глава 3 секрет который не секрет

Киришима и Каминари думали, что их отношения — тайна. Но класс 1-А давно всё понял.

— Они реально думают, что скрываются? — фыркнула Джироу, закатывая глаза.— Ха! — рассмеялся Минета. — Я бы заметил даже меньше!— Ты замечаешь только юбки, — хладнокровно отрезала Момо.

Тем временем Денки и Эйджиро сидели в углу и что-то обсуждали, явно ближе, чем «просто друзья».

---

На утренней тренировке Бакуго вдруг рявкнул:— Эй, идиоты! Меньше сюсюкайтесь, больше бегайте!Каминари вспыхнул:— Да мы не сюсюкаемся!Киришима лишь рассмеялся:— Да брось, Дека-Баку, завидуешь нам?

Класс дружно загоготал. Даже Шото поднял бровь и сухо заметил:— Кажется, у них больше командной работы, чем у многих.

---

Очако однажды подошла к Денки:— Эй, если хочешь сделать Эйджиро счастливым, попробуй приготовить ему что-то вкусное. Он это оценит.— Правда? — оживился Денки. — Но я же сгорю вместе с кухней…— Тогда хотя бы пригласи его куда-то, — усмехнулась она.

Позже Мина подбежала к Киришиме:— Эйджиро, ты должен быть романтичнее! Цветы, признания, прогулки! Не только тренировки и поцелуи!Киришима покраснел:— Романтичнее?.. Но… разве мы не…— Нет! — отрезала Мина. — Ты должен удивлять его!

---

Однажды ночью Денки и Киришима сидели в комнате и болтали. Денки вдруг решился и поцеловал его чуть дольше, чем обычно.Вдруг дверь распахнулась, и в проёме стоял Иида.

— Что тут происходит?! — воскликнул он, покраснев и поправляя очки. — Никаких… эээ… нарушений правил общежития?Киришима едва не упал со стула от смеха, а Денки спрятал лицо в подушку.

На следующий день уже весь класс знал об этом.

---

Теперь они перестали скрываться. Киришима держал Денки за руку на прогулках, а тот не стеснялся кидаться ему на шею при всех.Конечно, подшучиваний стало в два раза больше.— Киринари! Киринари! — скандировал класс.

Но обоим было всё равно. Они были счастливы.

---

На крыше, где всё началось, они снова сидели рядом.— Эй, Эйджиро… — сказал Денки. — Даже если все будут смеяться, я не против. Потому что я счастлив.Киришима улыбнулся и прижал его ближе.— Я тоже. Пусть смеются, пусть советуют. Главное, что у нас есть мы.