5 часть

Джисон сидел на холодном полу подвала, глядя на аккуратно разложенные белые розы. Минхо ходил вокруг, словно дирижёр, расставляя лепестки и книги по полу, иногда садился рядом, чтобы проверить реакцию Джисона, потом вставал и снова двигался по комнате. Его движения были странно ритмичными, почти гипнотизирующими, а глаза блестели от радости и странного возбуждения.

— Ты знаешь, Джисон... — начал Минхо, наклоняясь над ним и проводя пальцем по лепесткам роз, — я могу наблюдать за тобой весь день. Даже ночью. Даже когда ты думаешь, что я сплю.

Джисон попытался отойти, но пространство подвала делало это невозможным. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышит весь мир.

— Минхо... это слишком... странно. Слишком... много, — прошептал Джисон. — Я... не понимаю... почему ты это делаешь.

Минхо присел прямо перед ним, улыбаясь так, будто это была самая обычная, дружеская сцена. Но в глазах читалось безумие, которое Джисон не мог игнорировать:

— Потому что я люблю тебя, Джисон. Люблю больше всего на свете. Я хочу, чтобы ты был только мой. Разве это не прекрасно?

Джисон сжал руки в кулаки, пытаясь собрать мысли. Он видел, что Минхо искренне верит в свои слова, но в этой вере было что-то опасное. Белые розы, аккуратно расставленные по подвалу, навязчивое внимание, странные игры — всё это стало настоящей ловушкой.

Минхо протянул руку и слегка коснулся его плеча.

— Ты знаешь, Джисон... мы всегда будем вместе. Я слежу за тобой не для того, чтобы пугать... просто... чтобы защитить.

Джисон вдохнул глубоко, осознавая всю тяжесть происходящего. Сердце колотилось, разум пытался найти выход, но больше всего его мучил вопрос, который он долго не решался задать. Минхо сидел напротив, глаза сияли безумием, и тогда Джисон тихо, почти шепотом, сказал:

— А разве это любовь?

Минхо замер. На его лице мгновение была тишина, потом улыбка снова появилась — странная, почти болезненно радостная.

— Любовь... — сказал он тихо, наклоняясь ближе, чтобы шепнуть в самое ухо Джисону, — это то, что я чувствую к тебе. Я сделал всё, чтобы ты был мой. Разве ты не видишь?

Слова висели в воздухе, смешиваясь с ароматом белых роз. Джисон почувствовал, как страх и тревога сталкиваются с осознанием, что Минхо искренне верит в свои действия. Но любовь, которую Джисон знал раньше, больше не была простой или безопасной. Она стала навязчивой, безумной, опасной.

Минхо снова улыбнулся, наклонив голову и протянув руку. Джисон смотрел на белые розы вокруг, на навязчивое безумие Минхо, и понял, что привычная дружба окончательно закончилась.

— Ты мой, Джисон... — тихо произнёс Минхо, — и я сделаю всё, чтобы ты остался здесь со мной.

И так они сидели, друг напротив друга, в подвале, где любовь и безумие сплелись воедино, а белые розы тихо напоминали, что иногда самые красивые вещи могут быть самыми опасными.