1

— Эй, здесь кто-нибудь есть?   Последние слова глухим эхом отразились в пустынном помещении, разлетаясь по большой зале. Оскалившись, парень довольно потёр ладони друг о друга. Вокруг глаз собрались морщинки, а тонкие губы растянулись в довольной ухмылке, придавая лицу юноши довольно доброжелательный вид.— Добро пожаловать, дамы и господа, Вас уже заждались! — громогласно скандировал он, идя к выходу из ветхого особняка, у которого его уже ждала компания приятелей.   Три девушки и пятеро парней о чем-то тихо перешептывались, то и дело, вздрагивая при порыве ветерка, который создавал иллюзию чего-то лишнего; чего-то, что могло бы помешать всем их планам.— Вонг, не ори так. Нас могут услышать! Айгу, идиот… — нахмурив тонкие бровки, старательно выведенные  чёрным карандашом, возмутилась белокурая девица.— Глупая, от тебя самой шума больше, чем от двигателя самолёта, — небрежно бросил Вонг в ответ, проходя мимо подруги.   Оскорблено ахнув, девушка уже была готова ответить своему оппоненту, но неожиданно появившаяся рука на плече остановила этот необдуманный порыв.— Спокойней, Бао, — ровным голосом произнёс Юнги. — Меня тоже не особо радует компания этого паршивого засранца Вонга, поверь, а шум сейчас действительно ни к чему. Давайте торопиться.   Стряхнув с себя руку парня, девушка, качая бёдрами, уверенно направилась прямо внутрь тёмной комнаты. В массивных ботинках, носки которых украшали маленькие шипы, её походка выглядела ещё более грузной и тяжёлой. Та грация, с которой она двигалась каждый раз, услышав ритмичную музыку, исчезла, словно её и не было вовсе. Сейчас она предстала в свете неуклюжей, уличной хулиганки, какой всегда себя и считала.— Её нельзя оставлять там одну, — тихо прозвучали слова Джой где-то поодаль.   Девушка поспешила догнать свою взбалмошную подругу. Компания теперь в полном составе двинулась следом. Только Юнги остался стоять на месте, вглядываясь, казалось, в бесконечную темноту.— Чимин? Неужели ты думаешь, что останешься тут? — довольно громко спросил он.    Из-за большого дерева медленно показалась голова с ярко выкрашенными рыжими волосами, что небрежно трепал ветер.— Ну, я думал, — уже почти полностью выходя из своего укрытия, неуверенно начал парень, — постоять и подождать тут, ведь…   Демонстративно закатив глаза, брюнет в два счета сократил расстояние между собой и другом. Всё маленькое тельце Пака сжалось в один крохотный комок, когда хён прижал свои руки к его плечам. Такое близкое нахождение Юнги смогло вмиг смутить Чимина. От одного касания, которое приводило в трепет всю нервную систему, разыгравшаяся фантазия представила, будто эти нежные руки свободно скользят под одеждой, медленно, по-хозяйски лаская все изгибы непорочного тела и владеют им так, как только вздумается.   Из-за таких нахальных и грязных мыслей, Чимин почувствовал, что кровь горячим потоком хлынула к лицу. Густо покраснев, юноша стремительно отвёл взгляд вниз, но даже в такой кромешной темноте, Мин — не безрадостно — ощутил как неловко сейчас ему.— Ты опять боишься? — слегка игриво произнёс парень.   Коварная ухмылка, вот-вот, да и блеснёт на бледном лице Юнги, всё испортив, он оный сдержался из последних сил, не давая этому случиться.   Хоть смотреть как узенькие глаза друга, обрамлённые пышными ресницами, которым даже девушки успевали бросать завистливые взгляды, вмиг расширились, а на лбу появились морщинки, было крайне тяжело.— Вот и не правда, я…— Правда, — не давая закончить фразу, сказал Юнги, — я же с тобой, так чего бояться?— Ничего, — понуро опустив голову, произнёс Пак. — Пойдём, кажется, дождь собирается.   И, борясь с множеством чувств, что накатили волной, он осторожно схватил брюнета за руку и стремительно направился прямо в пасть старому дому.

***   Сильно пахло сырой землёй.

— Фу, мы что, в склепе? — завизжала одна из девчонок, попутно прижимаясь всем телом к рядом стоящему парню.— Отпад, — с восторгом произнесла Бао, осматривая просторный зал.   Старая половица скрипнула под тяжестью незваных гостей. Повсюду — на ведущих высоко вверх перилах; на гниющей от сырости мебели, но не потерявшей своё величие, и, будто винтажная дама, смотревшая на молодых людей с неким укором, стояла она недвижимо; на картинах и окутанных паутиной люстрах; на широком диване, что располагался прямо по центру; на висевших гобеленах, — лежала вековая пыль.— И как все это добро ещё не разграбили или не отдали под снос? — не без интереса задался вопросом Тэхён.— Лучше спросить, как это вообще сохранилось до наших дней, — стряхивая пылинки с хрупкого, стеклянного  графина, добавил Чонгук.— Хэй, Бао, лови! — кидая в девушку непонятную вещь, начал смеяться Вонг.   Блондинка с визгом увернулась от тряпичной куклы, намокшей от капающей воды, от чего она стала мокрой и испускала неприятный аромат старой ветоши. Противный запах ударил в нос. Наконец, девушка, дав волю эмоциям,  закричала:— Ах ты, мерзавец! Только попадись мне, я тебе эту штуку в глотку засуну!   С диким смехом Вонг носился по дому, разрушая мирную жизнь столетней пыли, продолжая разжигать огонь злобы в подруге:— Она очень на тебя похожа, детка, — не переставая заливался хохотом шутил он.— Детку ты у себя в штанах по утрам видишь, — рычала Бао.   Она с различными ругательствами бегала вслед за парнем, брезгливо держа куклу двумя пальчиками. В то время как Чонгук, Тэ и Джой погрузились в глубокий спор о возрасте висевших картин, все — таки, обучение в одном университете искусств давало о себе знать.   Наблюдая за прекрасной «идиллией», воцарившейся в доме, Юнги не мог не заметить отсутствие Джинхо с Юнгуком. Но мысль об удалившейся  паре развеялась, когда на глаза попался уверенно идущий наверх Пак. Слишком странно.— Далеко собрался?— А… — только и смог сдавленно выдавить из себя Чимин.   Даже в кромешной тьме рыжеволосого охватило странное волнение, будто жгучие глаза Мина могли проникать сквозь густую темень, окутывающую, как морские  волны в океане, смотря прямо в душу, прямо в сердце робкого мальчишки. С головы до ног Чимина пробила дрожь. Сущность хёна тянула к себе, словно она была для него магнитом.— Ты…осмотришь со мной дом? — заплетающимся языком  произнёс парень.   Хотелось сказать  Юнги что-то приятное, но что? Как ещё выразить все те чувства, которые щедро дарил он, сам того не подозревая? Ответ лежал на поверхности.   Брюнет довольно улыбнулся.— С радость, — ответил он неторопливо, живо зашагав по помещению, будто зная каждый уголок этого загадочного места.

***

   Второй этаж задания был наполнен более удручающей атмосферой, чем первый. Длинный коридор располагал множеством комнат. Двери некоторых были плотно заперты, а кое-где и вовсе отсутствовали.   Загробное молчание решил разрушить Юнги.   Внимательно глянув на своего спутника, который плотно сжимал рукав его пальто, парень сказал:— Чимин, ты… — но неожиданно юноша осекся.— Давай зайдём в эту комнату, — перебивая, тянул за собой Пак.   Объектом любопытства Чимина оказалась большая спальня. Всё тут было, как и внизу — пыльное и старое, веющее прошлым. За окном уже не на шутку разыгралась стихия, из-за чего вода потихоньку просачивалась сквозь расщелины в потолке.— Ты всегда такой наивный, — безмятежно произнес Юнги, рассматривая во все глаза Чимина, ходившего, словно маленький ребенок, увлечённый своим занятием, — такой правильный. Меня даже это бесило, когда мы познакомились, — слегка улыбаясь, сказал он.   Чимин недоумевающе посмотрел на Юнги, и секундой позже, выпалил с неким вызовом:— Это плохо? Плохо быть правильным?   Заметив крадущегося хёна, он, сам того не понимая, пригвоздился к стене, тем самым попадая в цепкие, острые когти своей всесильной любви.— Вовсе нет, — практически над ушком прошипел чуть хрипловатый голос, — плохо быть лицемерным.— Я не лицемерный, — торопливым шепотом ответил рыжик.— Такой невинный Пак Чимин, — закручивая на палец чуть вьющийся локон волос младшего, ухмыльнулся Мин, — мне так интересно, что же ты делаешь ночью, когда никого нет. Что в твоей маленькой голове? Чей образ перед глазами?..   И лёгким движением спавшая челка была отодвинута на бок, тем же движением, каким обычно убирал её сам Чимин. Чуткая рука пианиста остановились на мягкой щеке парня, позволяя подушечке большого пальца пройтись по нижней губе.

   «Зачем он говорит это?»  — спрашивал себя Чимин, опасаясь произнести хоть звук.

—  Ты ревновал, когда Джинхо касалась меня? — промолвил Юнги, ловя тяжёлое дыхание друга. — Когда она пыталась схватить меня, помнишь?   Его холодная, напоминавшая соприкосновение со снегом рука, еле ощутимо скользнула вдоль спины, притягивая вжавшегося в стенку Чимина ближе.— Ах, Юнги, отпусти, — цепляясь за предплечья юноши, как тонущий цепляется за спасательную верёвку, буквально заклинал он.   Но брюнет видел, с какой нежностью и  страстью смотрел на него парень, что было ясно одно — он был готов отдаться с жаром и без сопротивления прямо здесь, в сумрачной комнате.— Что же малыш Мини испытывал, — на секунду, прижав Чимина ещё ближе, продолжал Юнги. — Ты ревновал?— Да, ревновал, — чуть слышно произнес он, весь дрожащий от насады.   Чимин испытывал на себе огонь взгляда Юнги, проникающий в его грудь, испепеляя все изнутри. Ноги уже стали подкашиваться и колени их соприкоснулись.— Чимин-а, ты уже обмяк как бумажка, — слегка встряхивая мальчишку в руках, Юнги держал податливое тельце.   Беглым, мимолётным движением, миновская рука дернула вниз за застёжку на кофте приятеля. От одного жеста кровь внутри Чимина забурлила и вспенилась, превращаясь в кипящую жидкость, быстро разливающуюся по венам, пробуждая все органы. Бедром Юнги докаснулся до чего-то твёрдого, когда Пак перед собой видел только дьявольское возбуждение в глазах старшего.— Юнги, я…кхм, — зашептал не своим голосом он, еле сдержав блаженный стон, когда чужая ладонь слегка надавила на пробужденное место.    Обжигающие капли вытекли из набухшего органа Пака, но это было не то, чего жаждало все его эго долгое время.   Тела обоих горели, и Юнги не собирался это так оставлять.— А ты знал, что она хотела меня поцеловать?   Чимин почувствовал горячее учащённое дыхание своего искусителя. Ближе и ближе, с каждым сантиметром сокращая ненавистное расстояние, губы уже слились в жадном поцелуе.    Прошло несколько восхитительных минут и, отпрянув от желанных губ, хватка Юнги вдруг ослабела, и он отскочил на пару шагов назад, с интересом смотря на онемевшего Чимина.   Повисло молчание. Некоторое время оба юноши оставались неподвижны. Нервы у Пака были все ещё расшатаны, а голова отказывалась мыслить здраво.   Юнги же ощущал тупую боль в области паха. Всей своей душой, Мин невзлюбил тугую ткань темных джинс.   Приподняв обессиленно опущенную голову рыжеволосого, он спросил:— И с какого момента?— Как только мы познакомились, может, чуть позже, — густо краснея, заявил тот.   Обхватив парнишку за плечи, Юнги вложил в свои объятия все те чувства, что были долго заключены в смертельном ящике, заброшенном на самую глубину его, как он сам любил выражаться, чернильного сердца.— Мы теперь вместе? — чувствуя себя полнейшим дураком, быстро произнес Чимин.   Вместо ответа, брюнет крепко сжал руку друга даря её тыльной стороне эфирный поцелуй.— Всегда.