продолжил.-Да, навсегда. Я уже никому не нужен. Вы же знаете. Сначала я буду резать себя, а потому полсто заболею ханахаки и умру. И ни Кацуки, ни вы, ни кто то ещё больше не увидите меня.-Ох Кири.. Может ты?..-Нет миссис Бакуго, я для себя всё решил.. Ладно, я пойду... Досвидания.И он прошёл мимо Бакуго глаза которого округлились от шока.-Может ты не будешь выбрасывать эти фотографии?Спросила мать Кацуки, когда дверь их дома захлопнулась, указвая на огромную коробку фотографий  Бакуго и киришимы у её сына в руках