Альбом EWT. (19)

Яркие лучи из прожекторов светили в заплаканные глаза. Парень стоял на широкой сцене, немного нагнувшись потому, что ноги были ватными. Из глаз, единственных видных людям, текли одинокие и частые капли слез, он старался закрывать те рукой. К нему тут же подбежал один из парней, снимая с себя сценический пиджак, и накрывая им младшего. Он сел на против, держа кисти рук того в своих. Стараясь оторвать их от лица парня, чтобы взять в свои руки.

Впереди них ещё четверо парней, старающихся успокоить разгневанных фанатов. Они иногда поглядывают в сторону младшего участника, волновались за судьбу того. Вокруг десятки тысяч разгневанных людей, все они отложили свои светящиеся палочки, начав громко кричать. Кто-то снимал, зная что выставит в сеть либо прямо сейчас, либо после проваленного концерта группы.

Сону, старающийся вытереть слезы, оставлял под глазами красные пятна, трясущимися руками начинает снимать маску, так как дышать становилось все сложнее и сложнее. Лидер, сразу заметивший это. Вместо того чтобы оставить свой сценический пиджак на юноше, снимает его, начиная закрывать уже лицо. Но парень вырывается, стараясь подняться на ноги и громко крикнуть всем. Он устал терпеть. Тут же подключаются другие участники, оставляя фанатов без внимания. Они окружают младшего участника, прикрывая своими телами от чужих лиц.

Рабочие арены, которые управляют камерами, выводящие изображение на большие экраны, очень рады своей работе. Они не стесняясь направили объективы именно на парня, так и намереваясь снять его лицо, в промежутках между спинами других участников.

— Сону, ты можешь говорить?- Спросил лидер, наконец выключив свой микрофон.

Парень же даже не посмотрел на него. В его наушниках слышен только писк, белый шум. Раньше там играла специальная сценическая версия их песни, в которой биты было слышно намного сильнее текста, а голос мужчины объявлял когда начинается его партия, отсчитывая секунды. Он больше ничего не слышит, абсолютно. Только свое сбитое дыхание и хрипоту в голосе. Он сорвал его.

^

Разгуливая по квартире с наушниками в ушах, Джисон размахивал шваброй, до этого моя полы. Играет знакомая и очень любимая ему музыка. Парень не очень громко подпевает под неё, представляя что швабра- это микрофон.

Минхо сейчас точно спит, даже не слыша этот тихий писк парня, ведь ноты в песне очень высокие. Коты тоже в комнате того, либо разносят ее в щепки, либо тоже посапывают рядом, тихо мурлыча.

Хан ужасно сильно умилялся этому. Ну как можно не любить этих булочек. Хоть они и не очень тактильны, но иногда могут потерпеть немного, дав восполнить уровень дофамина в крови парня.

Выйдя из комнаты, при этом держа на руках пару вещей с полок, Ли нес их в гостиную. Все это время он не спал, просто устраивал перестановку в своей комнате. А вот коты как раз занимались вторым пунктом в предположениях Хана. Застукав парня, посередине гостиной, яростно поющего в верхушку швабры, Мин издал смешок. Ему очень нравился такой Джисон. Открытый, веселый, жизнерадостный. Тот кто и поддержит, и плохого в сторону не скажет.

Пройдя мимо парня, который видимо специально закрыл глаза, Хо устроился на полу, рядом с телевизором. Под тем как раз находился невысокий, но длинный комод с полками, на которых бы поместились пару его вещей. Джи так и продолжал свой концерт, исполняя очень точно текст, даже шепотом. Он стоял спиной, по этому не видел старшего.

— Господи!- Через пару минут послышался крик младшего сзади, из-за чего Хо обернулся, расплываясь в ухмылке.— Зачем так пугать? Я ужасно сильно испугался когда увидел твою спину!- Продолжал громко говорить парень, размахивая руками и не вынимая наушники из ушей.

— Очень хорошо поешь.- Сказал Ли, когда убедился что парень его слышит.— Жалко что тихо, я бы хотел послушать твой голос в полной силе.- Он издал смешок, снова оборачиваясь к полке и стопке книг из своей комнаты.

— Что за обновочки? Хочешь все-таки заставить чем-то это полки?- Спросил Хан, пристроившись рядом.

Мин в начале явно был удивлен, даже не ожидал что парень так спокойно сядет рядом. Будто они всю жизнь были знакомы и являются лучшими друзьями, но видимо все налаживается. А Джи тем временем рассматривал чужие вещи парня, не понимая откуда они взялись и где тот мог их достать.

— Можно и так сказать.- Минхо посмотрел на парня рядом, складывая книгу в шкафчик.— Эти вещи с моих полок в комнате, я не часто ими пользуюсь, да и они уже пылятся.

— Ого, довольно добровольно с твоё стороны.- Признался Хан, посмеявшись над своими словами.— О а это что?- Он достал одну из книг, где-то в середине стопки. Открывая её, ему показался совсем не текст какого-то рассказа, а чужие фотографии.

— Это альбом EWT, только не говори что не знаешь их.- Хо усмехнулся, а потом заметил как пальцы парня побелели, держась за страницы, до проявления белых косточек.— Ты чего?

— Да нет, все нормально.- Хан отложил альбом в сторону, захлопывая с шумом его, и поднимаясь с пола.— Надо идти, намочить снова тряпку. Я же пол мою.

Он издал смешок. Поспешив взять швабру и уйти прочь с глаз соседа. Парень старался показать что с ним всё хорошо, но пустой и напуганный взгляд выдавал точное состояние. И это пугало Ли, ведь тот это прекрасно читал, но не поспешил за Джисоном. Оставив того со своими мыслями, и надеясь что он сделал правильное решение.

^

Подросток сидит за столом. Перед ним мужчина лет 50, разбирающий документы и явно недовольный. Он не поднимает взгляда на юношу. Не начинает разговор. Просто молчит, заставляя кровь застыть в жилах ещё сильнее.

— Видел рейтинги нашей компании, после того как ты сорвал голос? А комментарии в интернете?- Он поднял взгляд, выглядывая из-за густых бровей.— Да вашу группу ненавидят, и хотят убить каждого участника!- Не выдержав, мужчина ударил по столу, заставив вздрогнуть парня.— А тебя- особенно. За несколько часов ты стал одним из самых ненавистных артистов!

За молодым айдолом сидит его менеджер, волнительно подрагивает ногой и прикусывает губу. Он не знает что будет с тем, и надеется на лучшее.

— Я все прекрасно видел, и здесь только ваша вина.- Говорит школьник. Получая от менеджера за свои слова удар по плечу. Голос хриплый, как будто что-то режет горло, засев очень глубоко.— Не нужно было назначать тур во время моих экзаменов. А также выматывать меня и других участников. Вы знаете мой и их график, я на ногах чуть ли не 19 часов в день! А может и больше!

— На что ты намекаешь? Неужели я плохой директор и не справляюсь со своими обязанностями?- Он закипал не меньше Сону, начав размахивать свободной от бумаг рукой.

— Вы перевыполнили свои возможности.- Парень немного прокашлялся, получив ещё больше царапин в горле.— У нашего главного танцора болит спина, лидер не спит неделями, реперы не едят днями, и все это для того чтобы выложиться по полной. Я сорвал голос, и сейчас мне трудно говорить. Каждый из нас мог сдаться первее, просто я оказался менее выносливым.

— Это твои проблемы! Другие группы впахивают как ваша, это нормально!

— Да, но не когда сразу после полноформатного альбома и недельного промоушена.- Он докоснулся до своего горла, немного сдавливая в местах.

— Это не обсуждается, закрыли тему.- Мужчина отвел взгляд, убирая документы в стол.— Ты берешь перерыв, так называемый рест. За его продолжительность должен будешь сдать все экзамены и восстановиться, а группа пока будет выступать впятером.

Парень был в шоке, ему было больно приостанавливать свою карьеру. Вот только он знал для чего его группу так выводят из себя, оставляя без сил. И не хотел в этом учавствовать, хоть и молчал, делая вид что не понимает.

Раньше его называли звездой, новым голосом, новым поколением. Фанаты каждый раз, в начале концерта группы выкрикивали: «Второй Майкл Джексон!» «Сын Майкла!», но а сейчас это всё быстро стихло и пропало.