Здесь

В этом зеркале ничего нет. В темноте отражение, даже собственное, пугает, как внезапный оклик среди поля, когда ты думаешь, что один здесь, и с тобой только твои ноги и птица, кажется ворон, и почти живой забор, и ты, как он, почти жив, но это значит, что, отчасти, ты мертв."Да, жизнь живая, но не вся, и смерть не вся мертва". Как будто колокол в небе, а ты весь - ухо. И ты слышишь этот звон и весь дрожишь, и падаешь на серый асфальт, но если серый асфальт тоже падает, то, выходит, ты никогда не упадешь. Что страшнее: упасть и разбиться, или никогда не упасть и жить в вечном ожидании смерти, без возможности встретить ее?Страшнее то, когда тебе уже совсем не страшно. Ему не было страшно. И даже отражение в темноте не пугает, если ты и есть страх: он не может бояться, также как холод - дрожать от холода, а смерть - умирать. Ну вот, видите? Все на что то неспособны. И каждый чего то желает: кто знает, может быть жизни надоело жить, и она в бреду зовёт смерть, сама отдавая ей нож? А смерть стоит посреди комнаты и не знает, что делать. Ведь смерть, на самом деле, ни разу не убивала. Он отошёл от зеркала. В приятной тени электрического света он стоял и смотрел на пустую комнату, где было только зеркало. Как заключённый в тюрьме, оно забилось в угол, и обижено смотрело, но уже не в него. Он запер комнату на ключ. Он правда не знал что делать.В тишине, как ни странно, мы слышим больше, нежели при разговоре. В тишине мы можем говорить, тогда как при любой болтовне мы молчим. Тишина режет уши своей громкостью, также как темнота режет глаза своим ярким светом, от которого никуда не деться, не спрятаться, не убежать: ты обречён быть здесь и смотреть не закрывая глаз, пока взгляд не станет мутным, туманным. Все боги мира правят здесь, в этой квартире, а ты не замечаешь что подчиняется им, что шепчешь молитву, хотя всем говоришь о своем атеизме. Ты врун? Нет вруны боги, которые не в силах сказать,что они тебя подчинили, пока ты думал, что они лишь твои друзья. Он стоял у окна и курил. Сзади стучали в дверь. Кто-то то мягко гладил по плечу: неожиданный гость этой ночи, Южный ветер. Кто-то то нежно шептал на ухо: "не бойся" и это вызывало ещё больший страх, ведь за этими словами следовал небольшой толчок в спину." Не бойся".Окно он распахнул полностью, чтобы отдать ветру права на эту квартиру - пусть гуляет здесь, пусть здесь живёт, здесь и есть его дом.Одной ногой на подоконник, другой уже почти там." Не бойся".Он был послушен: он не боялся.Он прыгнул.

И весь растекся по уже не серому асфальту.

И тот не падал с ним.