Последняя ступенька

– Перестань! Уйди, прошу! Уйди! Ты вообще слышишь?! Сынмин! - кричал Минхо тому, кто стоял посреди проезжей части.

– Отстань, - отвечал Ким протягивая руки под машину, где был крошечный котёнок, что сразу залез на ладошки парня.

Мин погладил его и поспешно убежал на тротуар, поклонившись водителям, которые остановились и остановили других, они улыбнулись и помахали ему.

Маленькое серое чудо на руках Сынмина. Он подошёл к Ли Минхо – его одноклассник (10 класс) – и показал котёнка.

– Сынмин, ты сумасшедший! – Но ведь он тоже хочет жить! Разве ты не видишь? Смотри, какие глазки! - младший гладил пальцами мордочку маленького создания. – Но зачем ты на дорогу выбежал? – А если его бы сбили? Это было бы на моей совести.

*– Какой же ты добрый, Ким Сынмин...*

– Твои родители не пустят его домой. – Ну тогда я буду с ним на улице, он замёрзнет один. – Ты не будешь спать на улице. – Буду!

*– Окей. Добрый, но до ужаса упрямый!*

– Ладно, пошли уже. – Нужно купить ему еды. Подержи его, пожалуйста. – Ладно.

Минхо взял на руки чудесный серенький комочек, пока Сынмин бегал за водой и кормом.

Мимо Ли бежала какая-то огромная собака, которая косо поглядывала на парня и то, что пищало у него в руках.

*– Ну капец!*

Хо отвернулся и спрятал котёнка под кофту, собака оглянулась и убежала дальше.

*– Фух, пронесло. Не хватало ещё от собак бегать в надежде получить помощь...*

Сынмин выбежал из магазина.

– Минхо, пошли. Отойдём к скамейке. – Хорошо.

Уже у скамейки они покормили котёнка.

– Ты уверен, что пойдёшь домой с ним? – Да, я не оставлю его. – Сынмин, почему ты такой добрый? – Потому что я уже пропитан злом, а добро находит место вырываться наружу; это слишком сложно. – М, понятно.

На самом деле, Минхо ничегошеньки не понял, ну и ладно!

***Сынмин смотрит на окна своей квартиры, а Минхо смотрит на него.

– Да нормально всё будет! – Сынмин. – Что? – Какой же ты искусственный. – С чего бы так? – Да хотя бы с того, что тебя будут ругать, а ты говоришь обратное и улыбаешься. – А мне плакать? – Нет.

Через минутку парни попрощались.

Ким полз на заветный 8й этаж, не думая о лифте.

Маленький котёнок в руках – а разве нужно ещё что-то для счастья?

Сынмин дошёл до квартиры, открыл её своим ключом и зашёл внутрь.

– Папа, ты дома?

Тишина.

*– Странно, он должен был прийти.*

Ким рос без мамы, она умерла при кораблекрушении ещё когда малышу было 4 года, – 12 лет назад – но он прекрасно помнит некоторые песни, которые она ему напевала, когда тот плохо засыпал.

– Пап.

Ничего, но какой-то шорох в комнате отца. Сынмина это насторожило, он сходил сначала в свою комнату, где оставил котёнка в переноске, а потом пошёл на кухню и взял нож, не досчитавшись одного, с самым острым лезвием.

Парень направился к входной двери.

– Пап, я гулять, пока!

Мин приоткрыл дверь, сделал вид, что вышел, и закрыл её; сам в то время прислушался к звукам в квартире. Какие-то шорохи, небольшие стуки, шёпот.

Сынмин мягкими шагами дошёл до комнаты отца и заглянул в приоткрытую дверь, нож был сильнее сжат в руке.

Неизвестный мужчина в чёрном доставал тот самый кухонный прибор их тела отца Сынмина.

*– Папа...*

Парень больше открыл дверь – хорошо, что петли не скрипели – и медленно и бесшумно зашёл внутрь. Мужчина попутно шуршал бумагами, поэтому ничего не услышал.

Замах и точный удар в сонную артерию.

Кровь брызнула на руку Мина.

****– И кто это?*

Сняв маску уже с трупа, он узнал в нём человека, что работал с его папой.

Сынмин понял, что убил, но это была защитная реакция. Папа.

– Пап...

Парень задел его руку, пульса нет.

*– И что теперь делать?*

У него нет больше никого, он остался один. Но есть котёнок, как и ещё один. Их теперь двое.

Сынмин ловит слезу, которая течёт по щеке; эмоции дают о себе знать.

Ким выходит из мёртвой комнаты и закрывает дверь.

Психически ненормально вырывается смех из лёгких. Это больно, смех – защитная реакция.

– Значит, я теперь один? Да пошли вы все!

Он ещё долго бы сидел у двери комнаты, но звонок отвлекает его.

Ноги плетутся до двери, рука открывает дверь.

– Сынмина, привет! – Привет, Хо.

Минхо решил навестить друга, придя к нему домой.

– Ты чего грустный такой? – Да ничего, всё нормально. – Папа дома? Где котёнок? – Папа дома, котёнок в моей комнате. – Тебе разрешили оставить его? Я в шоке. – Папа занят, я сам решил, что оставлю его. – А, хорошо. Я хочу увидеть котёнка.

Сынмин еле перебирая ноги дошёл до комнаты и завёл за собой друга. Он открыл переноску и выпустил котёнка.

– Как его зовут? – Не знаю. – Мальчик или девочка? – Не знаю. – Что ты такой скучный? Что случилось? Ты час назад такой весёлый был.

Он молчит.

– Сынмина, где папа? – Нету. – Что-то случилось.

Сынмин рухнул на пол и уткнулся в колени, не сдерживая сильный плач.

– Сынмин.

Минхо опускается к нему, кладя одну руку на плечо, а другой доставая и поднимая подбородок одноклассника.

– Что случилось? Скажи, пожалуйста. – Его... убили, - шепчет Ким, смотря в глаза Минхо. - Хош, его убили. – Где он? – В комнате. Не ходи туда, прошу. – Хорошо, не пойду. Не плачь. – Я один. Остался один. – Не говори так.

Ли садится перед ним и берёт его личико в руки. Эмоции сожаления и понимание, что у его лучшего друга нет родителей.

– Я тоже скоро умру? - дрожащим голосом говорит младший (Сынмин). – Нет, я не позволю. – А какой смысл? – Сынмин, перестань, всё будет хорошо. – Не ври.

Минхо задевает большим пальцем губу парня.

– Даже если это не так, то что теперь? Ты сдашься? – Да, я кому-то нужен? – Да! Ты нужен мне.

Хо не сдерживается, чтобы не слить губы в поцелуе. Теперь его губы накрывают те, что напротив.

Ли забирается между ног Сынмина и опускает его не пол, нависая сверху, не отрываясь от слабких губ.

Старший зажимает его сильнее, не давая возможности выйти. Отрываясь, он произносит:

– Просто забудь. Да, жизнь! Да, она ужасна! Но сейчас мы можем изменить то, что уже произошло? Нет! Зачем ты говоришь о плохом, если и так тяжело?! – Просто я... Я не могу.

Котята подползают к парням, что валяются на полу, и обнюхивают их.

– Улыбнись, пожалуйста.

Сынмин немного натягивает уголки губ, и вновь смех, который явно пугает Ли.

– Сынмина, что с тобой?

Смех. Безудержный смех.

– Перестань! Не пугай!

Нет, ничего его не остановит. Больно, это проигрыш! Ким, переводя смех на довольную улыбку, немного приходит в себя.

– Минхо, пусти. – Нет! Ты вообще ненормальный! Куда собрался? – Умереть, тебя устраивает? – Нет! Даже не думай.

Мин кладёт руки на его спину, ближе к талии, и водит по одежде, уже заползая под футболку и задевая кожу.

– Пусти, пожалуйста. Мне неудобно. – Не отпущу, терпи. – Ну Минхо!

Хо прекрасно понимал, что друг может натворить глупости, поэтому не сдвигался. Младший начал применять "запретные" тактики, его руки заползали то на паховую область, то на шею и губы парня, к которым иногда подтягивался за поцелуем, что было успешно.

– Ну пусти. – Ну нет. – Почему? Что мне сделать, чтобы ты отпустил меня? – Не знаю. – Всё, что угодно сделаю. – Даже минет? – Нуу, да...– Дурачок? – Да.

Минхо убрал руки, сев на бёдра парня, почувствовав его небольшооое возбуждение.

– Выйди, если сможешь. – Угу.

Ким даже не пробовал выйти, было ли ему приятно иметь стояк...? Кхм, допустим.

– Ладно-ладно, я домой, не делай глупостей, окей? – Окей, не буду.

***Уже час, как ушёл Минхо. Сынмин поднялся на крышу дома в лёгкой одежде, хоть и было прохладно (ночью была минусовая температура).

– Почему? Почему я такой человек? Ненормальный, ещё и сирота. Пап, зачем ты так?

Мин проходит по краю крыши; нет, он не будет прыгать.

– Минхо... Приятный человек. Надеюсь, прочитал моё сообщение.

Телефон остался дома. Смс для него: "Минхо, привет! Смодешь прийти в гости завтра в 4 вечера? Я буду не дома, но к тому времени приду, поэтому заходи один, ключ под ковриком :) Пока!"

– А я ведь не приду.

Парень идёт на середину крыши и ложится на холодный камень.

– Котят покормил и нормально, можно и поспать.

Сынмин последний раз в жизни посмеялся, но уже не так, сейчас он смеялся нормально и естественно.

Закрыв глаза, он представлял моменты с родителями и Минхо, напевая те самые песни, что пела мама.

***Утро. Ли увидел сообщение. "Окей! Обязательно приду!"

15:54. Парень подходит к квартире, поднимает ковёр и берёт ключ, открывая дверь.

Кроссовки младшего стояли на месте.

*– В других что-ли ушёл?*

Минхо проходит на кухню, никого. В уборной помыл руки и ушёл в комнату Сынмина. Там, на столе, лежал телефон.

*– Забыл?*

Рядом листочек. Он перевернул его, текст:

"Минхо, привет! Вряд ли моё сердце уже бьётся. Знаешь, будто так лучше, но ещё я полюбил тебя! Прости. Пригляди за котятами! Я на крыше :)"

– Блять

Ли рванул на лестницу, а там выход на крышу, на ней лежит Сынмин. Он подбежал к нему.

– Сынмин! Сынмин! Ты что творишь? Эй! Открой глаза! Чёрт! Сынмин!

Слёзы покатились по щекам, взгляд был прикован к телу.

– Сынмин!

Но пульса нет.

– Ты... Ты оставил меня? Как ты мог? Ты обещал! Я обещал прийти и пришёл! Ты обещал не делать глупостей! Что ты натворил?! Я больше не услышу твой голос? Сынмин! Я же любил! Зачем? Ты должен был жить! Что было не так?! Я же просил! Я теперь хочу к тебе! Но опять пообещал заботиться о котятах! Ты говорил, что будешь следить за ними! Ты врал!

Синие губы посреди бледно-голубого лица накрывают тёплые губки.

– Значит, так нужно? Мне будет тяжело. Надеюсь, тебе будет хорошо и спокойно. Не забывай меня, хорошо? Помни котят! Я обещаю тебе, я буду заботиться о них.

Хо убирает замёрзшие прядки волос с лица трупа. Ветерок дует в лицо.

– Это была твоя последняя ступенька. Спи сладко, солнышко.

***Проходит неделя, две, месяц, полгода, год.

Минхо приходит на, как бы это ужасно и глупо и ужасно глупо не звучало, любимую могилу с искусственными цветами.

– Солнышко, ты всё спишь. А котята так выросли! Тот котёнок, за которым ты побежал на дорогу. Это кошечка. Я назвал её Кимиё. Это в честь тебя.

Ком встал поперёк горла.

– Я скучаю, очень сильно. Я просто хочу быть рядом, но жить тоже хочу. Вспоминаю, как мы с тобой дурачились, хоть и твой отец умер на день раньше, но ты оставил для меня хорошие воспоминания, спасибо! Я помню, как ты тянулся за поцелуем тогда, как смеялся, а я не верил твоему смеху. Ты покончил с собой из-за того, что не было родителей. Но ведь я остался с тобой, а ты ушёл. Ты бы справился, но решил сдаться. Это глупо, любимый.

***Года проходят, но остаются воспоминания и чувства, которые мы не можем потерять, мы всё помним. Это дарит нам боль. Да, именно так, но иначе не получается.

Итак, дети иногда так сильно убиваются по своим родителям, вбивая в свою голову, что они не смогут без них, что жизнь закончилась в этот момент. Но главное – подняться и идти дальше!

Так закончились много жизней, и даже обидно. Они были молоды, но теперь земля хранит их тела, а небо – души.

Данная зарисовка посвящается тем, кто не справился с потерей родителей, кто, к сожалению, сдался слишком рано.

Не совершайте такие ошибки! Всё наладится, просто нужно приложить максимум усилий и ждать!

Иногда ожидание – лучший друг...

Спите сладко, дети. Больше не сдавайтесь раньше времени...