Хван Хëнджин

Запах пота и адреналина ударил в нос сразу, как я вошла в пресс-центр ледового дворца. Хоккей. Терпеть не могу хоккей. И Хван Хëнджина. Самодовольный, красивый, и, к сожалению, невероятно талантливый капитан «Белых Медведей». Мой начальник, мистер Ким, решил, что именно я должна брать у него интервью после каждой игры. Мой талант журналиста, видимо, недостаточно ценился.

Я пробилась сквозь толпу репортеров к Хëнджину, который, казалось, наслаждался вниманием. Его темные волосы слегка растрепались, а на щеках играл румянец от напряжения игры. Он заметил меня и его улыбка тут же погасла. Отлично. Взаимность.

– Т/и, – процедил он сквозь зубы, – Опять ты?

– Хван Хëнджин, – ответила я, стараясь сохранить профессиональное выражение лица,– Всего несколько вопросов.

Он закатил глаза, но кивнул. Я начала задавать вопросы, записывая его ответы в блокнот. Он говорил сухо, односложно, будто делал мне одолжение. Его взгляд скользил по мне, как по надоедливой мухе.

После интервью я чувствовала себя выжатой, как лимон. Ненавижу этого человека. Ненавижу его надменность и презрение. Ненавижу, что мне приходится видеть его каждый чертов матч.

Я уже собиралась уйти, когда услышала его голос: – Т/и, подожди.

Я обернулась. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на меня с каким-то странным выражением лица. Впервые я увидела в его глазах что-то, кроме раздражения. Интерес? Удивление? Что-то еще?

– Ты ведь знаешь, что я не всегда такой засранец, верно? – спросил он.

Я хмыкнула. – Понятия не имею. Но пока что ты преуспеваешь в этой роли.

Он усмехнулся. – Дай мне шанс изменить твое мнение, журналистка.

Его ухмылка меня обезоружила. Я не ожидала услышать от него ничего подобного. – И что ты предлагаешь? Романтический ужин при свечах после того, как ты забьешь победный гол? – съязвила я, стараясь скрыть внезапно возникшее волнение.

Он оттолкнулся от стены и подошел ближе. – Может быть. А может, просто кофе. Без камер и репортеров. Просто два человека, пытающиеся понять друг друга. – В его голосе прозвучала искренность, которую я раньше не слышала. Меня это заинтриговало. Я всегда судила его по обложке – высокомерный спортсмен, купающийся в славе. Но сейчас я видела что-то другое. Уязвимость?

– Кофе? – переспросила я, все еще сомневаясь. Он кивнул.– Завтра утром. В той кофейне возле ледового дворца. В восемь. – Я колебалась. С одной стороны, это был шанс узнать его лучше, понять, что скрывается за маской. С другой – я боялась, что это может быть всего лишь очередной трюк, чтобы усыпить мою бдительность.

– Хорошо, – наконец сказала я. – Но если ты опоздаешь, я опубликую статью о том, как капитан 'Белых Медведей' боится кофе с журналисткой. Он рассмеялся. – Не дождешься. И с этой улыбкой он развернулся и ушел, оставив меня стоять в пресс-центре, гадая, что же произойдет завтра утром. И почему я вдруг жду этого с таким нетерпением

Ночь прошла в тревожном ожидании. Я ворочалась в постели, прокручивая в голове нашу короткую встречу в пресс-центре. Что он задумал? Почему именно я? Все эти вопросы роились в голове, не давая уснуть. Разум кричал об опасности, напоминая о профессиональной этике и репутации, которую я так долго строила. Но сердце… сердце почему-то надеялось, что за всей этой историей скрывается нечто большее.

Утром, вопреки своим же опасениям, я стояла у дверей кофейни за десять минут до назначенного времени. Волнение нарастало с каждой минутой. Когда он появился, одетый в простую футболку и джинсы, я почти не узнала в нем того надменного капитана команды. Он улыбнулся, и эта улыбка снова обезоружила меня.

Разговор за кофе оказался на удивление легким и непринужденным. Мы говорили обо всем и ни о чем – о его детстве, о моей мечте стать журналистом, о давлении славы и о сложностях понимания друг друга. Я старалась быть внимательной, вылавливая каждое слово, каждую интонацию. И да, признаюсь, я незаметно сделала несколько снимков. Инстинкт журналиста взял верх.

Однако, чем больше я узнавала его, тем сложнее становилось придерживаться первоначального плана. Я увидела не просто спортсмена, а человека, уставшего от постоянного внимания, жаждущего простого человеческого общения. И вот тут-то я столкнулась с дилеммой. Могу ли я предать это доверие ради сенсации? Смогу ли я использовать его уязвимость, чтобы получить очередной инфоповод? Ответ на этот вопрос я должна была найти сама.

Сомнения терзали меня весь день. Рабочий стол превратился в поле битвы между долгом и моралью. С одной стороны – захватывающая история, способная взорвать новостные ленты и поднять мой рейтинг на небывалую высоту. С другой – сломанная судьба, растоптанное доверие и, возможно, конец карьеры этого парня. Я чувствовала себя предателем, даже просто размышляя об этом.

Вечером я сидела в редакции, глядя на фотографии. На них он был таким настоящим, таким беззащитным. В глазах – усталость и надежда. И я поняла, что не могу этого сделать. Не могу использовать его искренность ради своей выгоды. Это было бы слишком подло, слишком низко.

Я вызвала главного редактора и рассказала ему обо всем. Он выслушал меня, нахмурившись, а потом сказал: – Понимаю. Но сенсация была бы знатной. Я ответила, что есть вещи важнее сенсаций. Редактор вздохнул и сказал, что уважает мой выбор. Но дал понять, что следующий раз он не будет столь снисходителен.

***

Сердце оборвалось, словно струна гитары, сорвавшаяся под напором слишком сильного удара. Хëнджин… с другой? Слова застряли в горле, превратившись в немой крик. Картинка перед глазами казалась нереальной, словно кадр из дурного кино. Его губы, такие знакомые и желанные, сейчас принадлежали другой.

Мир вокруг померк, звуки приглушились. Я стояла, как парализованная, не в силах отвести взгляд. Предательство обжигало изнутри, отравляя каждую клетку тела. В голове хаотично мелькали обрывки воспоминаний: наши свидания, его нежные прикосновения, слова любви, которые теперь казались лживыми и пустыми.

Внезапно Хëнджин оторвался от девушки и обернулся. Наши взгляды встретились. В его глазах мелькнул испуг, вина, отчаяние. Но было слишком поздно. Маска сброшена, правда вырвалась наружу, разбив вдребезги хрупкий мир, который мы так старательно строили.

Не говоря ни слова, я развернулась и побежала прочь. Слезы градом катились по щекам, смешиваясь с холодным ветром. Я не хотела ничего слышать, ничего знать. Мне нужно было убежать, спрятаться, залечить раны, нанесенные тем, кого я любила больше всего на свете. И начать жить заново.

В ту ночь я спала спокойно впервые за долгое время. Да, возможно, я упустила шанс прославиться. Но зато я сохранила свою человечность. И это, как мне кажется, гораздо важнее. А утром меня ждало сообщение от него: "Спасибо за вчерашний день. Было здорово просто поговорить". И тогда я поняла, что сделала правильный выбор.

Бежала, не разбирая дороги, сквозь толпу прохожих, словно преследуемая кошмаром. Каждый вдох обжигал горло, каждое движение отдавалось болью в груди. Куда бежать? От себя? От правды? От Хëнджина? Все смешалось в один клубок отчаяния и боли.

Остановилась лишь тогда, когда ноги подкосились, и я рухнула на скамейку в парке. Слезы уже не текли, а просто душили, сдавливая горло. Вокруг царила суета: дети играли, влюбленные шептались, старики читали газеты. Жизнь продолжалась, несмотря на мою личную трагедию. И в этом была самая горькая ирония.

Как он мог? Как он мог так поступить со мной? Ведь я отдала ему всю себя, все свои чувства, всю свою любовь. Неужели все это было ложью? Неужели он просто играл со мной, забавляясь моей наивностью и доверчивостью? Вопросы роились в голове, не находя ответов.

Собрав остатки сил, я поднялась со скамейки. Нужно было что-то делать. Нельзя было позволить этой боли сломать меня. Я вытерла слезы, глубоко вздохнула и направилась к выходу из парка. Впереди меня ждала неизвестность, но я знала одно: я должна быть сильной. Я должна пережить это. И я начну жить заново, даже если сердце разбито на миллион осколков.

***

Два года в Ванкувере пролетели, как в тумане. Новая работа, новые друзья, новые увлечения – я старалась заполнить каждую минуту, чтобы не оставалось времени на воспоминания. Канада приняла меня тепло, но я все еще чувствовала себя гостьей, словно частица меня навсегда осталась в прошлом.

И вот, случайная встреча на одной из выставок корейского искусства. Я застыла, увидев его. Хëнджин. Он почти не изменился, разве что в глазах появилась какая-то усталость, словно он тоже нес бремя прошлого. Сердце не екнуло, не заболело, не застучало быстрее. Лишь холодное осознание: это просто человек из моей прошлой жизни.

Он увидел меня, замер. На его лице отразилось удивление, растерянность, а может, и надежда. Он сделал шаг ко мне, но я остановила его жестом. – Здравствуй, Хëнджин, – ровно произнесла я, словно здоровалась со старым знакомым. В его глазах мелькнула боль, но я не позволила себе поддаться жалости.

– Привет, Т/и, – тихо ответил он. – Я… я так рад тебя видеть.Я лишь слегка улыбнулась в ответ. Рад? После всего, что произошло? После той боли, которую он мне причинил? Нет, его слова больше не имели для меня значения. Я посмотрела ему в глаза и увидела в них отражение той прошлой меня – наивной, влюбленной, доверчивой. Но этой меня больше не было.

– Мне пора, – сказала я, развернулась и ушла, оставив его стоять в толпе, словно призрак из прошлого. Я перелистнула эту страницу. Я начала жить заново, и Хëнджину в этой новой жизни места не было.

Вечерний Ванкувер встретил меня мягким светом фонарей и прохладным бризом с океана. Я шла по набережной, стараясь не думать о встрече. Но образ Хëнджина, его удивленный и немного растерянный взгляд, преследовали меня. Я пыталась убедить себя, что ничего не почувствовала, что он для меня – лишь тень из прошлого. Но где-то глубоко внутри шевелилось смутное беспокойство, как будто я разворошила старый, давно забытый улей.

Дома я долго не могла заснуть. В голове всплывали обрывки воспоминаний: наши прогулки по Сеулу, смех, объятия, обещания вечной любви. Как же все это было давно и неправда. Он предал меня, разбил мое сердце на осколки, и я уехала, чтобы склеить его заново. И почти получилось.

Утром я проснулась с четким осознанием: я не должна бежать от прошлого. Я должна взглянуть ему в лицо, чтобы окончательно его отпустить. Я позвонила своей подруге Минджи и предложила встретиться в кофейне. Минджи знала мою историю с Хëнджином и всегда поддерживала меня. Ей я могла рассказать все, не боясь осуждения.

За чашкой кофе я поделилась с ней своей вчерашней встречей. Минджи слушала внимательно, а потом сказала: – Т/и, ты сильная. Ты пережила это. Не позволяй прошлому снова тебя контролировать. Если тебе нужно поговорить с ним, чтобы поставить точку, сделай это. Но сделай это для себя, а не для него.  Ее слова заставили меня задуматься. Может быть, Минджи права. Может быть, мне действительно нужно поговорить с Хëнджином, чтобы окончательно освободиться от призраков прошлого.

Я решилась. Набравшись смелости, я нашла номер Хëнджина в старых контактах. Пальцы дрожали, когда я нажимала кнопку вызова. Гудки тянулись бесконечно долго, и я уже почти потеряла надежду, когда в трубке раздался знакомый голос.

– Т/и? - удивленно спросил он. – Это ты?

Я глубоко вдохнула и ответила: – Да, Хëнджин. Это я. Нам нужно поговорить.

Мы договорились встретиться в парке возле океана, там, где когда-то любили гулять. Когда я увидела его, мое сердце дрогнуло. Он выглядел старше, в глазах появилась грусть, но он все еще был тем Хëнджином, которого я когда-то любила. Мы долго молчали, глядя на волны. Потом он заговорил: – Я знаю, я поступил неправильно. Я сожалею о том, что причинил тебе боль.

Я слушала его, стараясь не поддаваться эмоциям. Он объяснил свои поступки, рассказал о давлении, о страхе потерять все. Я понимала его, но это не оправдывало его предательства. В конце концов, я сказала: – Я прощаю тебя, Хëнджин. Но это не значит, что мы можем вернуться назад. Прошлое должно остаться в прошлом.

Он кивнул, и в его глазах я увидела облегчение. Мы попрощались, и я почувствовала, как тяжелый груз упал с моих плеч. Я свободна. Я готова двигаться дальше. Впереди меня ждет Ванкувер, карьера журналиста и новая жизнь, без призраков прошлого.

Этой зарисовке почти год. Думаю, заметно как сильно отличается стиль и почерк. Далеко до идеала, но менять не хочется. Приятного прочтения. Ставьте звездочки и пишите комментарии. Всех люблю 💗