Семейные ценности стоят нихуя

Гостиная родительского дома, которая всегда казалась Джисону убежищем, за считанные минуты превратилась в аукционный зал. Запах дешевого освежителя воздуха смешивался с едким ароматом дорогого парфюма Ли Минхо, и от этого сочетания Джисона тошнило.

Его отец сидел на краю дивана, пряча трясущиеся руки между коленями. Мать всхлипывала в углу, но даже не пыталась подойти к сыну. Перед ними, в кресле, которое всегда считалось «папиным», вальяжно раскинулся Минхо. Он выглядел как оживший кошмар из прошлого: безупречный черный костюм, холодный взгляд и та самая ухмылка, от которой у Джисона в школе холодело внутри.

— Ну что, подписываем? — голос Минхо разрезал тишину, как скальпель. — Или вы предпочитаете, чтобы завтра к вам пришли коллекторы и переломали ноги не только вам, но и вашему драгоценному Хани?

— Минхо, пожалуйста… — начал было отец, но Ли резко прервал его, швырнув на стол пачку документов.

— Для тебя я «господин Ли», подонок. Ты просрал семейный бизнес, проиграл квартиру и теперь торгуешься за сына, которого сам же и подставил. Давай честно: тебе на него насрать. Тебе нужны деньги.

Джисон стоял у окна, чувствуя, как внутри всё выгорает до пепла. Он смотрел на своих родителей и не узнавал их. Те, кто учил его быть честным и сильным, сейчас просто молчали, глядя на чек с шестизначной суммой.

— Я согласен, — выплюнул Джисон, делая шаг вперед. Его голос дрожал, но взгляд был полон ненависти. — Заткнись и просто забери меня. Только оставь их в покое.

Минхо медленно поднялся с кресла. Он был выше, массивнее и излучал такую уверенность, что Джисону захотелось сжаться в комок. Ли подошел вплотную, обдавая запахом горького табака и мяты.

— О, какой благородный мученик, — прошептал Минхо, склонившись к самому уху Джисона. — Ты думаешь, ты в кино? Думаешь, я спасаю тебя? Нет, Хани. Я покупаю себе новую грушу для битья. Твои предки только что продали тебя тому, кого ты чморил в средней школе. Ты хоть понимаешь, в какой пиздец ты вляпался?

Минхо резко схватил Джисона за предплечье, впиваясь пальцами в кожу до синяков.

— Эй, вы, — бросил он родителям, не оборачиваясь. — Забирайте свои кровавые деньги и валите из города. Чтобы через час вашей вони здесь не было. Квартира теперь тоже моя.

Отец схватил чек так быстро, будто боялся, что Минхо передумает. Они ушли. Просто ушли, даже не обернувшись. Дверь захлопнулась, оставив Джисона один на один с его персональным дьяволом.

Минхо толкнул Джисона к выходу, заставляя его споткнуться.

— Шевелись, блять. У меня дома заждался Хёнмин. Он очень хотел посмотреть на твою смазливую мордашку, прежде чем мы начнем стирать с неё эту тупую гордость.

Джисон шел к черному тонированному авто, понимая: завтрашний день он, возможно, уже не встретит. Или, что еще хуже, встретит, но будет молить о смерти.