несправедливость вселенной

Бутылка крутилась раз за разом.

Первый заход: Марк и Милен. Все деликатно отвернулись, когда они вышли из шкафа через семь минут, держась за руки и красные как раки.

Второй: Роуз и Джулека. Девочки просто проболтали всё время о новой помаде, но вышли с загадочными лицами, подмигивая друг другу.

Третий: Хлоя и… Адриан.

Маринетт чуть не разорвала подушку, которую сжимала в руках. Хлоя с победным видом схватила Адриана за руку и потащила к шкафу.

— Наконец-то, Адриан, мы останемся наедине. Без этих… — она пренебрежительно махнула рукой в сторону остальных, — людишек.

Адриан бросил быстрый взгляд на Маринетт. Всего на секунду, но она его поймала. В его глазах читалось: «Прости».

Семь минут тянулись бесконечно. Маринетт казалось, что она слышит биение собственного сердца, заглушающее музыку. А что, если они там целуются? А что, если Хлоя наконец добьётся своего?

Когда дверца шкафа открылась, Хлоя вылетела оттуда с недовольным лицом.

— Этот мальчик совершенно безнадёжен! — заявила она. — Мы просто сидели и молчали! Семь минут! Он даже не прикоснулся ко мне!

Адриан вышел следом, пожав плечами.

— Я просто не люблю темноту, — сказал он, и его глаза снова нашли Маринетт.

Она выдохнула. Но радость была недолгой.

— Следующий! — Аля снова крутанула бутылку.

Бутылка замедлила ход и указала на… Маринетт.

— О! — обрадовалась Аля. — А второй — …

Бутылка крутанулась ещё раз и указала на Кима.

Ким вскочил с дивана с победным криком:

— ДА! Маринетт, готовься к лучшим семи минутам в твоей жизни!

Маринетт побелела. Ким, конечно, классный, но… Но она не хотела идти с Кимом. Она хотела только одного человека, который сейчас сидел с каменным лицом и сжимал подушку так, что она, кажется, начала трещать по швам.

— Ну, пошли, красотка! — Ким схватил Маринетт за руку и потащил к шкафу.

Маринетт оглянулась на Адриана в поисках поддержки, но тот смотрел в пол. Её сердце разбилось на миллион осколков.

— Ладно, — прошептала она. — Семь минут, ничего страшного…

Она уже почти зашла в шкаф, когда вдруг чья-то рука схватила её за запястье и резко развернула.

— Нет.

Это был Адриан.