Глава 19-Ночная прогулка

Глубокая ночь. Я ждала Хазал рядом с фирмой Диамана, уже готовая наблюдать за их проникновением, так как Феликса уже взяли на место охранника в архиве. Его смена должна была прийти через пятнадцать минут.

Я даже не знала, как, но Зак смог это организовать, и Феликс стал одним из охранников архива. Видимо, отношения между ним и Диаманом были хорошими, раз он так ловко и быстро смог это провернуть. Честно, я была в шоке.

Да и от меня не укрылось то, что с Хазал они очень спокойно разговаривают, хотя он — работник того, кто разрушил её семью. Видимо, у них не такие уж и простые отношения… но меня это уже не касается.

Моя задача — добыть нужные документы и материалы.

Феликс добыл доступ и уже был внутри фирмы. Осталось, чтобы Хазал с его помощью зашла и обыскала архив.

Через пятнадцать минут она всё-таки пришла, и они с Феликсом направились внутрь. Мы разговаривали через наушники.

— Ну как там? — спросила я, спокойно сидя на лавке и терпеливо их ожидая.

Хотя внутри была целая буря эмоций и переживаний. Особенно — что будет, если всё сейчас провалится? Если их спалят? Или что-то ещё пойдёт не так? Если их обнаружат, или Хазал оставит за собой след, или даже мелкие улики покажут, что она там была…

Тогда миссия провалена.И её вообще могут арестовать за такое проникновение.

Но, ин ша Аллах, всё обойдётся, и они спокойно закончат эту операцию.

— Всё спокойно, так как все спят. Вот только нужно над камерами хорошенько поработать, и всё. Да, Зак?

Из наушника раздался голос Зака, который сидел за мониторами и удалял всю операцию, параллельно следя за остальными камерами, чтобы нас никто не спалил.

— Всё под контролем, Хазал. Главное — не сбиться с плана, не так ли? Давай, работай.

Сказал он и, закончив свою речь, принялся что-то делать за компьютером. Щёлканье клавиатуры так и раздражало меня — не знаю, сегодня меня раздражало всё, — но я терпела, пока они не выйдут оттуда.

Да и нужно ещё подготовиться к завтрашней встрече с Шоном. Вот надо же было ему взять и внезапно появиться в моей жизни — опять всё испортить решил?

Или снова распускать слухи, бесконечно повторять, что он был прав и всё такое? И, может, он и вправду меня любил… но сейчас мне точно не до этого.

И уж точно я не выйду замуж за такого, как он. Хотя… надеюсь, меня не принудят. Хотя кто меня вообще может заставить?

— Хазал, давай уже. Ты уже десять минут там. Нашла что-нибудь?

— Неа… только самые ненужные архивные дела. Сейчас попробую поискать в более старых. Сколько лет прошло с того случая, Ясмин?

— Двенадцать, — сказала я.

И впервые осознала, как же много прошло времени с того момента. Нет, я и раньше думала об этом, да и не раз… но сейчас — как-то по-другому.

Многие за это время заводили семьи, строили бизнес, просто жили… как Диаман, например.

А вот мой отец… из-за него потратил десяток, а то и больше лет в тюрьме. Просидел там, даже не имея надежды на большее, лишь доверяясь Аллаху.

У моего отца очень сильный иман. Я видела это каждый раз, когда мы встречались. При каждой встрече он никогда не показывал свою слабую сторону и всегда делал вид, что уже привык.

Хотя, как бы он ни скрывал… в его глазах читалась боль.

Боль того, что он сейчас не может быть рядом с нами.Боль того, что он не смог прийти на свадьбу Фатимы и Керима.Боль того, что он не смог увидеть своих внуков.Боль того, что его обвинили ни за что.

Я видела эту боль в его глазах. И дело вовсе не в том, что я адвокат… нет. Я просто его дочь.

И этого достаточно, чтобы мы понимали друг друга без слов.

— Нашла!

Вдруг раздался резкий голос Хазал, который вывел меня из мыслей.

— Вот же дело того же года… запись помечена как «Скрытно» и…

Хотела продолжить Хазал, но Зак её перебил:

— Ну наконец-то. Но скажу кое-что: тебе, Хазал, нужно немедленно уходить. Возьми нужные папки и быстрее выходи отсюда. Мне пришёл сигнал, что скоро будет ночная проверка.

— Ночная проверка?!

Одновременно раздался голос Хазал и Феликса. И Хазал, сказав, что сейчас поспешит, вышла из разговора.

— Они всегда делают такую ночную проверку, чтобы такие, как вы, не бродили, — спокойно сказал Зак.

— А вот слабо было нам об этом раньше сказать? — раздражённо ответил Феликс.

— Я вообще думал, что ты об этом знаешь, — равнодушно сказал Зак.

Они оба замолчали.

Уже через несколько минут ко мне спешно вышла Хазал.

— Давай быстрее уйдём отсюда. Мне тут не нравится… надеюсь, Зак успеет стереть записи.

— Не волнуйся, ещё как успею, — раздался в наушнике его голос.

Тем временем мы с Хазал уже пошли домой. Лучше не спалиться, а посмотреть все документы в гараже.

Когда мы приехали туда, Хазал поставила всё на стол, и мы принялись за изучение дел.

— Как-то всё правильно… это что, настоящее дело, как ты думаешь?

— Не уверена. Зачем Диаману не стереть все документы, а взять и пихнуть их в архив?

— Не знаю… ну, может, они ему ещё пригодились бы.

— Но пригодятся они уже мне, — сказала я и начала собирать документы.— Я посмотрю их ещё раз дома, — объяснилась я.

— А сейчас уже поздно. Мама наверняка волнуется, если, конечно, не спит. А как, кстати, Феликс? Так и останется там?

Спросила я, ведь что теперь ему делать? Вроде бы всё — миссия выполнена. Но не будет же он выходить так сразу — они точно что-то заподозрят.

— Да не, он там останется. Он как раз искал работу — вот и нашёл. Скажем, убил сразу двух зайцев, — улыбнулась Хазал.

Попрощавшись, мы обе разошлись по домам.

Домой я пошла не сразу — мне нужно было собраться с мыслями, где-нибудь посидеть и всё обдумать. Я пошла в магазин за напитком и своим любимым шоколадом.

Karam… как же давно было, что Кристофер подарил мне целую коробку шоколада. Да чтоб его… теперь даже мой любимый шоколад ассоциируется с ним. Дожили…

В магазине была странная тишина. Ну, круглосуточные магазины и так всегда тихие ночью, но всё равно было как-то некомфортно, поэтому я поспешила выйти.

Но рядом с одним стеллажом, рядом с напитками, я заметила Лею и какого-то парня среднего роста, который что-то рассказывал ей.

— Не понимаю, что теперь делать?

Сказал высокий парень с кофейными глазами и чуть кудрявыми волосами. Я видела их за стеллажами, но, думаю, они меня — нет.

— Я думаю, лучше поговорить об этом с братом.

— Ха, и думаешь, он поможет? А кто бросил её на произвол судьбы в  качестве суда?

Они разговаривают обо мне? О поступке Кристофера? О чём они? Кто вообще этот парень рядом с Леей?

— Перестань. У него были на это причины, и ты это знаешь. Только что сейчас делать? Я всё равно попытаюсь с ним поговорить.

— Лея, только не сделай хуже.

— Не сделаю. Мой брат может не очень любит тебя, но я его сестрёнка — как-нибудь попробую что-то сделать.

— Ладно, тогда увидимся. Мне на смену, иначе заметят.

На прощание обняв Лею, этот кучерявый ушёл. А я было уже хотела подойти к Лее и спросить всё — о чём они говорили, о чём она хотела мне сказать ещё тогда, когда мы встретились впервые за два года…

Но только я хотела пойти к ней, как встретилась взглядом с её братом, который, видимо, тоже хотел к ней подойти, но оценил ситуацию по-своему и подошёл к Лее уже сердито.

— Что ты опять ей хотела сказать, Лея Мартин?

Спросил он, и только тогда Лея заметила меня и слабо кивнула, будто бы в знак приветствия.

— Ничего. Я не знала, что она здесь. Я говорила с Заком.

Сказала Лея, и я остолбенела. С Заком? Тем самым?

— И о чём вы говорили, Лея? Я же сказал — без ночных встреч. Мама переживает и ждёт тебя дома, а ты…

Он повернулся в мою сторону. Ну и я хороша — стою и слушаю их разговор, вместо того чтобы уйти. Теперь ещё отчитываться мне не хватало перед этим хамом!

— А что я? — ледяным тоном спросила я.— Ну? Что я, Кристофер Мартин? — подчеркнув его фамилию, сказала я.

— А ты свой нос не в своё дело суёшь — это раз…

— Кто-кто, но ты мне точно не указ — это два, — перебила его я.

— Если вы оба сейчас не прекратите, достанется нам троим — это три. Ясмин, думаю, тебе пора, — сказала Лея.

Я не поняла, о чём она.

— Думаю, пора вам, а я пришла за напитком, — сказала я и взяла первый попавшийся сок, направившись к кассе.

— Это бойкотированная фирма, бунтарка, — сказал Кристофер и потащил Лею вместе с собой.

Я посмотрела на то, что взяла. И вправду — бойкотированный сок.

Бунтарка… Последний раз он называл меня так два года назад. Как же знакомо и незнакомо одновременно это слово. Что опять нашло на этого папиного сыночка?

Я положила сок обратно, взяла холодный чай со вкусом персика и пошла на кассу.

Оплатив всё, я направилась домой. Сидеть у моря и раздумывать всё это уже не хотелось — раздумий и так прибавилось.

Нужно ещё переварить эту встречу… а это я смогу сделать только в своей кровати.

Столько всего нужно осмыслить. О чём говорили Лея и… Зак? Неужели это тот самый Зак? Или другой?

Как же жалко, что того Зака, который помогал нам, я не увидела. Нужно срочно попросить Хазал скинуть его фото.

Но вот о чём они говорили с Леей? Это всё слишком подозрительно. Нужно срочно идти домой и вообще рассказать об этом Хейли.

Когда я пришла домой, на пороге меня ждала мама. Всё, мне конец.

— Ясмин, где ты была посреди ночи? И почему заранее не сообщила мне?

Сразу завалила меня вопросами она.

— Извини, мам, мы просто засиделись с Хазал, изучая информацию.

Я не соврала — просто недоговорила правду. Интересно, что мама со мной сделает, если узнает, что я делала на самом деле?

— И нашли что-то?

Мама будто бы понимала, что я недоговариваю. Ну что я могу скрыть от этой мудрой женщины? Естественно, она опытнее меня… но и я не промах, всё-таки адвокат.

— Ну да, в архив заглянули… в кое-какой. Сейчас пойду в комнату, нужно изучить документы получше, — сказала я, снимая обувь и пальто.

— Нет, дочь, давай ты сегодня спи, а завтра вечером посмотришь. Не забывай, у тебя завтра встреча. И, пожалуйста, не разочаруй меня.

Сказала мама, а для меня эти слова были как выстрел. Не разочаровать её… о чём это она?

— В каком смысле, мам?

— Ясмин, ты поняла, о чём я. Пожалуйста, посмотри на Шона как на человека. Я очень надеюсь, что у вас всё получится. Он хороший мальчик.

Я просто промолчала на это и, кивнув маме, пошла в комнату.

О мама… о моя любимая мама… знала бы ты, насколько он для меня гнилой человек… насколько сейчас болит и ноет моё сердце… насколько при слове «любовь» моя душа горит…

Если бы только ты знала, мам…

Пожалуйста, прими моё решение как правильное… потому что я не хочу тебя разочаровать.

Но и принять его… я точно не смогу.