Король драмы, исправившийся мудак или, надеюсь, не пожалею

— Тани... – Тэхён запинается, его накрывает истерика, – Тани... Чонгук, ему больно...

У Чонгука всё внутри сжимается. А Тэхёна всего трясёт в его руках.

— В машину, быстро! Я отвезу вас в ветеринарку, – Чонгук подталкивает в спину совсем не сопротивляющегося Тэхёна и, открыв перед ним дверь, усаживает того и пристёгивает.

Он быстро садится на водительское место и жмёт на газ, выруливая со двора. По его памяти до ближайшей ветеринарной клиники ехать минут семь. Они должны успеть. Ёнтану обязаны помочь. И это не просто собака. Это его личный Купидон. Ведь если бы не Тани, то они бы с Тэхёном вот так не познакомились. И это не просто пёс — это уже член семьи Тэхёна. И Чонгуку он искренне стал дорог. Ведь Ёнтан — это лучшее, что случилось с Чонгуком после встречи с Тэхёном. И Чонгук не позволит ему так просто их покинуть. Он оплатит самых лучших ветеринаров, чтобы те помогли Тани.

Чонгук мчится все сто пятьдесят, внимательно следя за дорогой. Его сердце бешено стучит в груди, а страх за Ёнтана усиливается с каждой секундой. «С ним всё будет хорошо», — повторяет он как мантру и мимолётно смотрит на дрожащего парня, который судорожно прижимает к груди поскуливающего щенка, на повторе шепча его имя. Тэхёна всего трясёт, он без остановки гладит Тани, который неподвижно лежит у него на руках и скулит. Тэхёну страшно. Безумно страшно. Он не знает, что случилось с Тани, и от этого его накрывает паникой всё больше.

Когда он вернулся домой, то щенок не выбежал, как всегда, встречать его у порога, и Тэхён сразу заподозрил что-то неладное. Он помчался на его поиски и нашёл того неподвижно лежащим на кухне. Тани лишь поднял на него взгляд и тихо заскулил. Тэхён попытался растормошить его, оглядел со всех сторон и, не найдя внешних повреждений, сразу выскочил из квартиры, по пути пытаясь вызвать такси до ветеринарной клиники. И каково же было его удивление, когда он увидел, что Чонгук ещё не уехал и так быстро среагировал. И на самом деле Тэхён ему очень за это благодарен.

Вот за поворотом наконец показывается фасад ветеринарки, и Чонгук резко тормозит, сразу же выскакивая из машины, открывает Тэхёну дверь, помогая тому выйти, и они бегут к двери клиники. Там у Тэхёна ветеринар сразу же забирает Тани и скрывается за дверями процедурной, Тэхён — вслед за ним. А Чонгук громоздкой тушей падает на диван в зале ожидания и только сейчас осознаёт, как же сильно у него трясутся руки. «Всё будет хорошо, Тани обязательно помогут» — снова повторяет он и прикрывает глаза. Это очень хорошая клиника, Чонгук о ней когда-то слышал от своего знакомого. Поэтому он уверен, что тут Тани вылечат. А если нет, то он готов возить их с Тэхёном по всем клиникам страны и не только, чтобы те вылечили его маленького пушистого Купидона.

В ожидании проходит минут сорок. Чонгук с места так и не двинулся, лишь написал Юнги, что он сильно задержится и объяснит всё потом. Ожидание томительное. Страх усиливается с каждой минутой. Неужели с Тани всё настолько плохо? «Нет, этого не может быть. Ты себя накручиваешь» — повторяет себе Чонгук. И вот наконец двери резко распахиваются, и оттуда выходит Тэхён. На нём лица нет, глаза красные и опухшие, а руки мелко дрожат.

— С ним всё хорошо. Просто сильное несварение. Ему поставили капельницу, вкололи лекарства и прописали строгую диету, – хрипит Тэхён и присаживается рядом, прикрывая лицо ладонями.

— Я так рад, что с Тани ничего критического не случилось, – рука Чонгука непроизвольно поднимается, хочет сжать чужое плечо в знак поддержки, но пальцы лишь с силой сжимаются в кулак, опускаясь назад. Он пока не имеет на это права, ведь Тэхён его ещё не простил. – Сколько ему под капельницей лежать?

— Ещё минут пятнадцать, – всё так же хрипит Тэхён и убирает ладони от лица, выпрямляясь в спине. – Мне нужно оплатить больничные счета, но я даже с места сдвинуться не могу. Я так сильно испугался, – он поднимает взгляд на Чонгука и заглядывает тому в глаза. А в них такое непривычное чувство читается. Сожаление пополам с болью. У Тэхёна на мгновение щемит сердце.

— Давай документы, я пойду сам оплачу счета. Может, хочешь горячего чая? Говорят, ромашковый чай помогает расслабиться...

— И не говорить всякие глупости, – Тэхён легко улыбается, вспоминая тот день, когда Тани потерялся и старший сказал ему эту фразу.

— Да, – Чонгук улыбается с горечью и осторожно забирает из чужих рук сжатые документы, поднимаясь на ноги.

— Спасибо, – Тэхён говорит это искренне, а сердце Чонгука сжимается ещё сильнее.

— Я рад помочь, – он улыбается поддерживающе и направляется в сторону регистратуры, которая находится за углом.

Тэхён тяжело выдыхает и проводит руками по опухшему после слёз лицу. Как же он сильно испугался. Его до сих пор всего трясёт от пережитого стресса. Но как же он рад, что в итоге с Тани всё хорошо, что это было всего лишь несварение, от которого у питомца разболелся живот. «Маленький король драмы, так напугал меня, засранец» — думает он про себя и не может сдержать улыбки.

Он честно не мог бы себе представить, что бы он делал, если бы с Тани случилось что-то серьёзное, что-то ужасное и непоправимое. Он бы себя не простил никогда за то, что не уследил, не досмотрел, не смог сберечь щенка. Он резко выдыхает, отгоняя эти мысли куда подальше, и трёт затёкшую шею ладонями. А ещё он реально бы не знал, что бы делал без Чонгука, если бы тот сразу уехал. Он бы, конечно, смог вызвать такси и добраться до больницы, но не все таксисты хотят брать пассажиров с животными, и не все таксисты бы так быстро довезли его. Поэтому да, он очень благодарен Чонгуку за помощь.

— Я всё оплатил и всё-таки купил тебе ромашковый чай. Тебе нужно успокоиться и согреться, а то не думаю, что тебе очень тепло в одном свитере, – Чонгук протягивает парню бумажный стаканчик чая, купленного в автомате, и кладёт рядом его документы, присаживаясь рядом.

— Спасибо тебе, Чонгук, – Тэхён осторожно принимает из чужих рук чай и понимает, насколько сильно он замёрз, ведь в спешке он забыл надеть пальто, схватил лишь телефон с ключами и документы с тумбочки.

— Да не за...

— Нет, правда спасибо. Ты нам с Тани очень помог, и я тебе правда благодарен, – Тэхён не даёт Гуку договорить, желая искренне того поблагодарить, и переводит взгляд со стаканчика на старшего, коротко тому улыбаясь.

— Я правда рад был помочь. Я тоже очень испугался за Тани и искренне хотел ему помочь, – Чонгук тоже не сдерживает короткой улыбки и отвлекается на пришедшее смс на телефон. Этот Юнги, как всегда, не вовремя.

В этот момент из процедурной выходит врач, и Тэхён переключает всё своё внимание на него. Они коротко разговаривают про Ёнтана, врач даёт свои рекомендации по уходу за ним и питанию, говорит, что того уже можно забирать, все лекарства ему уже прокапали. Тэхён одним глотком допивает чай и, выбросив пустой стаканчик в урну, следует за врачом. Через несколько минут он уже возвращается к Чонгуку с щенком на руках, ласково того прижимая к груди. У Чонгука от этой картины трепетно забилось сердце, и он не сдерживается, медленно протягивает руку и ласково гладит щенка по голове. Тани на эти действия оживлённо мотает хвостом и негромко тявкает, узнавая Чонгука.

— Маленький проказник. Так сильно нас напугал, – беззлобно смеётся Чонгук. – Пошли, я отвезу вас домой. И сразу говорю наперёд, что нет, мне не сложно. Вы в такое время вряд ли сможете вызвать такси. Да и я всё ещё так и не доехал до Юнги, так что нам всё ещё по пути.

— Спасибо. Ты сегодня очень сильно нам помогаешь, да, Тани?

Щенок опять негромко тявкает, сильнее виляя хвостом, вызывая умилительные улыбки у парней. Чонгук забирает оставленные на диване документы и не спеша идёт на выход. Тэхён с Тани на руках направляется за ним. И, смотря на широкую, обтянутую чёрным пальто спину, у Тэхёна сердце начинает биться чаще. Прямо как тогда, когда он осознал, что влюбился в старшего. Сегодня Чонгук показал себя как настоящий мужчина, и от этого Тэхёну не по себе. Ведь если Чонгук продолжит вести себя так же, то Тэхён легко влюбится в него снова, только в этот раз намного сильнее. И уже сидя в машине и поглядывая на сосредоточенного на вождении Чонгука, Тэхён уже точно знает, что скажет парню: что он его прощает.

Но сам себе всё-таки даёт установку: «Не влюбляться сильно». Ведь понимает, что даже если сейчас Чонгук и ведёт себя с ним так хорошо, то где гарантия того, что потом всё не изменится? Знаете, после того как один раз уже обжёгся, потом уже очень сложно начать доверять этому человеку заново. Тэхён также не уверен, что Чонгуку снова не стало скучно и что он решил снова общаться с Тэхёном. Хотя после сегодняшнего Тэхён не уверен, что от скуки можно так сильно переживать и так бескорыстно помогать. Это всё так запутано, а Тэхён сейчас слишком сильно вымотан стрессом. Он это обязательно всё обдумает и, возможно, даже посоветуется с Чимином. Правда, не факт, что после рассказа друг его не прибьёт.

Машина медленно тормозит возле дома, и Чонгук глушит мотор, поворачиваясь к Тэхёну, чтобы предложить тому помочь дойти до квартиры. Но младший говорит первым.

— Спасибо тебе ещё раз за помощь, Чонгук. Ты сегодня немного искупил своё звание мудака, поэтому я принимаю твои извинения. Пока, – и вылетает из машины, тут же скрываясь в подъезде.

Его сердце так сильно бьётся, что Тэхён думает, что может и задохнуться от эмоций. Он совсем не хотел говорить Чонгуку, что тот мудак. Просто на эмоциях вырвалось, но, в принципе, Тэхён ни о чём не жалеет. Ему от этого стало легче. Поэтому, чтобы окончательно полегчало и чтобы во всём разобраться, он звонит Чимину, придерживая одной рукой Тани с документами, а второй пытается открыть дверь. Ему срочно надо выговориться. И выпить. Ибо иначе он сойдёт с ума.

— Хули звонишь так поздно? – хрипит голос Чимина на том конце связи.

— Не пизди, что ты в начале двенадцатого уже спишь, – Тэхён, всё-таки открыв дверь, проходит внутрь, аккуратно ставя Тани на пол, и стягивает с себя найки. – Мне нужно с тобой поговорить. И выпить. Выпить с тобой мне нужно очень сильно.

— Буду через полчаса, готовь бокалы, – и звонок сбрасывается.

Тэхён обожает Чимина. Это самый лучший друг, которого только можно пожелать. Который, несмотря ни на что, примчится и поможет, выслушает и вместе с тобой выпьет. Короче, ахуенный кент.

В этот момент Чонгук в машине просто умирает. Умирает от того, как же он скучал по такому Тэхёну. И да, он даже не будет спорить с тем, что он мудак. Зато он по уши влюблённый мудак, который сделает всё возможное, чтобы вернуть себе вот такого Тэхёна. Искреннего, эмоционального и честного. Одним словом, просто ахуенного. Он заново заводит машину и выруливает со двора, параллельно набирая Юнги и говоря тому, что скоро будет, чтобы тот уже шёл в магазин за чем-то крепким. Ведь рассказать Чонгуку есть много чего, у него сейчас столько эмоций, что он думает, что лопнет от их изобилия.

***

— То есть ты подвёз Тэхёна домой и не смог сразу уехать, а тот через время выбежал с псом на руках, и ты повёз их в ветеринарку? – спустя минут двадцать эмоционального рассказа Юнги с умным лицом пытается построить цепочку событий.

— Не с псом, а с Ёнтани, – при упоминании щенка у Чонгука аж сердце сжалось. Бедненький, он столько всего сегодня пережил.

— Ты оплатил медицинский счёт, а потом ты их обратно отвёз домой? – Юнги его игнорирует, сделав глоток рома из своего стакана.

— Да, там небольшая сумма вышла, – Чонгук делает то же самое. Тем более для него полмиллиона вон вообще не деньги. Он думал, что в этой клинике цены подороже будут, и как же он счастлив, что Тэхён не потребовал вернуть Чонгуку деньги. Чонгуку для Тэхёна вообще ничего не жалко, и это самая малость, что он может сделать, чтобы искупить свою вину.

— А потом тебе сказали, что тебя прощают, и напоследок назвали мудаком? – у Юнги скептически выгибается бровь, и он делает ещё пару глотков, чтобы всю эту информацию переварить.

— Прикинь, он сказал, что прощает меня, – а у Чонгука по-настоящему глаза радостью светятся.

— Тебя назвали мудаком, и ты этому радуешься? – Юнги всё никак не может это понять.

— Ну так я реально поступил как мудак. Но главное же в этом то, что он меня прощает! – сердце Чонгука всё по-прежнему бьётся чаще при этих воспоминаниях.

— Псих влюблённый, – Юнги закатывает глаза и опрокидывает в себя остатки рома, не сдерживаясь от поражённого хмыканья.

А Чонгук счастлив. Он искренне счастлив, что Тэхён простил его. Что молчаливо дал ему ещё один шанс. Ещё один шанс на возобновление их общения. Ещё один шанс для Чонгука завоевать его сердце и доверие. Которое он просрал таким гадким способом. Чонгук себя из прошлого просто ненавидит. Как можно было так по-мудацки поступить с Тэхёном? Таким замечательным, таким ахуенным, таким живым, шикарным, эмоциональным и открытым Тэхёном. Где были мозги Чонгука, когда он не понимал своего счастья, что свалилось на него? «В принципе ты никогда умом не отличался в любовных делах» — когда-то сказал ему Юнги, и Чонгук полностью с ним согласен.

— Фу, не могу больше смотреть на тебя, счастливый болван. Пойду прогуляюсь за добавкой, может, к моему возвращению тебя немного попустит, – фыркает Юнги и встаёт с удобного дивана в студии, покидая помещение.

А Чонгук, сам того не осознавая, расплывается в поистине дебильно-мечтательной улыбке. Он этот день красным в календаре отметит.

***

Стоя в алкогольном отделе, жопа Юнги начинает чувствовать что-то неладное. А когда, выбрав отменный ром, он направляется на кассу, то понимает, что чуйка его не подводит. Зачитавшись этикеткой на бутылке, он по всем драматичным канонам дорамы врезается в кого-то. И чтобы этот кто-то не свалился на пол, успевает его придержать свободной рукой. «И парня словил, и бутылку не разбил. Прям жонглёр какой-то» — думает он про себя, смотря в хитрющие глаза Чимина. Ну это пиздец какой-то, честное слово.

— Неужто ты хочешь проверить один из законов Ньютона? – шепчет этот бархатный голос, а Юнги уже чувствует, что пожалеет об этом, но всё равно спрашивает.

— Какой?

— Тот, где прижатое тело не сопротивляется? – Чимин улыбается лукаво и заглядывает этим своим взглядом будто в самую душу Юнги. Он скучал.

— Я плохо учил физику в школе, но у Ньютона точно не было такого закона, – Юнги парня аккуратно ставит на ноги и тяжело сглатывает. Красивый чертёнок. Даже с этим своим уже хмельным взглядом и с этой блядской улыбкой, расцветающей на пухлых губах.

— Жаль, а я как раз хотел с тобой его проверить. Вот только ты опять в своём этом ледяном образе. Может, в следующую нашу встречу ты поменяешь его на что-то более горячее? – повышенный уровень алкоголя в крови Чимина лишь сильнее его раззадоривает, и он подходит ближе, шепча в самое ухо замершему Юнги: – Хотя и этот твой образ заставляет меня воображать тебя в своих горячих фантазиях, когда я совершенно один, – и, не дав старшему ничего ответить, быстро направляется на кассу.

А Юнги стоит один посреди молочного отдела и чувствует, как от этого шёпота по всему телу разливается жар. И это совершенно не горячка. Ведь от неё так сладко в паху не тянет. Сука. Вот просто сука. Русоволосая такая, наглая и блядская сука. К которой, Юн с трудом это может признать, он, походу, всё-таки что-то да испытывает. Сексуальное желание? Конечно, оно присутствует, ведь эта бестия нереально горячая. Но и тёплые чувства, такие как симпатия, тоже имеются. Ведь не стоял бы он сейчас посреди магазина с этой дебильной лыбой. Потому что он, блять, скучал по нему. Скучал по Чимину и по этим его идиотским подкатам, которые уже как родные стали за столько месяцев. Блядство. Походу, он вляпался.

***

— То есть он предложил тебя подвезти, а ты как ни в чём не бывало согласился? – Чимин скептически выгибает бровь и пристально смотрит на друга.

— Не, ну я не сразу согласился, – в своё оправдание лепечет Тэхён и тянется к пакету из магазина.

— А потом он как настоящий герой на скорости довёз вас в клинику, и ты опять же не сопротивлялся? – Чимин принимает у друга пиво и удобнее усаживается на диване.

— Ну он сам предложил, и в тот момент здоровье Тани мне было куда важнее, – продолжает оправдываться Тэхён и открывает свою банку пива, поглядывая на калачиком свернувшегося у своих ног питомца.

— А потом дождался вас, оплатил счета и отвёз вас обратно домой? – продолжает Чимин, открывая своё пиво.

— Бля, счета, я о них забыл. Нужно будет вернуть ему деньги, – Тэхён в ужасе распахивает глаза, на самом деле забыв о таком важном.

— Я думаю, он их не примет, – бормочет Чимин и тут же продолжает: – Так, неважно! И ты в итоге решил принять его извинения и при этом назвал его мудаком?

— Ну не прям мудаком. Я его поведение назвал мудатским, – да, некрасиво вышло, но Тэхён тогда был на эмоциях, так что ему было позволительно. Тем более это правда.

— Тэхён, это пиздец, – в итоге изрекает Чимин, делая смачный глоток пива и откидываясь спиной на спинку дивана.

— Что, про мудака было лишнее? – Тэхён тушуется, ведь, а может, Чонгук реально обиделся на то, что Тэхён его так назвал после всей той помощи от старшего.

— Да я не об этом сейчас! – Чимин аж выпрямляется и с негодованием поглядывает на друга. – И нет, про мудака было в самый раз. Я про то, что ты его простил.

— Ну я его не то чтобы простил, я принял его извинения. Это разное, – Тэхён тушуется от взгляда друга и неосознанно начинает теребить пальцем ключ-кольцо на банке.

— Нет, блять, это одно и то же, Тэхён!

— Чего ты орёшь на меня?!

— Я на тебя не ору! – в сердцах выкрикивает Чимин, а после немного успокаивается, глядя на стушевавшегося парня. – Так, ладно. Допустим, ты его простил. Принял его извинения. Ну а дальше-то что?

— А что дальше? – Тэхён смотрит на друга побитым щенком. Чимину на секунду становится его аж жаль.

— Вы продолжите общаться как раньше, как будто ничего и не было?

— Нууу...

— Тэхён! – так, жалость была всего секундной. Тэхён неисправимый балбес.

— Да не ори ты на меня! Я не знаю! Не знаю я... – уже тише заканчивает парень и, чтобы немного успокоиться, начинает гладить проснувшегося от их криков Тани.

— Пиздец, – изрекает Чимин и трёт лоб пальцами. Ну это реально пиздец. Тэхён неисправим.

— Не, ну как раньше точно не будет. Он ведь мне больно сделал. Но я вижу, как он старается загладить свою вину. И извинился. Искренне, – для Тэхёна и правда это было важно, чтобы Чонгук искренне извинился. И это произошло. А вот что с этим делать дальше и как со старшим себя вести, он без понятия. Он реально запутался во всём и в своих чувствах в первую очередь. – И я не знаю. Я запутался! – честно признаётся другу.

— Запутался он! – Чимин от негодования аж банку с пивом на пол ставит и поворачивается к другу всем корпусом, чтобы взглянуть в эти бесстыжие глаза. – А не ты ли мне почти месяц назад рыдал в плечо, когда этот мудак так поступил с тобой?

— Я. Но он же извинился и больше не ведёт себя как мудак. Он исправился, – то ли себя убеждает в этом, то ли Чимина. Но ему искренне хочется верить в то, что Чонгук на самом деле изменился и не поступит с ним так же. Не сделает больше так больно.

— А если это его очередная игра? Вдруг ему опять скучно стало, и он решил поиграть с тобой? Что тогда? – а вот Чимину совсем не верится в то, что люди способны так быстро меняться. Ну вот совсем ему не верится насчёт Чонгука. Не, он, конечно, не хочет, чтобы его лучший друг больше страдал, но он также не хочет, чтобы этот друг вновь наступил на те же грабли под названием «мудак Чон Чонгук».

— Тогда я опять буду рыдать тебе в плечо? – то ли утверждает, то ли спрашивает Тэхён, с надеждой заглядывая в глаза скептически настроенного Чимина.

— Пиздец. Вот что мне с тобой делать? – Чимин вздыхает страдальчески, поглядывая на совсем уже проснувшегося Тани, который проявил к нему интерес, подполз к его боку и стал лизать ему пальцы. Маленький подхалимистый засранец, что так искренне заступается за своего хозяина.

— Обнять и принять? – пробует Тэхён и пытается сделать глазёнки как у того знаменитого кота из «Шрека».

— Врезать могу разве что, – фыркает Чимин и закатывает глаза.

— Только не по лицу, мне в понедельник на работу, – Тэхён складывает ладони в умилительном жесте и зажмуривается в ожидании удара.

— Пиздец, – всё, что может сказать Чимин, и делает глоток пива, не в силах смотреть на эту жалостливую картину.

— Но ты ведь меня и таким любишь? – может, сердечко пальцами растопит сердце его друга? Тэхён хотя бы попытается.

— Таким слепым и дурным?

— Таким красивым и неповторимым, – может, эгё поможет? Тэхён делает свою самую умилительную рожицу, строя глазки уже посмеивающемуся Чимину.

— Неповторимым дебилом, который, возможно, опять наступит на одни и те же грабли, – Чимин почти сдался, пропустив через себя короткий смешок.

— Но любишь же! – эгё в исполнении Тэхёна ещё никогда не было проигрышным. Вон Чимин уже почти сдался, тихо посмеиваясь и беря на руки игриво тявкающего Тани.

— У меня выбора нет! – уже в открытую смеётся Чимин и чокается банкой пива с другом. – И я очень надеюсь, что ты не пожалеешь о том, что дал этому мудаку второй шанс.

— Знал бы ты, Чиминушка, как я на это надеюсь, – Тэхён тяжело вздыхает, уже полностью успокоившись насчёт разбушевавшегося Чимина, и устраивается поудобнее, отпивая смачных пару глотков пива.

— Дал же Бог друга, – закатанные глаза и тяжёлые вздохи никто не отменял.

— И я тебя люблю, – как и посылание сердечек в адрес друга, к которому Тэхён тянется за обнимашками.

Ох, а как же Тэхён надеется, что всё-таки не пожалеет о том, что, во-первых, простил этого мудака, а во-вторых, дал тому шанс. Он всё-таки искренне верит в то, что люди могут меняться. А в какую же сторону в итоге поменялся Чонгук, это уже Тэхён узнает потом. И если опять всё пойдёт по одному месту, то Чимин его реально прибьёт. Обнимет, конечно, утешит, выпишет пиздюлей за то, что его друг такой доверчивый, пожалеет потом его, а потом прибьёт. И эта смерть будет похуже любой другой, потому что мозг Тэхёна буквально выебут этой фразой: «А я тебе говорил!»

А уже после пятой банки пива, совсем не отдавая отчёта своим действиям, Тэхён берётся за телефон.

«Я надеюсь, что ты больше не будешь мудаком и что я не зря тебя простил, божество» — гласит только что пришедшее смс на телефон Чонгука.

Юнги в этот момент оглушает самый звонкий писк. А говорят, мужики не радуются так эмоционально смс от своих любимых. Ага, конечно. Тут один Мин Юнги чуть не оглох от эмоциональности своего друга, который от радости чуть в трусы не писнул. Эти двое ведут себя как самые настоящие подростки.