семь минут рая

Это не был нежный, робкий поцелуй. Это был поцелуй голода, поцелуй отчаяния и надежды одновременно. Адриан целовал её так, будто от этого зависела его жизнь, будто он ждал этого момента вечность.

Маринетт застонала ему в губы, запуская пальцы в его волосы. Она мечтала об этом столько месяцев, представляла, рисовала в своих эскизах — но реальность превзошла все ожидания.

— Адриан, — выдохнула она между поцелуями.

— Я люблю тебя, — прошептал он, прижимая её к стенке шкафа. Его губы скользнули по её шее, и Маринетт показалось, что она сейчас растает. — Я так долго это скрывал, так боялся… Прости меня.

— Не смей извиняться, — она притянула его лицо обратно к себе. — Только не за это.

Они целовались снова и снова, забыв обо всём на свете. О классе, который сидел за дверью, о семи минутах, которые давно истекли, о том, что они вообще-то должны были просто сидеть и болтать.

Им было всё равно.

В какой-то момент чьи-то часы в кармане пальто, висящего в шкафу, начали пищать, отсчитывая семь минут. Маринетт рассмеялась прямо в поцелуй.

— Наше время вышло, — прошептала она.

— Пусть вышло, — ответил Адриан, целуя её снова. — Я не выйду отсюда, пока ты не пообещаешь, что это не конец.

— Это не конец, — улыбнулась Маринетт в темноте. — Это только начало.