14 часть "Комната с фото"

📖 14 часть "комната с фото"

Я смотрела ему в глаза, не моргая. Вилка лежала на полу, и почему-то этот звук, когда она упала, до сих пор звенел в голове. Казалось, будто время остановилось. Комната была тихой, слишком тихой, и даже воздух казался тяжёлым.

Я смотрела на стол, на еду, на свои руки, и в голове всплывали воспоминания. Кусками. Обрывками. Я пыталась вспомнить ту самую секунду... момент аварии. Но сколько бы ни пыталась, там была только пустота. Я помнила дорогу. Помнила, как папа говорил что-то смешное. Помнила, как мама смеялась.

Помнила, как я смотрела в окно машины и считала фонари. Но дальше всё обрывалось. Я закрыла глаза, пытаясь заставить память вернуть тот момент. И вдруг в голове вспыхнул голос папы, громкий, испуганный, такой,

каким я никогда его не слышала:

«- ЛИНА! НЕНАДО! НЕ ЛЕЗЬ!»

Я вздрогнула. Даже сейчас это прозвучало так ясно, будто это происходило прямо здесь.

Потом крик мамы, панический, полный ужаса:

«- МАШИНА!»

И после этого - темнота. Не просто темнота, а как будто мир выключился. Я открыла глаза и снова увидела тарелку с едой. Я смотрела на неё, но не чувствовала голода. Вообще ничего не чувствовала.

Возможно, из-за успокоительных. А возможно потому, что внутри меня уже просто не осталось сил. Он сломал меня. Я поняла это сейчас ясно. Не медленно, не постепенно - а резко, одним ударом, как стекло, которое разбивают камнем. Я подняла голову и посмотрела на него.

- Лучше бы ты этого не говорил.

Мой голос прозвучал тихо, почти спокойно, но внутри меня всё дрожало. Потому что вместе с болью во мне вдруг начали просыпаться чувства. Те, которых я не хотела. Когда мне было двенадцать лет, он впервые приехал в соседний дом.

Я тогда гуляла во дворе с собакой и увидела грузовую машину, из которой выносили коробки. И среди взрослых стоял он. Шестнадцать лет, высокий, серьёзный, немного хмурый. Я помню, как стояла у забора и смотрела на него.

Мне казалось, что он самый взрослый человек в мире. И самый красивый. Когда он вдруг посмотрел в мою сторону, я резко отвернулась и спряталась за кустами, потому что сердце начало биться так быстро, что мне казалось, будто его слышно на весь двор. Глупая детская влюблённость.

Я даже боялась просто проходить мимо него. Если он появлялся рядом - я сразу убегала. А потом произошла авария. Детский дом. Новая семья. Новая жизнь. И я забыла его. Почти. Иногда он появлялся во снах. Я не помнила его лицо ясно, но ощущение было знакомое, будто я знаю этого человека всю жизнь.

И сейчас, сидя здесь, я вдруг улыбнулась, глядя в одну точку. Он заметил это. Я чувствовала его взгляд. Прошла минута, потом ещё одна. Я ничего не сказала. Он осторожно взял меня за руку, и я почувствовала, как дрожат его пальцы.

- Лина?.. скажи хоть что-нибудь...

Я смотрела на пол. И вдруг как всегда не вовремя началась астма. Сначала лёгкий кашель. Потом сильнее. Воздух перестал нормально проходить в лёгкие, и я начала задыхаться.

Он мгновенно вскочил со стула, словно его ударило током. - и быстро достал ингалятор. Он поднёс его к моим губам, и я вдохнула почти автоматически. Потом ещё раз. Лёгкие постепенно перестали гореть, дыхание вернулось.

Я положила ингалятор на стол и вдруг подумала о странной вещи: до тринадцати лет у меня не было астмы. Она появилась только в семнадцать. После всего. После детского дома. После этих лет, когда я пыталась не вспоминать прошлое. Я подняла голову и посмотрела на него.

Наверное, в тот момент я действительно выглядела как сломанная кукла. Я стояла неподвижно, просто смотрела на него. Минуту. Две. Три. Я даже не моргала. Он начал нервничать. Это было видно по его движениям, по тому, как он сжимал руки.

- Лина... что с тобой?..

Я молчала. Он повторил громче:

- Лина?

Я всё равно не ответила. Тогда он резко повысил голос:

- ЛИНА!

Но я не шевельнулась. Тогда он подошёл и резко обнял меня, крепко прижимая к себе, будто боялся, что если отпустит - я исчезну. Его руки дрожали. Я чувствовала его дыхание у своей шеи, слышала, как быстро бьётся его сердце. Но сама была где-то далеко. Он держал меня так несколько минут, потом тихо сказал:

- Лина... тебе нужно поесть...

Я всё ещё смотрела куда-то вдаль и вдруг поняла одну страшную вещь: моя психика треснула окончательно. Я не хотела возвращаться к прошлому, к той аварии. Лучше бы я всю жизнь думала, что авария произошла из-за меня, чем признала, что человек, который когда-то был моей первой детской влюблённостью, может быть связан с этим.

Я заметила, как у него дрожат руки, как он смотрит на меня с настоящим страхом. Прошло уже минут десять, а я стояла неподвижно, будто меня загипнотизировали. И вдруг резкая боль ударила по щеке. Я моргнула. Он ударил меня, чтобы я пришла в себя. Не сильно, но достаточно. Я медленно подняла руку к щеке и посмотрела на него.

- Ты реально псих...

Я сказала это тихо.

- Псих.

Я не плакала. Во мне боролись два чувства: давняя детская влюблённость и ненависть к тому, что он причастен к аварии. Но он же не хотел... он не знал... он тогда даже водить нормально не умел... Я сама пыталась оправдать его. И вдруг слова вырвались сами:

- Лучше бы ты умер вместо моих родителей в той аварии.

Он замер. Я смотрела ему прямо в глаза и продолжала говорить тихо, холодно:

- Леон... ты не человек. Ты псих. Ты сталкер. Ты разрушил мою жизнь.

Он молчал, но я видела, как его кулаки сжимаются всё сильнее. Он терпел. Но в какой-то момент не выдержал. Он резко схватил меня за запястье, и я подумала, что сейчас он ударит меня. Но вместо этого он прижал меня к стене и впился в мои губы.

Поцелуй был резким, отчаянным, почти болезненным. Я пыталась отстраниться, но не могла... и вдруг ответила на поцелуй сама. Он отстранился первым, тяжело дыша.

- Не говори так... пожалуйста...

Его голос дрожал.

- Я люблю тебя. С первого взгляда. Я тогда влюбился в тебя... когда тебе было двенадцать. Ты была такая маленькая, но такая живая... Я думал, ты умерла в той аварии. Я пытался забыть тебя... но не смог. Я сходил с ума без тебя. Когда узнал, что ты в детском доме... потом узнал, что тебя забрала новая семья... я нашёл адрес. Я просто хотел увидеть тебя. Но каждый раз, когда видел... понимал, что не могу уйти. Я... одержим тобой.

Я смотрела ему в глаза и вдруг обняла его так крепко, как только могла. Он замер. Наверное, он не ожидал этого. Через несколько секунд он тихо сказал:

- Пойдём... кое-что покажу.

Мы вышли из комнаты

Я впервые увидела коридор, огромную лестницу, дорогие стены, картины, огромные окна. Это был настоящий особняк. Мы спустились вниз и вошли в небольшую комнату.

Там была кровать, стол, книги... и стена. Вся стена была покрыта моими фотографиями. Сотни. Я в колледже. Я с подругами. Я в кафе. Я дома у приёмных родителей. Я делаю уроки.

Танцую. Готовлю. Праздную восемнадцатилетие. И среди всех этих фотографий были старые - когда мне двенадцать. Я с родителями. Мама обнимает меня. Папа смеётся. Я провела пальцем по фотографии и тихо улыбнулась. Он заметил эту улыбку и понял одну вещь: он никогда не станет для меня важнее моих родителей.

- Я знаю о тебе всё, - сказал он.

- Зачем тебе это? - тихо спросила я.

Он подошёл ближе.

- Потому что я люблю тебя. Ты моя первая любовь. И последняя.

Мы вернулись в комнату. Я доела еду. Он забрал тарелку и уже собирался уходить, когда я вдруг сказала:

- Я хочу на свободу.

Он остановился. Медленно улыбнулся. Подошёл ко мне, наклонился к моему уху и тихо прошептал:

- Я тебя отпущу. Оставлю дверь открытой. Можешь сбежать.

Он вышел. Его шаги постепенно стихли в коридоре. Я медленно повернулась к двери.

Она была открыта.

И в этот момент я поняла одну страшную вещь.

Он оставил её открытой специально.

Он хотел увидеть... сбегу ли я.

______________________________________

Продолжение следует...