8 часть

От лица Эмили

Лос-Анджелес никогда не спал. Даже ранним утром город уже жил своей жизнью: кто-то спешил на работу, кто-то выходил из круглосуточных кафе со стаканом горячего кофе, а туристы фотографировали пальмы так, будто видели их впервые. Я проснулась гораздо раньше будильника. Часы показывали половину седьмого. Несколько минут я просто лежала, глядя в белый потолок гостиничного номера. Вчерашний день не выходил из головы. Билл. Он посмотрел прямо на меня. И я была готова поклясться в тот момент он почти вспомнил. Почти... Но этого оказалось недостаточно. Я медленно поднялась с кровати, открыла шторы. Город уже заливал мягкий солнечный свет. На соседнем здании отражалось голубое небо, а где-то далеко слышался шум автомобилей.

— Сегодня всё будет иначе, — тихо сказала я своему отражению. Хотя сама не знала, почему так решила.

После завтрака я долго бродила по центру города. Без цели. Без маршрута. Хотелось снова почувствовать себя местной. Три года назад я уезжала отсюда с уверенностью, что обязательно вернусь. И вот я здесь. Только всё вокруг для меня стало другим. Или изменилась я. Проходя мимо небольшого книжного магазина, я остановилась. На витрине лежал журнал. На обложке Tokio Hotel. Я невольно улыбнулась.

— Вы преследуете меня, что ли...

Купив журнал, я вышла обратно на улицу. Внутри оказалась небольшая статья о новом мировом туре группы. В самом конце было написано: «Сегодня участники группы посетят благотворительную выставку современного искусства в центре Лос-Анджелеса." Я перечитала предложение дважды. Выставка... Это уже не толпа возле офиса. Не красная дорожка. Не сотни охранников. Это совсем другое. К полудню возле художественной галереи уже собирались журналисты. Но людей было несравнимо меньше, чем вчера. Несколько фотографов. Пара десятков фанатов. Телевизионные камеры. Я остановилась через дорогу. Внутрь заходили приглашённые гости. Художники. Актёры. Музыканты. Я глубоко вдохнула.

— Ну... была не была.

Никто не остановил меня у входа. Оказалось, в первый зал можно было пройти свободно. Белые стены. Высокие потолки. Картины. Совсем не похоже на вчерашнее безумие. Я медленно ходила между полотнами, стараясь думать только об искусстве. Хотя мысли всё равно возвращались к одному.

"А вдруг они уже приехали?"

"А вдруг нет?"

Через несколько минут в дальнем конце галереи послышался шум. Фотографы оживились. Кто-то произнёс:

— Они здесь.

Сердце забилось быстрее. Я не стала подходить ближе. Наоборот. Отошла к одной из больших картин и сделала вид, что внимательно рассматриваю её. Пускай всё случится само. Без попыток привлечь внимание.

— Интересная работа. — Мужской голос прозвучал совсем рядом.Я вздрогнула. Но не повернулась.

— Да... Очень.

Голос был знакомым.

До невозможности.

— Правда, я так и не понял, что именно хотел сказать художник.

Я медленно обернулась.

Билл.

Он стоял всего в нескольких шагах. Просто человек в тёмной рубашке, с бейджем гостя на шее и слегка растерянным взглядом. Он тоже смотрел на меня. Дольше обычного. Намного дольше, чем позволяют приличия незнакомым людям.

— Простите... — тихо произнёс он.

Я ничего не ответила.

— Мы... Случайно раньше не встречались?

На секунду весь окружающий мир будто исчез.

Я улыбнулась.

Совсем чуть-чуть.

— А как думаешь?

Он нахмурился.

— Вот именно это я и пытаюсь понять со вчерашнего дня.

Из соседнего зала донёсся голос Тома.

— Билл! Ты где опять потерялся?

Билл даже не обернулся.

Он продолжал смотреть только на меня.

— Я точно вас знаю.

Я опустила взгляд. Внутри всё сжималось. Хотелось сказать: «Эмили.»

"Мы сидели на кухне три года назад."

"Ты поил меня чаем."

"Мы разговаривали несколько часов."

Но...

Нет.

Если он действительно помнит...

Он должен вспомнить сам.

— Мы ещё увидимся.

И, прежде чем он успел что-либо ответить, я медленно пошла к следующему залу.

— Подождите!

Я остановилась.

Но не обернулась.

— Хотя бы скажите своё имя.

— Ты сам его вспомнишь.

Я вышла из зала, оставив Билла стоять посреди галереи с ещё большим количеством вопросов, чем было минуту назад.

А в дверях как раз появился Том.

Он посмотрел сначала на удаляющуюся девушку.

Потом на брата.

— Так... Теперь я тоже хочу знать. Кто она такая?