Глава 11

Юнги прослушивает одну и ту же песню в сотый раз. Нет, она ему совсем не надоела, что немало его удивляло, и рука в очередной раз тянется к кнопке повтора. Обычно он не слушает подобные песни, но эта стала исключением, потому что она словно про него написана. С некоторыми неточностями, но про него. Он не хотел больше убивать. Не хотел видеть боль в глазах жертвы. Возможно, именно Чимин повлиял на него. С каждым убийством на его плечах «увеличивался груз». Он знал, что сломается. Когда-нибудь, не сейчас, но сломается.

Мин уже двадцать минут сидел в машине и пару раз поглядывал на окно квартиры Чимина. Свет не горел, должно быть Чимин спал, либо еще не вернулся домой. Юнги больше надеялся на второй вариант. Тяжело вздохнув, он достал пистолет из бардачка и, сунув его за пояс, вышел из машины. На улице темно. В этом районе всегда мрачно и работает лишь один уличный фонарь. Юнги огляделся по сторонам и, убедившись, что нет никаких подозрительных взглядов, направился к подъезду. Звонок. Никто не открывает. Постояв, переминаясь с ноги на ногу, Юнги повторил попытку. Дверь открылась только после третьего раза. На пороге стоял сонный Чимин, со взъерошенными волосами и расфокусированным взглядом. Он был одет в большую белую футболку и серые шорты. - Хён? - Пак смотрел на вечернего гостя и пытался понять, что тот забыл у его двери в такое позднее время. - Что ты здесь делаешь? - он непонимающе взглянул на него. - Я... - Юнги тяжело вздыхает, зарываясь пальцами в волосы на затылке, - просто... Мимо проезжал, думал зайти, но я лучше пойду. - Он быстро протараторил и уже собрался уходить, но Чимин остановил его. - Я уже всё равно проснулся, может попьешь со мной чай или кофе? - проговорил Пак все тем же сонным голосом с легкой хрипотцой. Юнги постоял несколько секунд, пытаясь обдумать дальнейший план действий и все-таки согласился. - Ты можешь приходить ко мне, когда захочешь, - сказал Чимин, проходя на кухню. Так как Чимин был уставшим вчера, у него просто не было сил вымыть посуду и выбросить мусор. Несмотря на это, на кухне было довольно прилично. Не грязно, но и не чисто. Шкафчик с кофе был открытым, наверное, Чимин его не так давно пил. На плите стояла сковородка с жареной картошкой. Клетчатый пол был местами обломан, но это не так заметно, а окна в разводах от не смытого мыла.

Доверие - странная вещь. Она очень близка с привязанностью. Чем больше человек втирается тебе в доверие, тем больше ты к нему привязываешься. Доверие похоже на любовь, дружбу и другие эмоциональные отношения. Оно приходит со временем, как, собственно, и любовь, и дружба. И смешно, и грустно. Юнги чувствовал, что скоро не станет ничего. Он не знал, когда и кого, но догадывался. Об этом совсем не хотелось думать, лишь горько засмеяться. Он будет один, как и прежде. И не будет никакого доверия, никакой привязанности, никаких... людей. Их не должно быть.

- Знаешь игру на доверие? Когда ты должен упасть в руки человеку, стоящему за твоей спиной? - неожиданно спросил Юнги, продолжая осматривать кухню. Он остановился на холодильнике, где красовались несколько фотографий: с Тэхеном, Чонгуком и его родителями. Пак выглядел таким счастливым на них. - Доверие там - лишь способ перебороть страх. Штука в том, что когда ты стоишь спиной и делаешь вид, что доверяешь, падаешь в руки. Доверия нет. Ты падаешь и всё равно боишься, что человек позади тебя уберет руки и ты упадешь. - Это первая умная вещь, которую ты сказал, - Юнги ухмыльнулся. Между парнями повисла тишина, сопровождающая кипением чайника. Чимин достал из верхнего шкафчика две одинаковые кружки и со звоном поставил на стол. Если бы он знал, что сейчас произойдет, он бы так беспечно не повернулся спиной к Юнги.

Мин тихими шагами подошел к Чимину. Белая футболка была чуть большевата Чимину, но это выглядело милым. Пак уже положил в чашки пакетики чая с бергамотом. Юнги заметил прелестную родинку на шее парня, и это тоже показалось ему милым. Юнги все еще не мог решится на это. Обреченно вздохнув, он достал из-за пояса пистолет, и собрался наставить дуло на его затылок.м«Давай, Юнги. Всего одно действие и он мертв. Тебе нужно только спустить курок» - говорил про себя Мин, пытаясь побыстрее расправиться с этим делом. Но руки выдавали его с головой. Пальцы дрожали, ладони вспотели. Холодно. Он нервно сглотнул, повернул голову, и чистой рукой убрал с потного лба прилипшие волосы.

Его попытки заставить себя прервал голос Чимина. Парень напевал себе под нос мелодичную песню. Юнги не смог. Он убрал пистолет и хотел незаметно уйти, но Чимин повернулся, держа в руке горячую чашку чая. Из-за того, что Мин стоял очень близко к нему, Пак испугался, и пролил на себя горячую жидкость. - Ааа! - он выронил чашку, которая тут же со звоном упала, и он принялся поливать холодной водой футболку, чтобы боль прошла. Юнги резко схватив его за руку и усадил на стул. - Где у тебя аптечка? - Там стоит, - морщась простонал Чимин, указывая пальцем на нижний ящик шкафчика. Достав из ящика аптечку, Мин набрал в миску холодной воды и поставил её на стол. Он осторожно стянул с Пака футболку, стараясь не задеть покрасневший и опухающий участок кожи. - Прости, - буркнул Юнги, действуя осторожней. Постепенно дыхание Чимина стало ровнее, и он перестал зажмуривать глаза. Теперь его лицо стало более или менее спокойным, а у Юнги всё ещё дрожали руки. - Всё в порядке, хён, я сам виноват, - он чуть приоткрыл глаза и смотрел на него из-под спадающей челки. Юнги окунул полотенце в ледяную воду и снова приложил его к груди мальчика. Окидывая взглядом его выпирающие ключицы и пресс, Мин еще больше побледнел: он не представлял, что бы было, если бы он сейчас убил этого парня. - Юнги, успокойся. Почему ты такой бледный? Из-за ожога? Это не твоя вина, - Чимин пытался успокоить, но он понимал, что дело было вовсе не в ожоге. Юнги ничего не ответил. - Мне пора, извини, - он отдал полотенце Чимину и буквально сорвался с места. Чимин лишь успел уловить звук закрывающейся входной двери.

Зачем люди годами зарабатывают авторитет, а потом за секунды разбивают его о суровую реальность? Они тратят столько усилий для того, чтоб им доверяли, а потом... Они не подумав, могут что-то сделать: то, что никто никогда не сможет простить.

***

Тэхён вольготно развалился на диване, перекинув одну ногу через быльце, и смотрел уже второй фильм подряд, закидываясь попкорном. Но его прервал вибрирующий звук. Тэхён вытер руки о штаны и потянулся к телефону. На экране высветилось одно новое сообщение от Чонгука: «Нам нужно поговорить. Открой дверь». Тэхен закрыл ноутбук и, убрав с дивана все вещи, побежал к двери, спотыкаясь обо всё подряд. Открыв дверь, он увидел обеспокоенного Чона. - Что случилось? - спросил Тэхен взволнованным голосом, смотря на Чонгука, пока тот снимает свою обувь и аккуратно ставит её возле двери. - Где ты был несколько дней и почему не отвечал на звонки?! - Мой отец... Умер... Сегодня были похороны, - Чонгук это прошептал, и из его глаз выступили слезы. - Что? От его голоса пробежали неприятные мурашки. Голос человека, который потерял основу, лишился жизненных сил и больше не готов держаться. Сердце больно сжалось от того, что возможно это был самый близкий человек Тэхену. - Почему ты говоришь такое только сейчас?! Почему не сказал раньше? - Прости, - едва слышно прошептал Чонгук. - Я не хотел рассказывать. Он прошёл на кухню, взволновнный Тэхён пошёл за ним. - Ты можешь переехать ко мне. - Заманчиво, но я возвращаюсь в Пусан. Мой отец платил за учебу... И моей маме нужна поддержка и помощь.

- Я могу заплатить... - Спасибо, Тэтэ. Но у меня и правда нет выбора, я должен. - Когда ты вернешься? Чонгук залез на подоконник и, подогнув под себя ноги, устремил взгляд своих черных глаз куда-то вдаль, погружаясь в раздумья. - Не знаю... Возможно, останусь там. Как гром среди ясного неба прозвучал ответ Чонгука для Тэхена. Он округлившимися глазами смотрел на него, всё ещё не веря услышанному. - Нет, ты не можешь, - Тэхен подошел к нему ближе. - Навсегда? Ты не шутишь, Чонгук? - просипел Тэ, хватая Чона за рукав и заставляя повернуться к себе лицом.

Отпускать самого близкого человека он был еще не готов. Тем более навсегда. До сих пор даже не верилось в эти слова. Что всё происходит на самом деле, а не во сне. Тэхен внимательно изучал лицо Чонгука взглядом, пытаясь понять, говорит ли тот правду. Он хотел защищать его всегда. Быть рядом и вытаскивать его задницу из всех неудач. Но теперь тот исчезает навсегда. Без всякой защиты и поддержки. Еще с минуту простояв в тишине, Тэхен сделал шаг к парню, цепляя его за рукав рубашки и притягивая к себе. Чонгук упал в его объятия, чувствуя, как чужие руки обнимают его за плечи, а шею обдает горячим дыханием. Тэхен прижал Чона к себе, крепко обнимая и прижимаясь губами к шее. По телу пробежала стая мурашек, вынуждая поежиться и прижаться к младшему еще сильней. Зажмурившись, он оставил на его коже невесомый поцелуй, тут же снова касаясь кожи губами. Еще один поцелуй, совсем короткий. Чонгук всхлипнул, потянул носом воздух, полностью расслабляясь в руках Тэхёна. Обмяк, наклонил голову, кладя её на чужое крепкое плечо. Он чувствовал невероятное тепло, находясь вот так в объятиях другого. Осознание, что это в первый и последний раз, приходило очень быстро, заставляя снова всхлипнуть от нахлынувших слез. Пусть даже это так далеко, но он должен принять это. Уже собираясь отстраниться от Чонгука, Тэхён не смог шелохнуться, понимая, что младший сжимает его все сильней, не желая отпускать. Улыбнувшись, он похлопал того по спине в молчаливом жесте. - Я приеду к тебе потом, - отстранившись от Чонгука, выпалил Тэхен. Он улыбнулся. Но взгляд был пустым и холодным. В этих глазах не читалось ни радости, ни уж тем более уверенности в собственных словах. - Я хотел поговорить об этом, - Чонгук отвел взгляд в сторону. - Я не смогу поддерживать отношения на расстоянии. - Что ты имеешь в виду? - Тэхен неуверенно взглянул на него. - Ты хочешь сказать, что мы должны расстаться? Вместо ответа послышался напряженный вздох. Чонгук смотрел на свои ноги и нервно покусывал губу. - Я не говорю, что мы должны расстаться, просто... Я хочу разобраться со всем, - Чонгук поднял глаза на Тэхена. Он, очевидно, был расстроен не хуже самого Тэ. - Но мы же по-прежнему лучшие друзья? - наконец выдавил из себя Тэхен. - Конечно, - Чонгук слегка улыбнулся и спрыгнул с подоконника. - Я буду звонить тебе каждый день. - Когда ты уезжаешь? - Самолет завтра вечером. - Останешься у меня? - с надеждой спросил Ким, перебирая пальцами. - Нет, прости. Мне пора идти, мой брат ждет меня внизу, - Чонгук медленными шагами пошел к двери. - Я приеду завтра утром, - промямлил Тэхен, следом направляясь в коридор. Чонгук ничего не ответил. Он лишь надел кеды и, слегка улыбнувшись, вышел из квартиры, оставляя Тэхёна одного.