можно

Чимин тормозит на парковке возле машины отца и подгоняет Юнги.

— Малыш, малыш, малыш, давай скорее, иначе они все съедят без нас.

Чимин и Юнги долго готовились к этому дню: день рождение отца — событие очень важное и значительное. Ребята приготовили мужчине в качестве подарка красивые дорогущие часы, которые, кстати, купили вместе. Юнги очень старался, написал красивую мелодию и продал ее за хорошие деньги, часть которых вложил в презент. Сладостями молодой бизнесмен решил не затариваться, потому что главной сладкоежкой была мать: и после празднования она наверняка привезёт на КАМАЗе сладостей и с ухмылкой, потянув за рычажок, высыпет это все на BMW Чимина. Ну это, конечно, так себе представляет старший сын, преувеличенно, конечно, но часть правды все же есть.

Перед открывшейся дверью Чимин рывком открывает хлопушку с разноцветными конфетти и свистит. Кутерьма и атмосфера праздника затягивает ребят в слишком яркий танец. И когда почти все гости расползлись, за столом осталось лишь несколько друзей отца. Тэён убежал гулять с собакой, а Чимин...

Чимин подталкивает Юнги под локоток и взглядом зовёт на кухню:

— Пойдём нарежем ещё фруктов.

— Пойдем. — соглашается младший, идя за старшим. — Все так весело! Я так рад! —восхищенно лепечет Юн, нарезая фрукты и раскладывая их по тарелке. Он ещё что-то увлечённо рассказывает, пока раскладывает фрукты по блюдам.

— Кажется, все. — заявляет Мин, облизывая пальчик, что был испачкан в соке от апельсинов.

Чимин подхватывает ладошку Юна и тоже облизывает его пальчик одними губами. Он осторожно вжимает младшего в тумбу, укладывает его ручки к себе на шею и властно, бесшумно целует.

— Вернёмся домой, я тебя отшлепаю... А ещё я купил свечи и верёвки. Поиграем в связы-

Юнги не успевает ничего ответить, а Чимин договорить, так как в кухню заявляется мать, видимо, желая что-то спросить:

— Чими... Чимин!!!

Увиденное ее шокирует, госпожа Пак застывает с открытым ртом, а Чимин немедленно отстраняется от подростка.

— Это что такое было?! — шипит мать вполголоса, представляя, как, наверное, на кухню в тот момент заходит каждый гость по очереди, — Сын, я требую немедленного объяснения!

Юнги расширяет глаза и зардевается краской.

— Ни-ничего... это... это случайно вышло... — пытается оправдаться младший, прикусывая губки и теребя край рубашки.

«Теперь меня точно выгонят!» — от собственных мыслей глаза Юнги заполняются влагой.

— П-простите.

Чимин берет ладошку Юнги в свою, тянет к себе в объятия и вытирает его слезы тыльной стороной кисти руки.

— Мам, ну вот зачем ты доводишь ребёнка до слез?

А мама не знает что и ответить, требовательно заглядывая в глаза старшего сына.

— Ну да... Да, мам. Я люблю Юнги не как брата...

Юнги смущается ещё сильнее и прячет лицо, тыкаясь в грудь Пака.

— Простите... Я такой плохой. Хотите, я уйду? — Мин и правда думает, что госпожа Пак теперь его возненавидит.

Чимин вскидывает брови на лоб, бесшумно стучит по виску и с укоризной беззвучно произносит «мам, ну ты че». Читается по губам незамысловатая фраза просто — и мать Чимина, не совсем отошедшая от увиденного, отрывает ноги от пола и идёт к «голубкам», приехавшим на «ласточке».

— Юнни, ну ты что такое говоришь? Ты очень хороший. Ты правда любишь Чимина?

Чимин продолжает беззвучно, одними губами разговаривать с матерью, а та, кажется, потихоньку отходит.

— Конечно. Очень-очень. Я очень люблю Чимина-хёна. Он же самый-самый лучший. — запинаясь говорит Юн, ковыряя край, уже чиминовой футболки. Он жмётся к старшему и стирает слезки. — Но если вы против...

Парень прикусывает дрожащую губку, ему даже думать больно о том, чтобы оставить Пака.

— Нет, нет, нет, Юнни. Ты что, конечно, я не против, — мать совсем поостыла, но знаки и жесты передавать не перестала.

Она показала пальцем на гостиную и «перерезала» им же горло, говоря о том, что отец будет к этому привыкать долго. Чимин закатил глаза и отмахнулся, мягко прижимая хрупкое тело своего котёночка к своей широкой груди.

— Мам, даже если ты будешь против, меня это не особо остановит.

Юнги берет Чимина за руку и стыдливо смотрит на госпожу Пак.

— Я буду очень хорошо о нем заботиться, много кормить и не давать много работать. — заверяет мальчик, обеспокоено поглядывая то на мать, то на Чимина.

— Юнги, я за тебя больше переживаю. Этот «хён» тебя не обижает? Все хорошо, я не против ваших... отношений, — произносит мать, оседая на край кухонного стола.

Чимин снова закатывает глаза, мягко поглаживая тонкие музыкальные пальчики младшего в ладони.

— Нет, конечно. Он самый лучший и добрый.

Мин льнет к широкой груди и трется об неё щечкой. Нет, жестокий секс нельзя назвать обижанием, так что Мин не врет. А о таких подробностях маме знать не обязательно.

— Хён очень нежный и ласковый...

— Хорошо, Юнни. Если это так, то я очень рада. — выдыхает мать Чимина и, наконец, тепло улыбается.

Чимин тоже тянет улыбку: слова подростка приятны для ушей, да и улыбка матери значит лишь одно: она смирилась и все будет хорошо. Старший ласково гладит Мина по голове, усыпляя в нем всякую тревогу и боязнь.

«Когда ты со мной, ничего не бойся, Юнни».

Юнги тоже улыбается и подходит к женщине, смущаясь и обнимая ее.

— Спасибо Вам. — Мин быстро отлипает и берет в руки тарелки. — Куда это отнести?

Год пролетает незаметно. Мама свыклась с выбором старшего сына, отец и Тэён тактично промолчали, но тоже перечить не стали. Чимин был рад такому раскладу.

Сейчас молодой бизнесмен поручает Сиане всю ответственность за четыре ресторана и берет отпуск на две недели. Он хочет сделать сюрприз Мину, который весной отметил восемнадцатилетие. Пак решил подарить парнише личную студию, под которую он выкупил большое помещение возле их дома. Он накупил туда всеразличной техники, мониторов и прочей чуши, информацию о которой любезно вытащила из подростка Сиана. Юнги был безумно рад, но все равно сетовал на то, что очень дорого. Все как обычно.

Чимин возвращается домой раньше времени, билеты он уже закупил и вылет завтра утром. Полететь на море и погреть свои ягодицы на тёплом песочке вместе с Юнги — очень крутая перспектива. Молодой парень обнимает встречающего его Юнги и целует настойчиво, улыбаясь уголками губ.

— Малыш, — шепчет старший прямо в губы Юна, — у меня для тебя сюрприз.

Конечно, отдых на море был не единственным сюрпризом. Но пока пусть младший узнает о первом.

Юнги последние несколько месяцев усиленно готовился к ЭСЕ и, конечно, сдал его на отлично. После окончания всех экзаменов наступили долгожданные летние каникулы. Парень много времени проводил в новой студии, но и помогать Паку с ресторанами не забывал.

Вечер проходит тихо, после окончания создания одной из песен, Юн, довольный своей работой, вернулся домой и принялся за приготовления ужина. Через несколько часов вся квартира пропахла приятным запахом еды и ждала прихода Чимина, как и Мин, что суетился на кухне. Увидев любимого в дверях, Юнги бросился в тёплые объятия, прижимаясь к Паку.

— Сюрприз??

— Угу. В левом кармане посмотри, — все так же шепчет Чимин.

В левом кармане старший спрятал обе путевки на шикарный курортный остров. И они ждали этого часа, часа, когда Юнги достанет их и возликует от радости и счастья. Чимин знал, что за всю жизнь младший не видел моря, потому что это считалось дорогим удовольствием.

Юнги достаёт сюрприз и радостно пищит, бросаясь к Паку на шею.

— Мы поедем на море! — Юнги ещё громче визжит и прыгает. — Ура! Ура! Ура!

Чимин смеётся, осторожно приобнимая счастливого ребёнка за поясницу. Ну эти путевки стоили того, чтобы их приобрести. Стоили хотя бы улыбки и радостного визга Юнги.

— Чш-ш-ш, котёночек. У меня есть ещё кое-что... — старший пытается успокоить Юнги, который, как мячик, подпрыгивал в его объятиях.

Юнги заостряет внимание на старшем, останавливая безудержное веселье и заглядывая в глаза напротив.

— Ч-что?

— Закрой глаза. — терпеливо просит Чимин.

Когда ребёнок послушно закрывает глаза, старший опускается на колено и достаёт из кармана бархатную чёрную коробочку, приоткрывая ту и обнажая красивое аккуратное колечко.

— Открывай... Я знаю, что ты ещё несовершеннолетний, да и бракосочетание вряд ли здесь проведут, но я хочу, чтобы ты знал, как я сильно люблю тебя. И хочу, пусть и незаконно, знать, что ты — мой муж, Юнни.

Голос Чимина дрожит, а колено предательски подкашивается, но он все же заканчивает свою пламенную чувственную речь. Юнги чувствует, как по щекам текут слезы, он вновь бросается на шею Пака, сжимая его изо всех сил.

— Я тоже люблю тебя! Конечно, я согласен!

Он даже и поверить не мог, что будет так счастлив, что Чимин решится на такой шаг. Чимин оседает на пол и дрожащей рукой надевает на безымянный пальчик Юнги кольцо. Он нежно целует своего котёночка в нос и вытирает с его щек слезы.

— Есть ещё кое-что, но это просто маленький бонус...

— Боже, сегодня день сюрпризов... — хихикает Мин, любуясь колечком, что хорошо смотрелось на тоненьком пальчике.

Как розовая коробка средней величины осталась до сих пор незаметной для Юнги — для Чимина осталось секретом. Он осторожно стянул ту с комода и протянул подростку, хитро улыбаясь уголками губ. По коробке сразу было понятно откуда она, ведь Юн уже видел такую однажды и в ней по прежнему хранит «игрушки». В коробке костюмчик горничной, белые чулочки и кошачьи ушки к хвостику.

Юнги осторожно открывает коробочку и прикусывает губу, довольно улыбаясь.

— Как красиво... — парень проводит пальчиком по кружеву на платье и довольно пищит. — Спасибо!

— Ты ведь знаешь, что я хочу? — требовательно спрашивает Чимин, осторожно опрокидывая Мина на пол и нависая над ним.

Конечно, можно было подумать, что это связано с ролевыми играми и подаренным костюмчиком, но нет. Чимин шепчет:

— Прожить с тобой долгую и счастливую жизнь. Можно?

— Можно.