Глава 15

— Ну, привет, Танечка, — из глубокой тени медленно вышла девушка с короткими светло-бледными волосами, холодными серыми глазами и хищным, торжествующим взглядом.

Её лицо кого-то Тане смутно напомнило, но скудное освещение переулка мешало разглядеть детали. Вслед за ней из полумрака вынырнули ещё четыре девчонки. Присмотревшись, Краснова с ужасом узнала в них двоих своих одноклассниц и двоих девиц из параллельного класса.

Почуяв неладное, Татьяна резко рванулась в сторону, собираясь броситься в бега, но две нападавшие мгновенно среагировали. Они мёртвой хваткой вцепились ей в плечи и с силой прижали к земле, заставляя упасть на колени прямо на холодный грязный бетон. Букет цветов выпал из её рук.

— Егор?! Ты где?! — взмолилась Таня, умоляюще осматриваясь по сторонам в поисках своего спутника, но тот словно испарился во тьме.

— Ах, Егор... — издевательски протянула блондинка.

По её знаку из темноты за её плечом послушно показался Горяев. На его лице больше не было той приторно-вежливой маски — теперь он стоял с ехидной, противной ухмылкой. В эту секунду до Тани наконец-то дошло. Всё это свидание, цветы, сладкие речи — всё было фальшивкой. Это он, её новый знакомый, хладнокровно загнал её в эту глухую ловушку.

— Зараза... Я же тебе доверилась! — в отчаянии выкрикнула Таня, глядя предателю прямо в глаза.

— Рот свой закрыла! — грубо прикрикнула девка, державшая её за правое плечо, и наотмашь влепила Тане хлёсткую, обжигающую пощёчину. Голова рыжей откинулась в сторону, а на щеке мгновенно выступил багровый след.

— Лер, ну когда мы уже пиздить её будем? — нетерпеливо обратилась ударившая к самой главной из них — к Валерии Яковлевой.

— Да, реально, а то мы тут уже заждались все! Ты не мог её как-то побыстрее привести, а? — подхватила вторая подружка Леры, недовольно прикрикнув на Горяева.

— Нет, — коротко буркнул кудрявый.

— Ничего, он и так молодец, отлично справился, — Лера снисходительно похлопала Егора по щеке и улыбнулась ещё шире, обнажая зубы. — Всё, ты свободен. Вали.

— Прости, Тань... — едва слышно промямлил парень.

Он развернулся и быстро ушел, просто ушёл прочь из переулка, пряча глаза в землю. Самый настоящий, трусливый предатель.

— Что... что вы вообще хотите от меня? — сжавшись в комок под чужими тяжёлыми руками, тихо спросила рыжая.

Она опустила взгляд на бетон, судорожно соображая, что делать. Лёшин инструктаж так и просился в действие, но как тут врежешь, если тебя держат со всех сторон? В одиночку одолеть пятерых разъярённых девиц было физически невозможно, шансы равнялись абсолютному нулю. Из глаз готовы были брызнуть слёзы бессилия, и Тане оставалось только зажмуриться, ожидая самого худшего.

— Ты какого хрена к моему парню клеишься?! — выкрикнула блондинка и с силой вцепилась в шею Красновой, оставляя глубокие багровые следы от своих длинных когтей.

Вот она. Яковлева Валерия — самый большой кошмар Пятифана. Ту, которую он ненавидел всей своей душой. Кто, как не она, умел мастерски крутить ложь у себя на устах, самую сладкую и опасную ложь.

— К кому?! О чём ты вообще?! — превозмогая боль, Таня отчаянно попыталась вырваться из хватки державших её девиц, но всё было напрасно.

— К Пятифану! К моему Ромочке! — пафосно выкрикнула Лера и резко отпустила её шею, брезгливо вытерев ладонь о куртку.

— Я?! Да я к нему вообще не клеюсь, что ты несёшь?! — из последних сил пыталась оправдаться зеленоглазая.

— Ага, конечно! Я, наверное, слепая и не видела, и не слышала, как вы, блять, воркуете прямо на уроках! Ты кто вообще такая, шлёндра драная?! Откуда ты только взялась на мою голову и зачем? Что он вообще нашёл в такой уродке, как ты?! — Валерия от своих же слов начинала окончательно выбешиваться, теряя былой пафос. — Если бы не ты, у нас всё было бы хорошо. Начинайте!

От этой команды Яковлевой полегчало, и она брезгливо отошла на несколько шагов назад. В ту же секунду четыре девицы безжалостно набросились на беззащитную Таню. Её начали всячески избивать по всему телу. Беспощадно и хладнокровно, как будто она была какой-то ненужной вещью, а не живым существом с чувствами.

Острая боль мгновенно расползлась по всему телу. Били они, стараясь не оставлять слишком явных следов на лице, ведь прекрасно понимали, что за это будут серьёзные последствия от учителей и милиции. Но боль всё равно волнами перемещалась из одного места в другое, заставляя Таню хрипеть и сжиматься в клубок на грязном бетоне.

— Так, хватит! Хорош с неё! Пошлите быстрее отсюда, а то ещё кто-то увидит! — скомандовала Яковлева, испугавшись случайного шума в конце улицы.

После слов Леры девочки моментально прекратили удары. Они брезгливо отряхнули руки, быстро оставили избитую Краснову и поспешили скрыться во тьме переулка. Нападавшие ушли, оставив искалеченную, дрожащую Таню лежать в полном одиночестве на холодной, сырой и грязной земле...

***

— Тань... Ты чего, блин, в аварию попала, что ль? — шокировано прошептала Катя, округлив глаза и вовсю разглядывая багровые царапины на лице подруги.

Таня лишь молча мотнула головой и уставилась в раскрытую тетрадь. Кое-как досидев до звонка под пристальным присмотром Кати и встревоженной учительницы, зеленоглазая пулей вылетела из кабинета на перемену. Смирнова настигла её уже у подоконника в конце коридора.

— А ну колись прямо сейчас! Кто тебя так?!

— Велосипед... — начала Таня, но не закончила.

— Какой ещё велосипед, Краснова, ты лицо своё видела?! — Катя перехватила её за плечи, заставляя смотреть на себя.

Таня закусила губу, чувствуя, как внутри снова всё закипает от пережитой несправедливости. Скрывать от Кати правду не имело смысла — та всё равно не отстанет.

— Это твоя Лерка... Яковлева, — глухо, едва слышно выдавила из себя Таня, отводя взгляд в окно. — Со своими девками. Зажали меня вчера в переулке после кафе. Сказала, что я к Пятифану клеюсь. А этот... Егор... он меня туда сам и заманил.

У Кати от такого признания буквально челюсть отвисла. Глаза русой вспыхнули неистовой яростью, пальцы до хруста сжали кулаки.

— Что?! Эта тварь совсем берега попутала?! — на весь коридор прикрикнула Смирнова. — А Егор... Вот же гнида кудрявая, я так и знала, что он мутный! Ну всё, Пятифанов её точно живьём закопает, когда узнает.

— Не вздумай ничего говорить Роме! И Лёше тоже! — испуганно перебила её Таня, крепко схватив подругу за руку. — Пожалуйста, Кать. Мне проблем лишних не надо, они же поубивают друг друга.

— Да как тут молчать, Тань?! — Катя едва сдерживала эмоции, но, заметив умоляющий взгляд подруги, тяжело выдохнула: — Ладно... Ладно, пока молчу. Пошли в класс, скоро звонок.

Остаток дня прошёл как в тумане. Таня прятала шею в высокий воротник кофты и старалась лишний раз не поднимать головы. Но скрыть такое в маленькой школе было невозможно. Слухи уже поползли по коридорам.

На большой перемене, когда Таня шла по лестнице на третий этаж, дорогу ей внезапно преградил высокий силуэт. Она подняла глаза и замерла — перед ней стоял Рома Пятифан. Он был один. Карие глаза парня, только что скользившие по коридору, намертво пригвоздлили Таню к месту. Улыбка, которую он, видимо, готовил для дежурного подкола, мгновенно испарилась с его лица.

Рома сделал шаг вперёд, вплотную приближаясь к ней. Его взгляд с безумной скоростью заскользил по царапинам на её бледном лице, а затем опустился на шею, где из-за сдвинувшегося воротника отчётливо виднелись багровые следы от чужих когтей. Желваки на его лице бешено заходили ходуном, а кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев.

— Это ещё что за хуйня? — Пятифан процедил слова сквозь плотно сжатые зубы, и его голос прозвучал так угрожающе тихо, что у Тани по спине пробежали ледяные мурашки. — Краснова. Кто тебя тронул?