1| Не сладкая жизнь

5 лет назад~

Я—ты издеваешься? Почему я? — без остановки кричала я на брата Хан Уля.

Хануль—хватит спорить со мной! Я уже все решил за тебя! — брат не кричал, но злость в его голосе была.

Я—почему вдруг ты стал решать все за меня? Ты мне отец или кто? Папа в крайнем случае должен решать, куда мне ездить учиться. Но точно не ты, чертов Хануль! — моя злость только нарастала. А последняя фраза звучала как будто я ударила родную мать. Зря я это сказала.

Хануль—что ты только что сказала? — ему явно не понравилась это фраза от своей 11-ей сестры. — совсем страх потеряла? Забыла что такое сдерживать себя? — вдруг встал он из-за стула и медленно подходил к сестре, что та в свою очередь отходила назад от страха. Ведь она прекрасно помнила, что делал с ней ее старший брат, когда та оскарбляла его. Избивал.

Я—я устала, что ты постоянно меня бьешь, затыкаешь мне рот, чтоб я молчала когда отец спрашивает почему у меня опять синяки на теле. Я устала, Хануль, понимаешь? Ты бесишь меня, ненавижу тебя, дебила ты кусок. В этот раз я точно все расскажу отцу, не смотря ни на что. — говорила я со слезами и с криком одновременно. Я прекрасно знала, что сделает со мной Хануль. Но я намеренна рассказать все отцу.

Хануль—закрой свой рот! — сказал он и дал звонкую пощечину, после которой я схватилась за щеку. — Пи Юджон, заткнись, просто заткнись к чертовой матери! — прокричал он и продолжил дальше меня избивать.

После нескольких минут избиения, он все таки остановился. Я лежала на полу без сознания вся в крови. Хануль протирал салфеткой свою руку, которая была испачкана моей кровью. Ему никогда не было меня жаль. Он бил меня, но никогда не позволял меня бить другим. Охрана была со мной, куда бы я не ходила. Личные повара, водители, слуги и стилисты. У меня было все, что никогда не было у других. Но личная жизнь не сладка.

Просыпалась я медленно, веки были очень тяжелые. На мне кислородная маска, капельницы на каждой стороне. Повязка на голове. Палата была одиночной, специально для меня. Пахло антисептиками и стерильностью. В уши било очень не приятный длинный звук аппаратов. На шум сразу прибежали медсестры и суетились. Они что то у меня спрашивали, но я не отвечала. Я не отвечала, я просто заплакала. Сильно. Истерично. И громко. Все мои страдания и слезы собрались вместе и выплеснулись наружу. Я плакала без остановки. Медсестры пытались меня успокоить и пытались вколоть мне успокоительные. Но у них ничего не получалось. Тогда на помощь пришли аж четыре медбратьев и держали меня. Два держали меня за ноги, а два держали голову и тело. Эти две медсесты вкололи мне успокоительное. Сразу же я перестала бится в истерике и не пытаться встать с кровати. Через минуту я полностью отключилась. Медсестры поставили мне новые капельницы и надели обратно кислородную маску. Укрыли обратно одеялом.

Медсестра 1–что с ней сейчас было? Не могу поверить.

Медбрат 1–как это девочка сюда попала?

Медсестра 2–это Пи Юджон, ей 11 лет. Ее избили и кинули тело в реку. Мимо реки проходили два парня и увидело ее тело. Они достали ее и вызвали скорую.

Медбрат 1—кто это так сделал? 

Медсестра 2–нам не сказали, но предпологается, что это мужчина лет 30.

Медбрат 2–стойте, стойте. Пи Юджон не сестра случайно Пи Хануля? Их отец очень влиятельный.

Медбрат 3—может это и сам Пи Хануль ее так..

Но ему дали подзатыльник.

Медбрат 4– не говори глупостей.

Медсестра 1–жаль ее очень. Ладно парни, вы идите, а мы поглядим еще за ней.

Медбрат 4–давайте, если что зовите, емли вдруг не справитесь.

Я стала приходить в сознание. По ощущениям на мне кислородная маска. Капельницы с каждой стороны. И катетер на руке. Мне было спокойно, видимо успокоительное подействовало. Одеяло покрывало меня до груди, но все равно было очень тепло. Через несколько минут ко мне зашли те же две медсестры. У одной была тележка с разными лекарствовами и капельницами. А у другой поднос с едой. Они подошли и сняли с меня капельницы и кислородную маску. С помощью пульта слегка приподняли мою кровать. Разложили мини столик и на него положили поднос с едой. Суп с водослями, тофу, кимчи, и немного токпокки. В тарелке с фруктами были виноград, клубника и манго.

У Хануля и отца~

Отец—Хануль, почему Юджон опять в больнице?

Хануль—ее снова избили. —сказал он холодно.

Отец—кто?! Сколько можно. Мы ставим ей телохранителей куча.

Хануль—этого мерзавца уже нашли и посадили на 15 лет.

Отец—для профилактики, она будет на домашнем обучении.

5 лет спустя~

Мне уже 16. Думала побои Хануля остановятся, но зря я так думала. Он продолжает меня бить, но не до крови. Это меня радует. Наконец то отец сказал, что переведет меня в другую школу. Но когда он сказал, что переведет меня именно в Юсон, у меня пропал дар речи. Ведь там учится Хануль. Он по сути управляет этой школой. За эти пять лет меня записывали на разнве кружки по борьбе. То на каратэ, то на бокс и т.д. Видимо отец специально так делал, чтоб я была готова к переводу именно в эту школу.