Минус десять лет и тонна терпения

В коридорах Университета Магии эхом отдавались крики. Ли Минхо, лучший студент факультета Боевых Заклинаний, выглядел так, будто готов был совершить преступление.

— Я не буду за ним присматривать, — отчеканил он, глядя на профессора.— Ли, это произошло по твоей вине. Ты не уследил за напарником, — сухо ответил декан, указывая на стул.

Там, утопая в огромной мантии, сидел шестилетний Хан Джисон. Его щеки были надуты, а в глазах всё ещё горел тот самый дерзкий огонек, который бесил Минхо в «оригинальной версии» Хана.

— Минхо-хён — какашка, — звонко заявил мелкий Джисон, болтая ногами.— Я его придушу, — прошипел Минхо.

Следующие три дня превратились в ад. Минхо приходилось таскать это мелкое недоразумение на лекции. Джисон в теле ребенка оказался в сто раз активнее: он пытался съесть магических фей, разливал чернила и постоянно требовал сладости, угрожая, что «расскажет всем, как хён тайно смотрит на фотографии котов».

На четвёртый день Минхо прогуливался по внутреннему дворику со своей девушкой Сарой. Сара была гордостью университета — безупречная укладка, короткая мантия и манеры истинной аристократки.

— Лино-я, ну когда ты уже избавишься от этого балласта? — капризно спросила она, поправляя ярко-красную помаду. — Мы даже в кафе сходить не можем.

Минхо хотел что-то ответить, но почувствовал, как маленькая рука дернула его за край плаща. Джисон, стоящий рядом с огромным леденцом в руке, внимательно рассматривал Сару. Его маленькие бровки сошлись на переносице.

— Хён, — громко позвал Джисон, так что обернулись даже студенты у фонтана.— Чего тебе, мелкий?— А почему эта тётя похожа на шлюху из той книжки, которую ты прячешь под подушкой?

В дворике воцарилась гробовая тишина. Лицо Сары медленно пошло красными пятнами, а Минхо захотелось провалиться сквозь землю — и из-за обвинения, и из-за того, что Джисон явно сдал его «заначку» с запрещенными романами.