Глава 12

Ли Джун медленно повернул голову. На губе выступила кровь. Он провёл по ней пальцем, посмотрел — и... усмехнулся.

— Ух ты. Первый, кто рискнул. Жаль, бил как тряпка.

Прежде чем кто-то успел моргнуть — он врезал в ответ. Точно, резко, профессионально. Один из парней грохнулся на пол, а стол покачнулся от удара.

Остальные кинулись на Ли Джуна, но он будто был в своей стихии. Улыбка не сходила с его лица.

— Ну давай, покажи, как умеешь махать руками, — бросил он одному. — Только предупреждай, чтоб я зевать не начал.

Элли вскочила со стула.

— Я не могу на это смотреть! — выдохнула она. — Я должна остановить это!!

— ТЫ С УМА СОШЛА?! — заорала Мира, пытаясь схватить её. — ЭЛЛИ, НЕ ВМЕШИВАЙСЯ, ЭТО НЕ ТВОЙ БОЙ!

— Тогда чей?! — Элли вырвалась и бросилась вперёд, встав между дерущимися.

— Прекратите! Вы офигели?! Это универ, а не улица!

Ли Джун резко остановился и посмотрел на неё, будто впервые увидел.

— Ты что, совсем рехнулась? — фыркнул он. — Уйди, пока я случайно не сделал тебя частью драки.

— Я уже часть. Потому что ты ведёшь себя как псих!

— Может, я и псих, но хотя бы не стою в стороне, — огрызнулся он. — А ты не герой, ясно? Ты — рабыня. Помни об этом.

В этот момент Мира уже подлетела к ней, встала рядом, пыхтя:

— Ну отлично! Теперь нас двое в этом балагане. Просто гениально, Элли. Гениально.

И тут, как в кино, двери столовой распахнулись, и в помещение с грохотом влетел директор.

— А НУ ПРЕКРАТИТЬ! ВСЕ! — Ты! Ты! Ты! И ТЫ! — он махал пальцем как судья в файтинге. — Ли Джун, трое этих! Девочки! — В КАБИНЕТ! НЕ СЕЙЧАС, А УЖЕ! — ХОТИТЕ СЕБЕ ПРОБЛЕМЫ В ЛИЧНОЕ ДЕЛО? ДА НЕ ВОПРОС!

Толпа расступилась. Шепот. Страх. Элли нервно сглотнула, глядя на директора.

— О, — усмехнулся Ли Джун, подходя ближе к Элли и шепча. — Видишь? Теперь мы официально команда. Добро пожаловать в клуб проблемных.

Элли сжала кулаки, но не сказала ни слова.

Мира закатила глаза:

— Супер. Мы трое. И один из нас — псих с короной.

Ли Джун ухмыльнулся ещё шире:

— Не корона. Это просто... харизма.

Дверь кабинета глухо захлопнулась за ними. В комнате повисла ледяная тишина.

— Ну что, устроили цирк? — холодно спросил он. — Ваши выходки — не просто нарушение дисциплины, а позор для школы. Драка, крики, отвлечение учеников — все вы отвечаете. Без исключений.

— Девочки тут не при делах. — резко сказал Ли Джун. — Они пытались всё остановить.

— Мы не виноваты! — добавила Элли, не отводя взгляда.

— Мне плевать на оправдания. Правила одинаковы для всех. Если кто-то считает себя невиновным — значит не понял: наказание неизбежно.

— У меня строгие родители, если узнают — будет плохо, — тихо сказала Мира.

— Мне наплевать на твоих родителей. Все равны перед законом. Кто нарушил — тот и отвечает.

— Хватит оправдываться. — скомандовал директор. Не надейтесь избежать последствий.

Он посмотрел на них с холодом и добавил:

— Наказание — весь университет отмыть до блеска. Полы, коридоры, туалеты — до 20:30. Без исключений.

Все застали врасплох, воздух повис на секунду.

Элли нахмурилась, посмотрела прямо в глаза директору и ответила:

— А я не обязана. Я не виновата.

Директор взревел, голос его разнёсся эхом по комнате:

— НЕ ОБЯЗАНА?! Сейчас же начинайте выполнять! Не хочешь — пойди ко мне ещё раз, и поверь, будет намного хуже!

Все молча обменялись взглядами, потом, стиснув зубы, начали собираться.

Они вошли в кабинет химии. Пол в пыли, парты в разводах, а у доски — слой грязи толщиной с настроение Элли.

— Начнём отсюда, — буркнула она, закатывая рукава. Мира уже принялась оттирать стол, остальные разошлись по углам.

Все что-то делали. Кроме одного.

Ли Джун спокойно уселся на стул у окна, закинул ногу на ногу и лениво потянулся, как будто пришёл наблюдать за уборкой, а не участвовать.

Элли уставилась на него, будто не верила своим глазам:

— Эм... ты чего сел? У нас тут, кажется, общее задание.

Он даже не обернулся: — Расслабься. Ты же моя рабыня. Вот и помогай. Сделай всё за меня.

Элли фыркнула: — Ты с ума сошёл?! Почему я должна делать за тебя?!

Он повернулся к ней, ухмыльнулся и, глядя прямо в глаза, сказал:

— Во-первых, это твоё второе задание. А во-вторых... ты сама влезла в тот цирк. Никто не тянул. Хочешь быть героем — расплачивайся, как герой.

Элли стояла с тряпкой в руках, пылая от ярости. Глубоко вдохнула, выдохнула... и сквозь зубы процедила:

— Вот ублюдок...

А Ли Джун лишь довольно откинулся назад и хмыкнул:

— Слышал. Можешь говорить громче. Мне даже нравится.

Мира отложила тряпку, вытерла лоб рукавом и подошла к Элли, которая как раз оттирала стол, бубня под нос про Ли Джуна.

— Элли... мне нужно идти. В здание. Срочно. Если не пойду — меня реально убьют.

Элли подняла глаза, и сказала удивлённо: — Что? Ты в своём уме? Нас же не выпустят отсюда.

Мира зашептала почти в панике: — Мне плевать! Мой директор — псих! Он меня сожжёт, если не явлюсь. У него там графики, расписания, репетиции... Если я не приду — он сорвёт репетицию. А участники потом будут страдать из-за меня. Не хочу никому портить жизнь.

Элли выпрямилась, бросила тряпку в ведро: — Мира, нет. Сегодня не иди. Это не так важно. Скажешь, что была больна — и всё.

Мира колебалась, кусая губу: — Ты уверена?..

— Абсолютно, — твёрдо кивнула Элли. — Поверь, если кто и заслуживает выходной — то ты.

В зале для репетиций царила неловкая тишина. Минхо мерил помещение шагами, словно метроном — туда-сюда, туда-сюда. Его брови были сдвинуты, челюсть сжата.

— Где она?! — резко бросил он, не останавливаясь. — Она должна была быть ЗДЕСЬ уже час назад!

Участники молча переглянулись. Один попытался позвонить — снова без ответа. Второй проверил чат — пусто. Третий только пожал плечами.

— Может, у неё что-то случилось?.. — неуверенно пробормотал кто-то.

— Или она заболела... — добавил другой.

Минхо резко обернулся: — Заболела? Без предупреждения? Без звонка? Это не похоже на Миру.

Он вытащил телефон, набрал её номер. Гудки... один, второй, третий... и снова — ничего.

— Боже, — прошептал он. — Мы попадём. Мы реально попадём. Если её не будет — график полетит к чертям. Директор нас разорвёт.

— Мы тоже переживаем, — сказал кто-то из участников. — И за неё, и за нас. Если что-то серьёзное — это конец.

Участники в тревоге опустились на диваны, не зная, что делать — репетировать или паниковать.

Элли тёрла доску, устала, но взгляд не отрывала от Миры, которая аккуратно мыла окна. В кабинете снова стало тихо. Только скрип тряпок и лёгкий сквозняк.

— Кстати, — начала Элли, не выдержав, — ты там говорила, что у тебя строгие родители... Это правда?

Мира слегка вздрогнула, остановилась, потом кивнула: — Правда. Очень строгие. Особенно папа.

— А почему?.. — осторожно спросила Элли. — Они же вроде в Англии. Даже если директор позовёт — они ж не прибегут.

Мира тихо усмехнулась, горько: — Ну... я в Корее впервые. А вот они — нет. Мама кореянка, папа — англичанин. Они бывали тут три-четыре раза за последние годы. Так что, если надо будет — приедут. Легко. Особенно папа. Он... не из тех, кто пропускает шанс "наказать".

— То есть... ты тут одна, но он всё равно может нарисоваться? — Именно, — грустно сказала Мира.

Элли опустилась на стул рядом, тряпку положила на колени: — Жестко. Он типа... просто строгий? Или есть причина?

Мира выдохнула, и сказала: — Из-за бедности. Он давно не может найти работу. Всегда злой, раздражённый. На мне срывается. Чем всё хуже — тем он злее. Строже. Жёстче. А я просто стараюсь никому не мешать. Особенно людям из группы. Если я облажаюсь — пострадают они. А я не могу себе этого позволить.

Элли на секунду молчала, потом хмыкнула: — Ну и чё. Значит, если что — я встану перед ним с табличкой "Убери злость в Англию".

Мира невольно рассмеялась: — Ты реально сумасшедшая.

— Спасибо. Считаю это комплиментом, — усмехнулась Элли.

Рядом вдруг появился один из тех троих парней — тот, что был повыше и пытался в драке первым ударить Ли Джуна.

— Кстати, — лениво начал он, облокотившись на стол, — мы так и не познакомились. Как тебя зовут, красавица?

Элли даже не моргнула. Посмотрела на него с такой скукой, будто перед ней таракан с амбициями.

— Меня зовут "Отвали". У тебя явно проблемы со зрением — если подумал, что я заинтересована.

Он рассмеялся, будто она только подогрела интерес:

— Ого, горячая. Но мне такие нравятся. Ну давай, будь не такой ледышкой. Просто дай номер. По-братски.

— Мой номер? — Элли слегка улыбнулась, наклонилась ближе. — 112. Звони, если с головой проблемы.

Он расхохотался, хлопнув по столу:

— Жесть. С тобой не соскучишься. Ладно, может, хотя бы кофе после "субботника"? Без кулаков, только взгляды.

И тут в воздухе будто похолодало. Сзади, с ледяной усмешкой, в разговор влетел Ли Джун:

— Может, вы ещё и на свидание сходите? Я вам свечи принесу. Романтика, всё такое.

Парень обернулся, приподняв бровь:

— Это ты сейчас что, серьёзно?

Ли Джун медленно подошёл ближе, встал между ними и прошипел: — А ты думаешь, шучу? Уходи, пока я не напомнил тебе, как закончилась наша первая встреча.

Парень скривился и сказал: — Ладно-ладно, расслабься. Удержи свою "фанатку", псих. Я не настаиваю.

Он ушёл, а Ли Джун обернулся к Элли. Их взгляды встретились — и там было столько искр, что будто лампы моргнули.

— Ты в своём уме? — прошипела она. — С каких пор ты решаешь, с кем мне разговаривать?

— С тех пор, как один кретин подумал, что может трогать то, что меня интересует.

— Кто сказал?!

— Я. — его голос был низким, тихим, но с таким нажимом, будто это уже было решено.

Элли шагнула к нему, глядя прямо в глаза:

— Ты бесишь меня. Знаешь это?

Он ухмыльнулся:

— Это взаимно.

Дверь с грохотом захлопнулась за директором, и в комнате моментально стало тихо, будто воздух сгустился.

— Я связался с вашими родителями, — резко бросил он. — Завтра они будут здесь. Готовьтесь.

Мира застыла, словно её ударили током.

— Ч-что? — прошептала она, глаза расширились. — Нет... это не может быть...

Она судорожно вдохнула, пытаясь сдержать слёзы:

— Он... мой папа... он не должен сюда приезжать...

Но директор даже не посмотрел на неё.

И тут резко встала Элли:

— Если вы уже позвали родителей, то зачем мы всё это время убираемся? Мы и так получили наказание — за что тогда ещё и это?

— Мы делаем грязную работу, а теперь ещё и родители? Вам не кажется, что это слишком?

Директор посмотрел на неё с полным презрения хладнокровием:

— Я не обязан объяснять свои действия. Научитесь молча принимать последствия. Вы не здесь, чтобы спорить. Вы здесь, чтобы учиться. А теперь — ждите завтрашнего дня.

Он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.