Глава 31

Глава 31Когда на следующий день Штаден пришел за мной, мы с Гретой наперебой начали ему рассказывать о событиях вчерашнего дня. Он изредка прерывал нас вопросами и хмурился. Закончив рассказ, я требовательно спросила:– Кэрст, с кем ты сейчас встречаешься? Мне нужно знать, кто на меня покушался!– Поверь, дорогая, та, с которой я сейчас встречаюсь, не стала бы накладывать на тебя приворот к Веделю, – с кривой улыбкой ответил он.– Это ты так думаешь, – сказала я. – А у нее могут быть совершенно другие мысли на этот счет.– Хорошо, – вздохнул он. – Для тех, кто намеков не понимает, объясняю, что сейчас я встречаюсь только с тобой. Ты на себя приворот накладывала?Я удивленно на него посмотрела:– Ты серьезно?– Эрна, я официально объявил, что ты моя жена. Поэтому романы мне сейчас заводить нельзя, – пояснил он. – Мы только поженились. Окружающие не поймут, в первую очередь – отец.– Получается, когда ты утверждал, что у тебя нет проблем с личной жизнью, ты говорил неправду?– Я тебя проблемой не считаю, – усмехнулся он. – С тобой временами очень даже весело. Да и идея об устранении жены путем подбрасывания любовного заклятия не выдерживает никакой критики. Проще и надежней несчастный случай устроить. Здесь скорее действительно нас с Веделем стравить пытались. Только зачем?На его вопрос ответа у меня не было.– Это вам с Дитером лучше знать. Я не представляю, что у вас может быть, а что – нет.Штаден чуть кивнул, соглашаясь с моей правотой, и сказал:– Эрна, нам пора. Обсуждать нас с Веделем можно и по дороге.Я подхватила свой сверток со шкатулкой, «муж» вопросительно поднял бровь, и я пояснила:– Я приготовила твоей племяннице подарок. И ты мне хоть имя ее скажи, а то я там никого не знаю, кроме твоей сестры.– Радуйся, что у меня не слишком много родственников, – заявил Штаден. – С Эльзой ты уже познакомилась. Именинницу зовут Софи, ее брата Кристиан. Ему мы сейчас купим печенья с орешками. Я обещал. Их отец – Вильгельм. Что тебе еще нужно знать? Вильгельм – младший сын графа, ныне покойного. Его старший брат – бездетный вдовец и утверждает, что вступить в новый союз его не заставит никто и ничто, поэтому у моего племянника неплохой шанс унаследовать титул.– А почему он так настроен против нового брака? – удивилась я.– Его покойная жена была на редкость глупа. Для жены дипломата это серьезный порок. Она постоянно создавала проблемы, так что можно лишь удивляться, что она умерла в результате несчастного случая, а не от его руки.– Зачем же он на ней женился?– Это был один из браков, когда договариваются родители. До свадьбы он ее видел пару раз, но не разговаривал. Невеста была красивая. В плане родовитости и приданого союз выглядел тоже весьма неплохо. Эдвард был, да и остается, весьма любвеобилен, посчитал, что при таких достоинствах на мелкие недочеты можно закрыть глаза, и дал согласие. Но глупость жены оказалась для него слишком серьезным недостатком.– Чувствую, тебя его пример настолько напугал, что ты предпочел с отцом поругаться, но не жениться на дуре, – не удержалась я.– Я не дипломат, а жене военного мага мозги без надобности, – усмехнулся он. – Но она совсем не дура, я с ней был знаком и успел неплохо узнать.– Тогда что тебя остановило?– Она была влюблена в другого, и я об этом знал.– А если бы не знал, женился бы?– Не знаю. – Он усмехнулся. – В конце концов, вступая в брак, рассчитывать на вечную неземную любовь по меньшей мере наивно.– А что для тебя брак? – неожиданно даже для себя спросила я.– Для меня? – Он ненадолго задумался. – Наверное, в первую очередь союз с человеком, которому доверяешь. Который может обеспечить крепкий надежный тыл.Рассуждал он как военный, что-то такое я и ожидала от него услышать, но почему-то меня огорчил его ответ.– Который решает демографические вопросы и наполняет продовольственные склады, – дополнила я.– Можно и так сказать, – усмехнулся он. – А что значит брак для тебя?– Для меня в первую очередь это союз с человеком, которого ты любишь и который любит тебя.– Любовь не вечна.– Кто знает? Дед до сих пор любит бабушку, а отец – маму. Но в вашей семье по любви жениться не принято, так что тебе меня и не понять, пожалуй.– Дорогая, в твоем подходе к вопросу брака есть довольно спорные моменты. А что делать тем, кто влюблен без взаимности? Влачить жизнь в одиночестве?– Взаимности можно попытаться добиться, – неуверенно сказала я.– А если тот, в кого ты влюблен, уже любит другого, причем взаимно?– Штаден, я тебе обрисовала свое отношение к браку, но не собираюсь спорить о каких-то гипотетических влюбленных, – ответила я. – Вот если я окажусь в подобной ситуации, то тогда и буду думать. А тебя такие вещи вроде бы вообще волновать не должны.– Хочешь сказать, ты не вышла бы замуж без любви? – уточнил Штаден.– Нет, не вышла бы, – покачала я головой.– Тогда почему ты вышла за меня? – с насмешкой спросил он. – Надо понимать, меня любишь?– Я не считаю наш брак настоящим, – уклончиво ответила я.– А хотела бы, чтобы он стал настоящим? – внезапно спросил «муж».Я удивленно на него посмотрела. Хотела бы я прожить всю жизнь с человеком, который меня не любит и даже не скрывает этого?– Нет, – твердо ответила я.Дальше мы шли в полном молчании. Я недоумевала, с чего это вдруг ему пришло в голову задавать подобные вопросы. О чем думал Кэрст, я даже не догадывалась. Хорошо хоть, печенье не забыли купить, а то мальчик бы огорчился. Был он на год младше сестры и никак не мог понять, почему ей все что-то дарят, а ему – нет. Пакет, преподнесенный заботливым дядюшкой, его несколько утешил. Но взрослым для утешения сладостей не нашлось, и они выглядели не менее расстроенными, чем сын.– Эльза, что это у вас такие похоронные лица? – спросил Кэрст.– Эдвард женился, – расстроенно ответила его сестра.– Быть того не может! – изумился «муж». – Я только что рассказывал Эрне, что он больше не собирался вступать в брак.– У него не было выбора, – пояснил отец именинницы, Вильгельм.– Он столько раз за последние несколько лет уклонился от таких союзов, что это казалось совершенно невозможным, – продолжал недоумевать Кэрст. – Он даже однажды сбежал из храма.– Из туранского дворца ему сбежать не удалось.– Неужели он оказался настолько неосторожен, что позволил застать себя с какой-то фрейлиной?– Хуже. С принцессой. Королевская семья сама не в восторге от такого союза, но замять не удалось.– Однако повезло нашему Крауту, что такая примечательная особенность невесты выяснилась до свадьбы, а не после, – усмехнулся Кэрст. – Не расстраивайся ты так, сестренка. У них может и не быть детей. Кроме того, всегда есть шанс, что твоему сыну достанется наш титул. Эрна не хочет иметь детей.Для меня его слова оказались полной неожиданностью. Говорил Штаден довольно громко, и теперь присутствующие с изумлением уставились на меня, я с возмущением – на Штадена. Это надо же такое сказать!– В самом деле? – недоверчиво спросила Эльза. – Вы, маги, такие странные. Эрна, неужели брат не шутит?– Нельзя сказать, что совсем не хочу, – покраснев, пролепетала я. – Мне кажется, сейчас не самое подходящее время, чтобы обзаводиться детьми.– Да, – насмешливо сказала Эльза, – если вы будете ждать подходящего времени, то Кристиан действительно может унаследовать титул нашего отца.Из неловкой ситуации меня выручила именинница. Затребовав свои подарки, она с упоением начала разрывать бумагу. Первой на свет появилась коробка с куклой.– Какая красивая! – восторженно воскликнула Софи, глядя то на куклу, то на меня. – Совсем как тетя Эрна. Я ее так и назову.Я покраснела еще сильнее. Этот нехороший Штаден действительно нашел где-то куклу, удивительно похожую на меня, и сейчас довольно улыбался, наслаждаясь произведенным эффектом, и не обращал ни малейшего внимания на мои укоризненные взоры.– Зачем ты это сделал? – прошептала я ему недовольно.– А что? Софи понравилось, – ответил он мне с хитрой улыбкой. – И кукле имя сразу нашлось. Удобно.– А про детей ты почему сказал? – не унималась я. – Это же неправда.– То есть ты детей хочешь, но стесняешься меня об этом попросить? – уточнил он.– Нет, конечно!– А если нет, то я чистую правду сказал.– О чем это вы там шепчетесь? – спросила Эльза.– Эрна восхищается моим вкусом в деле выбора кукол для племянниц, – ответил Кэрст.– Я бы на ее месте тоже восхищалась, – едко заметила его сестра. – Мой муж после такого фортеля точно бы спал в одиночестве.– Думаю, Эрна уже взяла твой метод на вооружение. Правда, дорогая? – обратился ко мне Штаден.Да, этот вечер потребует всего моего самообладания! Я попыталась успокоиться и отвлечься от неприятного разговора. Софи, повосхищавшись куклой, усадила ее на диван и начала раскрывать мой подарок. Открытие шкатулки привело ее в восторг. Она открывала и закрывала крышку, возникающие цветы были разными, но все очень хороши, не зря же к иллюзии приложила руку Грета.– Красиво получилось, – заметил Кэрст, протягивая мне бокал с вином.– Мы старались, – невозмутимо ответила я, делая глоток.Вино было сладким и слишком крепким, совершенно не в моем вкусе.