Глава 13

Перепугавшийся Чонгук томно выдохнул, мигом накидывая свою рубашку, сильно дрожащими пальцами начиная застегивать пуговицы.

Юн рыкнул, и, посмотрев на младшего, удостоверившись тем, что тот одет, подошел к двери, придавая немного физической силы, распахивая ее.

На пороге стояла одна их работниц, в облегающем черном платье, на высоких, но удобных каблуках, с чуть спадающей челкой на один глаз. - Господин~ я к вам... - Молодая девушка попыталась сделать шаг вперед, дабы переступить небольшой порог, но Мин настойчиво не дал этого сделать, заслоняя собой проход. - Чего тебе? Я не понятно объяснил, что нужно делать? - С нескрываемым гневом в тоне спросил Юнги, кидая мимолетный взгляд на перевозбужденного и ошарашенного подопечного, который во всю озирался.

Особь, представитель женского пола, тоже посмотрела на Чонгука, усмехаясь такой забавной картине. Довольно симпатичный парень, с влажными, искусанными губами, которые были разомкнуты, дышал через рот, то и дело сглатывая.

Только что пришедшая работница явно не собиралась ждать, и не стеснялась какого-то мелкого подхалима, поэтому резко поддалась вперед, накрывая губы Мина своими.

Гук, который во всю не понимал, что происходит, раскрыл рот от самого настоящего шока. Он и правда раньше никогда не думал, что Юнги может любить, ну, или хотя бы, у него есть кто-то, например та же любовница или сменяющиеся ежедневно шлюхи. Внутри все сжалось так сильно, что, казалось, младшему перекрыло дыхание. Сердце словно стало пропускать удары, а легкие - перерабатывать воздух.

На глазах уже готовы навернуться слезы, но Чон сдержался, дабы не упасть совсем в глазах каждого, чувство собственного достоинства было - только очень маленькое, но его явно было не больше, чем совести или сострадания как у Юнги, как думал Чонгук.

Нервно сглотнув, малой поднялся с диванчика, специфически одергивая подол рубашки, твердым, в душе обиженным, тоном говоря: - Я пошел, Юнги. Парень развернулся на носочках в сторону двери, оказавшись за пределами проема за считанные секунды.

"Я пошел, Юнги" - эта фраза заставила Мина "пробудиться" и прийти в себя, и тут же, с огромной силой оттолкнуть от себя свою бывшую любовницу и по совместительству - секретаршу, которую давно Юнги хотел забыть, и правда выкинул из своих воспоминаний до тех пор, пока она снова не объявилась с пристрастиями.

Чонгук за пару шагов оказался у противоположной стены, распахивая деревянную дверь в свой кабинет с немереной силой. Захлопнув проем, из-за чего вдоль даже пошла трещина. Окончательно психанув, младший упал на жесткий стул, ударяя кулаком по рядом стоящем столу. Он впервые понял и почувствовал самую настоящую ревность, которая раздирала его изнутри, шла от самого сердца, обвивала легкие, непозволительно охватывая, не давая нормально дышать, а задыхаться в порыве гневных эмоций. Самый важный орган, который не переставая перекачивает кровь, бился ужасно быстро, отдаваясь последствиями дрожи во всем теле.

- Какой я дурак... - Взвыл Чон, вскакивая со стула, желая разворотить все на свете, не контролируя себя совершенно.

Юнги от ярости зарычал, сжимая ладони в крепкие кулаки до побеления костяшек. - Какого х*ра ты тут забыла!? Что ты себе позволяешь!? - Мин дышал через рот, не испытывая не одной положительной эмоции, а любви к бывшей - как и не было, не осталось.

- Юнги... - Томно выдохнула девушка, начиная быстро и уверенно расстегивать пуговицы на блузке, надвигаясь вперед. - Я скучала... - Срывает с себя нежно бежевый основной элемент одежды, вставая к парню непозволительно плотно.

Главный испытывал к недолгой любви, к тому человеку, из-за которого страдал, самую настоящую ненависть, а в данный момент - отвращение. Перед глазами всплыл невинный силуэт Чонгука. Его слова, его поведение, привычки, да, черт возьми, каждое действие заставляет Юнги не отрывать от младшего пристального взора. Эта тряпка по имени сокращенному имени - Гук, самое любимое и единственное что-то желанное для Юна, а не та девушка, которая сейчас нагло и бесстыдно раздевалась впереди, надеясь на бурное продолжение.

- Пошла от сюда! - Рявкнул Мин, тем самым вызвав у уволенной секретарши испуг. Главнокомандующий тут же поднял с пола вещь девицы, хлестнув ею развратнице по лицу, после в нее же и швыряя. - Убирайся, дрянь...

Длинноволосая худая особь закрыла лицо руками, тут же увиливая из кабинета с сильными рыданиями, даже забывая одеться. Спокойно идущий мимо персонал удивленно озарялся, распахивал глаза и шептался.

Юнги не стал долго задерживаться в своем кабинете. Кое-как уняв свой бурный гнев, распахнул перед собой дверной проход, сбивая с ног какого-то парня-работница его же компании. Но не став и извиняться, как и в должном, обращать на это внимание, Мин ворвался в комнатку к Чонгуку, который, в свое время, стоял по середине помещения, смотря на одну точку в полу, весь дрожа от негодования.

- Мелкий... - не сильно громко окликнул старший, уже аккуратно замыкая за собой скрипящую дверь, не отрывая взгляда с желваков на лице младшего.

Как только главный появился, Гук шумно сглотнул, и, собрав все свое оставшиеся спокойствие и выдержу, произнес: - Юнги, я дико извиняюсь за то, что произошло к твоем кабинете перед появлением той женщины... Больше такого никогда не повториться. - Тон был весьма сдержанный, хоть Чон готов был разреветься в любую минуту.

Мин Юн Ги - не из тех людей, которые тут же накинулись бы с объятиями и начинать все объяснять. Нет. Тот облокотился об стену, выгибая бровь и усмехаясь. - Ты у нас сбежал при виде одной из шлюх? Пф-ф, неужели, малыш ревнует своего любимого хозяина? - Тон был полностью и без остатка издевательским, по самой натуре и характеру старшего.

Чонгук нервно выдохнул, сжимая кулаки сильнее, но не отвечая. - Ты... Вы, прогнали ее? - Теперь тембр стал более уравновешенным, а главное - слышалась дрожь в голосе, сразу видно, что тот готов заплакать.

Юн на это лишь рассмеялся и отпрянул от стенки, начиная подвигаться вперед, к высокому черноволосому. - Знаешь... Да... Прогнал... - наигранно вздохнул, - а ты, видимо, у нас ревнивый маленький ребеночек.. Запомни, тряпка, - усмехнулся.

Но не успел старший и договорить, как Чонгук сорвался с психу, без какого-либо страха хватая того за ворот сбитой рубашки. - Нет, это вы запомните, - даже сейчас, тот продолжал разговаривать формально, - вы принадлежите только мне, вы - мой хозяин! - Чуть повысил голос, тем самым заставляя Юна прийти в шок и застать его в врасплох своим заявлением. Без особых размышлений, схватил главного теперь за горло, впиваясь с жадным поцелуем, тем самым подтверждая свои слова "ты только мой".