16

Разбудил тебя громкий крик Никки. Ты резко подорвалась, сердце забилось сильнее, а руки автоматически потёрли глаза. Было всего восемь утра, слишком рано для всех, кроме Никки. Рядом спал Кевин, его лицо выглядело спокойным, хотя и слегка уставшим. Он не слышал крика, даже не пошевелился.

Ты быстро привела себя в порядок и спустилась вниз.

У входа в дом стоял Никки, а рядом с ним стоял парень. Они молча держали друг друга в объятиях, и от этого молчания веяло каким-то странным покоем, будто оба нашли то, чего давно не хватало.

— Эрик? — удивлённо выдохнула ты.

Парень поднял голову и спокойно ответил.

— Меди на улице курит.

Ты не стала медлить и выскочила наружу.

Через дорогу стояла она. Сигарета дымилась в её пальцах, взгляд был устремлён куда-то вдаль. Ты сорвалась и перебежала дорогу. Обняла её обеими руками, прижала к себе как только могла. Меди выкинула окурок и заключила тебя в объятия в ответ.

Через секунду по дороге пронеслась машина. Гул колёс, резкий запах бензина. Поток воздуха ударил в спину, и Меди инстинктивно оттащила вас назад, не разжимая рук. Она держала крепко, и это ощущение безопасности чуть успокоило.

Так как ты стояла лицом к дому, ты успела заметить, как Никки с Эриком ушли обратно на кухню.

Меди отстранилась только затем, чтобы большим пальцем стереть твои слёзы. Потом она чуть потрепала тебя по волосам, и ты невольно сжалась от этого слишком знакомого жеста.

Вы обе сели прямо на мокрую холодную траву. Вам было всё равно, важнее было поговорить. Рассказать все что накопилось за это время.

— Как ты тут оказалась? — спросила Меди.

— Пришла в команду «Лисов». Тогда мы решили поехать в Колумбию на пару недель. Каникулы же, — ответила ты.

— Ты поговорила с братьями?

— Да... Я избегала их, но они придумали план, как заставить нас поговорить.

— И какой же? — она приподнялась на локтях, пристально вглядываясь в твоё каменное лицо. Ты так же продолжала смотреть на небо. На девушку ты не смотреть, ведь в любой момент могла заплакать.

— Они прислали ко мне человека, который дал мне пистолет. Сказал выстрелить... Я чуть не убила его. А потом оказалось, что они всё подстроили, пистолет был разряжен. Они не были виновны ни в чём.

— Но, несмотря на твою детскую обиду, ты не выстрелила в них, — тихо сказала Меди. — Это уже доказательство, что даже тогда ты их любила. Они сейчас здесь?

— Здесь. Эндрю и привёз нас сюда. — Ты вздохнула и чуть склонила голову. — Что у тебя, кстати, с тем парнем?

— Ой, он придурок.

— Пошли, я кофе сделаю. Там всё обсудим, — сказала ты и встала, протянув ей руку.

Меди ухмыльнулась, поднялась, отряхнула джинсы. Вы вместе пошли обратно к дому. Дверь скрипнула, пропуская вас внутрь.

Меди легко завязала разговор с парнями на кухне, а ты занялась кофемашиной. Нежный аромат молотого кофе быстро заполнил помещение. Машинка тихо зашипела, а через пару минут отключилась.

Ты разлила молоко в кружки. Меди перехватила одну, сделала глоток и кивнула в сторону гостиной.

— Пошли туда, удобнее будет.

Вы прошли из кухни в гостиную. Диван встретил мягкостью, и наконец можно было расслабиться. Вы устроились рядом, положив кружки на низкий столик.

— Рассказывай, — потребовала ты.

— Та что, он просто конченый. Нормального человека Кевином не назовут, — фыркнула Меди.

— Ты не ахуела? — резко удивилась ты, ведь девушка прекрасно знала о твоих отношениях. Конечно же это Никки проболтался.

— Та я не про твоего, — спокойно парировала она.

— И на этом спасибо, — раздался сонный голос.

У лестницы стоял Кевин. Растрепанный, с полуопущенными веками, но с явным недовольством в голосе.

— Ага, и тебе привет. Ой, так это твой парень? — удивилась Меди, приподняв бровь.

— Да, — коротко ответила ты.

— Извини, я про своего бывшего говорила.

Кевин кивнул и молча ушёл обратно на кухню. Он уже давно перестал удивляться новым людям в доме, та и вообще в принципе перестал удивляться. Даже если бы ты подошла и сказала: «Я убила человека», он бы помог спрятать труп и только потом спросил «почему». Но если бы ты сказала, что больше не будешь пить кофе... он бы потерял сознание или переспрашивал это миллион раз, пребывая в полном недоумении до конца жизни.