мини история

Сильнейший маг в мире стоит на коленях? Удивительно. Но это можно понять, ведь Годжо грациозно стоит на коленях перед своей любимой женой — Рунами.

Годжо схватился за подол домашнего халата женщины и смотрит на нее. Его лицо отображает страдание и наигранную боль. Он издает тихий всхлип и вытирает невидимую слезу с глаза.

— Ты меня не любишь!..

Годжо снова всхлипывает, когда стучит кулаком по полу.

— Сатору, прекрати драматизировать...

Рунами же со скрещенными руками на груди с отчаянием смотрит на своего "беспомощного" мужа, который явно устраивает этот глупый концерт.

— Что?! Драматизировать?! Как ты можешь так говорить!

Годжо изображает ужас на лице и хватка на халате крепнет.

— Меня предали... бросили на произвол судьбы... как будто я никто!

Его голос, словно идеально сочетал притворную боль и игривую театральность. Он смотрел на женщину снизу вверх, его глаза светились озорством.

А потом они превратились в грустные щенячьи глазки — настоящее представление, очаровательная демонстрация эмоциональной манипуляции. И всё это — просто потому, что его жена не ответила на поцелуй.

— Ты серьёзно? Я просто отказалась поцеловать тебя потому, что устала после работы...

Годжо драматично покачал головой и потянул халат.

— Нет же!.. Это все потому, что ты меня не любишь!

По голосу казалось, что он разрыдается, но лишь уткнулся лицом в ее правое бедро.

— Будда, дай мне сил...

Рунами прошептала себе под нос и опустила голову вниз. Жалкий и при этом уморительный вид Годжо веселил ее, но этот цирк может продолжаться весь вечер. Она просто вздохнула и провела ладонью по его белым волосам.

— Ты правда так расстроился из-за моего отказа?

Она решила спросить это, хоть и заранее знала ответ.

— Конечно! Моя любимая жена отказалась поцеловать меня в ответ и предательски оттолкнула! Как я не могу расстроиться, а?

Он говорил это с настоящим актерским мастерством, даже голову от бедра поднял и бесстыдно взглянул в зелёные глаза Рунами, ухмыляясь за маской бедняжки.

— Я так и думала.

Рунами закатила глаза со вздохом и опустила плечи. Она наклонилась и коснулась своими мягкими губами его лба, перед этим заправив его челку назад.

Годжо на секунду забыл о своей драматичной маске и хныкнул, но тут же надул губы и недовольно, как ребенок, посмотрел на нее.

— Поцелуй в лоб? Обычный поцелуй в лоб?

Годжо драматично выдохнул, его лицо выражало недопонимание.

— И это все что я получу от своей любимой жены?

Рунами покачала головой и слегка выпрямилась, оперевшись руками в свои колени.

— Мне кажется, что ты уже наглеешь.

Она слегка улыбнулась, недоверчиво смотря на него.

— Я? Наглею?

Годжо наигранно удивился и приставил свободную руку к груди, изображая невинность.

— Я просто бедный, брошенный муж, который хочет внимания своей любимой жены.

Он наслаждается каждой секундой, проверяя, насколько сильно он может  вывести Рунами из себя.

Рунами покачала головой с лёгкой улыбкой и снова погладила мужчину по голове.

— Мой бедный муж.

Годжо, как огромный пушистый кот, едва мурлыкнул и прижался макушкой к ее внутренней стороне ладони.

— Угу. Твой бедный, нуждающийся, опечаленный муж, который просто хочет любви.

Рунами закатила глаза и слегка оттолкнула Годжо, на что он с любопытством посмотрел на нее, подняв бровь. Она опустилась на колени и аккуратно увела ноги в сторону, поправив халат на груди.

— Ложись.

Приказала она спокойным тоном, похлопав себя по бедру.

Годжо на секунду ошарашил, но послушно выполняет приказ и даже выдал себя. Он подползает и ложится на бок, устроив голову на коленях Рунами. Его глаза смотрит на нее со смесью предвкушения и лёгкого озорства.

— Твоё желание — мой закон, дорогая.

Он ухмыляется, его рука ложится ей на ногу, и он нежно рисует пальцами узоры.

Рунами усмехается, задумчиво гладя его по голове. Ее нежные пальцы аккуратно спутывали белые пряди между собой.

— Тебе ещё недостаточно?

Годжо ехидно ухмыляется и отрицательно кивает головой, после указательным пальцем указывает на свои блестящие губы.

— Пожалуйста. Рунами.

Он говорил искренне, без актерства, но ухмылка с лица не спадала.

Рунами подняла бровь в удивлении и тихо рассмеялась. Она нежно заправила его челку на правую сторону, рассматривая его черты лица сверху.

— Хорошо.

Бормочет она и наклоняется, прикрывая глаза, и в конце концов прижимается своими губами к его.

Годжо прикрывает глаза вместе с ней и отдается полностью в поцелуй. Он ложится на спину и сгибает колени, расслабляясь и сосредоточившись одновременно. Его рука от ее ноги поднимается к лицу, а затем затылку, запутываясь в волнистых каштановых волосах.

Губы обоих нежно и тягуче прижимаются друг другу, тая в теплом поцелуе. На несколько секунд лиловые языки переплетаются в танце и медленно отдаляются друг от друга, оставляя между собой тонкую нить слюны, соединяющую рты Годжо и Рунами.

— А теперь достаточно?

Рунами улыбается и проводит пальцами по его виску, едва касаясь волос.

— Достаточно.

Годжо широко улыбается, глаза сияют от счастья. Он вздыхает и гладит волосы женщины, любуясь ее лицом и ею в целом. Он любит ее. Он обожает ее. Он на все готов ради своей жены.