6 глава

‎Юнги провел в компании Гуки два дня. Они вместе проводили время, болтали о всякомм и смеялись. Он решил остаться и прочувствовать все те ощущения, что показывал ему бета. Перед тем, как уйти на совсем. Юнги не видел будущего. Месть была единственным смыслом жизни, а сейчас все рушилось на глазах. Ничего не осталось, что смогло бы его удержать. Омега был благодарен Гуки за счастье, за шанс познать другую сторону реальности.

‎

‎И одновременно, мысленно доказывал себе, подтверждал, что Гуки не сможет спасти душу. Не излечит. Время не повернуть вспять.

‎

‎- Что-то не так? - бета, похоже заметил состояние Юнги.

‎- Все хорошо, просто мне надо уйти по делам. - он улыбался, как никогда раньше. Поцеловал Гуки со страстью и на последок произнес: - Я счастлив, что тогда в парке наткнулся на тебя. Спасибо.

‎

‎Юнги говорил ласково в первый раз. Все произошедшее с этим парнем было новьем. И сожалеть, омега не будет.

‎

‎ ***

‎

‎Юнги вернулся в восьмую зону. В то самое место, где стоял его дом. Затем сходил на кладбище. В голове было туманно и пусто. Он долго думал над тем, как все так обернулось. Когда познал злобу ко всему? Могло ли быть все иначе?

‎

‎Ответа у него не нашлось. Уходя тогда из своей же компании, он прихватил с собой лекарство, которое создал его папа. Таблеток оставалось две, остальные ушли на исследования, но Чимин так и не смог их повторить. Выяснилось лишь, что для альф они, как яд. Постепенно разрушают организм.

‎

‎- Почему все так? - он снова сидел у могилы папы, задавая вопросы. - Если я сотру следы твоего гнева, сделаю себя мишенью, то все закончится?

‎

‎Тишина. Только лишь холодный ветер. Юнги взял таблетки, смешал с другими на которые подсел за последние годы и выпил. Отсчитывал секунды, когда наконец, Юнги погрузится в темноту и свободу. Все наконец закончится.

‎

‎- Бежать вздумал? - глава города появился из неоткуда с привычной маской на лице. Взял его за лицо, сунул два пальца в рот и вызвал рвоту. - Нет, так не пойдет, Мин Юнги. Решил объявить всему городу, что за смертями стоишь ты и под шумок сам коньки отбросить? Это твоя идеальная месть? Доказать, что какой-то омега-представитель слабого пола смог заставить трепетать от страха альф? Еще и заявил, что Чон Сорина ты грохнул. Блевай, давай.

‎

‎Юнги пытался вырваться, брыкался и только делал хуже. Он выплюнул то, что проглотил, а когда альфа отпустил его упал на колени. До того, как явится сюда, он сделал заявление, прикрепил доказательство своих деяний и попросил знакомого омегу распространить по городу. Так он видел свою отчаяную вендетту. Неполноценную, уродливую, но все же, месть.

‎

‎- Какого хера ты меня остановил? - Юнги злился, смотрел на главу и кричал. - Слышал же, что за всем стою я. Так дай мне умереть, чертов дурак.

‎- Умереть? - он смеялся. Очень громко. С силой пнул омегу по лицу. - А кто тебе позволит-то? Думаешь, я зря убил своего отца и дал вам эту хренову свободу, которую вы так жаждали?

‎

‎От каждого слова у Юнги все сжималось. Он слышал этот голос. Когда-то ласковый и успокаивающий, сейчас звучал иначе. От принятие дурной правды оставался шаг.

‎

‎- Бедный, маленький омежка. - он снял свою маску. Возвыселся перед ним, как гром среди ясного неба. - Отчаялся настолько, что пошел на такой шаг. Я отнял возможность отомстить у тебя и ты погряз, весьма, в отратительных думах.

‎

‎Шах и мат. Ход, который не ожидал даже Юнги. Его уничтожил, растоптал человек, тот кто слушал исповедь. Лежал с ним в обнимку, болтал и просто показал ему сокровище мира. Это был удар. Юнги ошибся. Настолько зациклился о своем, что забыл: доверять никому нельзя. А он позволил. Позволил залезть в свою душу, проникнуть в каждую частичку тела и сам тянулся к нему.

‎

‎Он смотрел на черные волосы, на глаза цвета глубокой ночи и видел ликование. Его обдурили, а правда и намеки всегда были на виду. И теперь, Юнги сломался. Разрушился настолько, что ничего больше не сможет его восстановить. Даже сама смерть.

‎

‎

‎

‎