Меньше вопросов

- Неси сюда заветную коробочку. Живо. - велит старший, замечая возбуждение подростка.

Нет, Юнги сегодня ничего, кроме жарких мучений, не получит. Чимин не позволит ему трогать себя и его трогать тоже. Слишком уже плохо себя Мин вёл вчера, значит, будет наказан. Наказан отсутствием желанного наказания.

Юнги приносит коробку и отдаёт ее Паку. Ему немного страшно видеть таким старшего, но это, наверное, даже возбуждает. Мин садится на пол перед Чимином, так проще скрыть стояк, и тупится в пол, мол, послушный мальчик.

Молодой бизнесмен выбирает анальную пробку побольше той, что находится меж ягодиц Юнги, и зажимает в кулаке. Наконечник у той с красивым камушком, что переливается при естественном дневном освещении.

- Снимай пижаму и укладывайся на колени. - вновь отдаёт команду Чимин, выуживая из пакета на тумбе вчерашнюю смазку.

Когда Юнги послушно стягивает с бёдер шелковые пижамные штаны и укладывается на колени, старший звонко шлепает его по ягодице, сдвигая брови на переносице.

- Я не разрешаю тебе трогать себя здесь, пока я не позволю. Тебе ясно?

- Я-ясно. - соглашается парень, кивая и сдвигая ноги друг к другу. Кожица на ягодице приятно жжется и Мин прикусывает губу, ещё больше возбуждаясь. Чертов Чимин, сам же заводит, а делать ничего на разрешает.

Старший ведёт двумя пальцами по ягодице и, опускаясь до заветного места, давит на наконечник анальной пробки. Затем отпускает и снова надавливает, заставляя Юнги издавать тихие стоны. Юнги стонет, выпячивая попку и вертя ею. Парень ёрзает на Паке, утыкаясь в чужие колени своим стояком.

- Мх...

- Стонать нельзя, - заявляет Чимин, снова шлепая Юнги по ягодице.

Он рывком достаёт анальную пробку и сам сдерживает стон, раздвигая пальцами пышные ягодичные мышцы. Пак ныряет двумя пальцами в растянутое анальное отверстие и улыбается: стонать-то он запретил.

Юнги закрывает ротик ладошкой и держится изо всех сил. Парень мычит что-то нечленораздельное в руку, жмуря глазки, но не стонет. Когда в него проникают сразу два пальца, Мин пытается соскочить, чисто машинально и пищит.

- Лежать. - Чимин прикусывает нижнюю губу и прижимает к коленям упругие ягодицы Мина.

Пальцами он играется с слегка растянутой дырочкой, затем меняя указательный и средний на большой. Он позволяет себе слишком глубоко, на все три фаланги, нырять в анальное отверстие Юна.

Юнги дергается и мычит в руку, теряясь в ощущениях. Ему одновременно приятно и больно. Из-за жжения пару слезинок вытекают из уголков глаз и падают на пол. Чимин все же останавливается, выуживает палец из промежности Юнги и щедро поливает смазкой сжавшийся сфинктер последнего. Пак подносит к нему новую анальную пробку и издевается: водит той вокруг дырочки, размазывает лубрикант, поглаживая упругие ягодицы ладонью.

Юнги понимает, что стоит расслабиться, но у него не выходит. Вместо этого он непроизвольно напрягает сфинктер и ягодицы. Парень хнычет и трется о колени Пака ноющем членом.

- Юнги, расслабься, иначе я ужесточу наказание. - рявкает Чимин.

Хнычущий ребёнок его и раздражает, и возбуждает. За вчерашнее он ещё настрадается сегодня, потому что старший настроен слишком серьёзно.

Юнги пытается расслабиться, но выходит не до конца из-за того, что Мин немного боится Пака. Боится, но доверяет, потому все же немного расслабляет мышцы.

- Ч-Ч-Чимин, м-мне страшно, она такая б-большая...

Сейчас Чимина это не волнует; страшно или нет, он уже настроился протолкнуть среднюю анальную пробку в промежность Юна. На тихое хныканье и шепот старший отзывается рычанием и толкает округлённую головку пробки в анальное отверстие подростка.

- Большая, зато красивая, Юнни. Ты же хочешь порадовать папочку? - с издевкой в голосе спрашивает Чимин, проталкивая пробку глубже.

Юнги сильно дергается и всхлипывает, но не смеет перечить, так он меньше разозлит «папочку». Пробка довольно сильно причиняет дискомфорт, заставляя ронять слезы. Из-за боли возбуждение потихоньку отступает и Мин уже более спокойно лежит.

- Хороший мальчик. - хвалит того старший.

Он щедро мажет анальную пробку смазкой и снова возвращается к упругим ягодицам подростка. Теперь пробка проскальзывает внутрь намного проще, но Пак не торопится. Он делает все медленно и размеренно.

Юнги жмурит глаза, из которых льются слезы, но молчит и не издаёт ни звука. Он был прав: пробка очень большая и делает больно, но он стерпит, потому что заслужил и понимает злость любимого.

Парень пытается расслабиться и просто лежит на коленях Чимина, смотря в пол, на котором виднеются прозрачные капельки.

Наконец, когда проталкивает анальную пробку до самого наконечника с красивым бриллиантом, Чимин осторожно гладит упругие ягодицы Юнги и кусает губы. Он понимает, что пробка для подростка пока ещё великовата и капли на светлом паркете он тоже видит, но молчит, будто не замечая.

- Малышу нравится бриллиантик в попе?

Юнги кивает и слезает с колен.

- Можно в ванную?

Подросток говорит совсем тихо, наверное, пока ещё не привык к пробке, да и немного побаивается Чимина. Возбуждение почти прошло и сейчас почти не волновало Мина, только немного смущало, все же белье на нем ещё немного топорщилось.

- Зачем?

Чимин щурит глаза и складывает руки на груди, вновь сдвигая брови на переносице. Пока подросток думает с ответом, старший привстает с постели, в упор заглядывая Мину в глаза.

- Я не буду себя трогать, правда. Я просто приму холодный душ и это уйдёт. - Юнги указывает взглядом на полустояк.

- Нет, это мы оставим и будем собираться. - ухмыляется Чимин, усаживая Юнги обратно на постель.

Он немного остывает и ненадолго прячет свои сексуальные наклонности, расхаживая от шкафа до постели и бережно переодевая Мина, как маленького ребёнка.

- Я что, так поеду? - удивленно спрашивает Мин. Он не понимает, как можно вести себя нормально, общаться с другими людьми и все такое, когда в штанах творится это.

- Твоё возбуждение со временем пройдёт. - поясняет Чимин. - Для этого не обязательно принимать холодный душ.

Он накидывает на надетую на Мина белую футболку, синюю джинсовку и ласково щёлкает по носу, как будто ничего до этого не было. Ни страсти в перемешку со злостью, ни пробок и смазок. Но все знают, что затишье бывает перед бурей.

- А... Вдруг кто-то увидит? - смущенно интересуется Мин, собирая свои вещи и заправляя кровать.

- Меньше вопросов. - поёт Чимин, как это обычно делает Сиа.

Старший быстро переоделся, смел с кухонного стола мусор, а завтрак убрал в холодильник. Наконец, собрав ключи и кошелёк, Чимин вернулся к входной двери и застыл в ожидании подростка.

- Я жду. Не заставляй меня злиться вновь. - просит Пак, но сам знает, что произойдёт буквально через две минуты.

Юнги выходит из квартиры, держа свой рюкзак так, чтобы скрыть пах.

- Мы едем к психологу, хён? - с опаской спрашивает Юн.

- Да. - честно отвечает Чимин, закрывая входную дверь своей квартиры на ключ.

Старший пропускает вперёд подростка и следует за ним, но на этаже ниже резко прижимает его к стене, подкладывая ладонь под голову, чтобы Юнги не ушибся.

- «А вдруг кто-то увидит?» - кривляет тот ребёнка, сгибая одну из ног в коленном суставе и упираясь Мину прямо в пах.

Впрочем, сказать он Юнги ничего не даёт: властно накрывает его губы своими и целует, не позволяя ни себе, ни малышу вздохнуть. Коленом он трется о пах Мина и ухмыляется сквозь поцелуй, снова чувствуя нарастающее возбуждение последнего.

Юнги мычит что-то с ужасом в глазах, ведь в любой момент может выйти кто-то из соседей. Но Мин смиряется и прикрывает глаза, слабо отвечая на поцелуй. Пах вновь болезненно сводит, прося быстрой разрядки, но ведь Чимин не даст так просто кончить.

- «Можно в ванную?» - продолжает издеваться старший, убирая колено с паха подростка, но лишь для того, чтобы подхватить под бёдра и вжать в стену с новой силой.

Он упирается своим «возбуждением» в ягодицы Юнги и мажет по его шее губами, выцеловывая бархатную кожу. Юнги помнит, что стонать нельзя, потому молчит, тяжело дыша.

- Х-хён, нас могут увидеть... - парень заливается краской, обвивая талию Чимина ногами и прижимаясь бёдрами к чему-то твёрдому. - Может, нахуй растяжку и психолога? Вернёмся домой и ты меня выебешь?

Нецензурная лексика режет слух Чимина - и он беззвучно рычит, зажимая зубами кожу на тонкой шее Юнги.

- Заткнись.

Толчок. Ещё один. Старший издевается, изредка подмахивая малым тазом и имитируя половой акт. Толчки слишком резкие, но редкие. Пак знает, что делать, чтобы заставить малыша хныкать снова.

Юнги забывает про разговоры и опускает голову на плечо Пака, тяжело дыша. Ну и как тут не стонать-то? Губы парня искусаны в кровь, а пальчики зажимают рубашку хена. Мин двигается навстречу, из-за этого пробка входит глубже и приносит удовольствие, хотя, недавно отзывалась только дискомфортом.

- Х-хён...

Чимин останавливается и опускает Юнги на землю, мягко целуя в лоб и как ни в чем не бывало улыбаясь.

- Нам нужно к психологу.

У самого ведь в штанах дымится уже, но нет, Пак слишком терпелив, поэтому выдержит. А подросток юн и неопытен, поэтому возбуждать Юнги одно удовольствие. Юнги кивает и плетётся к машине, стараясь думать о чём-то противном, чтобы избавится от стояка.

Старший поправляет член через штаны, чтобы возбуждение было менее заметно, и направляется к «ласточке». Плюхнувшись на водительское сидение, Чимин дождался, когда рядом усядется Юнги. Раунд третий...

В машине Юн, как всегда, стягивает обувь и обнимает свои колени, смотря в окно и пытаясь дышать спокойно.

- Женщина, проложи маршрут к центральному кольцу, двадцать девять. - произносит Чимин, но машину не заводит.

- Марштрут проложен. - отзывается «женщина». - Пробки по главной трассе отсутствуют, приятного пути.

- Путь будет очень приятным. - ласково щебечет старший. Он облокачивается на руль и смотрит на Юнги. - Малыш, сядь, пожалуйста, назад.

Когда тот выбирается из машины, чтобы послушно устроиться на заднем сидении, Чимин проделывает то же самое, устраиваясь рядом.

- Думаю, у меня есть время, чтобы тебя отшлепать... - ухмыляется Пак, доставая из рабочего портфеля кожаную лопатку, которую он приобрёл в сексшопе в тот же день, что и пробки, но только спрятал ее сразу, откладывая на потом.

Юнги краснеет и неловко стягивает штаны, опуская их до колен. После этого он ложится на колени Пака и выдыхает.

«И почему это так заводит?»

Подросток жмурит глазки и поджимает пальчики на ногах, ожидая первого удара. Чимину не нравится положение Юнги и он подтягивает его бёдра наверх, чтобы поставить в коленно-локтевую позицию. Теперь, когда его глазам открывается прекрасный вид на ягодицы и «бриллиант» в попе, старший кивает сам себе.

- Можешь стонать. - услужливо разрешает Чимин.

Он ненадолго откладывает лопатку в сторону и, обхватывая сочные упругие ягодицы ладонями, припадает к ним губами. Он мягко, покусывая нежную бледную кожу зубами, спускается все ниже. Теперь в ход Чимин добавляет и язык, кончиком которого он обводит сфинктер вокруг, оставляя влажные дорожки и любуясь красивой анальной пробкой.

Юнги утыкается лицом в кожаное сидение и тихо постанывает от прикосновений Пака. Руки и колени разъезжаются на скользкой поверхности, но Мин возвращает их на место. Салон автомобиля наполняется тяжёлым дыханием и несдержанными стонами. Старший опускает одну руку вниз, заводит ее за жилистую ногу подростка и обхватывает возбуждённый аккуратный член пальцами.

- А кончать нельзя. - процеживает Чимин сквозь сжатые зубы, зная, что это практически невозможно, особенно если ты - неопытный подросток.

Пока Юнги слишком чувствителен, Пак давит на наконечник пробки, а затем слегка выуживает из дырочки, повторяя эти действия несколько раз. Юнги держится изо всех сил, но понимает, что не сможет.

- Ч-Чимин, я не могу... - парень сводит ножки и жмурится, пытаясь не кончить, но все напрасно, и мальчик изливается с громким стоном. - П-п-прости...

Чимин делает вид, что злится. И не из-за того, что Юнги испачкал кожаные сидения семенем. Он «злится» из-за того, что его ослушались.

- Юнги, мне придётся наказать тебя.

И теперь в ход идёт кожаная лопатка. Старший размахивается и с небольшой силой шлепает бледные ягодицы, затем сразу же поглаживая место удара лопаткой.

- Ослушался. Я не разрешал тебе кончать.

Юнги скулит и кусает губы. Парень ёрзает на сиденьях и стонет от удара. Так и хочется погладить ушибленное место, но нельзя. Чимин останавливается на третьем ударе и снова его заглаживает. Теперь в ход старший решает пустить обычные слова. Он наклоняется над лицом скулящего Юнги и, кусая мочку его ушка, гладит ладонью ягодицы. Что бы такого сказать?..

- Знаешь, как наказывают плохих мальчиков? Их жёстко трахают, прижимая к стене и затыкая рот ладонью. Плохих мальчиков, которые кончают без разрешения, бес-це-ре-мон-но трахают в рот в туалетах и подъездах. Может быть, после психолога мне отвезти тебя в ресторан и трахнуть в туалете? Усадить на крышку унитаза и всадить по самые гланды, чтобы ты знал, как нужно себя вести? М?

Чимин ведь только усугубляет. Он заводится до такой степени, что разум покидает его, но Пак старается держать себя в руках. Он ведь опытный и у него получится. Юнги кивает, а слова Чимина снова заставляют возбудиться, да и он уже согласен на все. Юн находит салфетки и дрожащими руками убирает все за собой, после чего натягивает штанишки и застёгивает ремень. Все тело ещё ватное и Мина клонит в сон, но он держится, насильно открывая тяжёлые веки.

Чимин переводит дыхание: кажется, теперь все. Злость куда-то улетучилась и больше «издеваться» не хотелось. Пак спрятал лопаточку в карман сидения, а сам выполз из машины, доставая из багажника плед и подушку.

Он заботливо укладывает Юнги на заднем сидении и укрывает пледом. Почему-то захотелось присесть рядом и погладить подростка по голове, что Чимин и делает. Он перебирает пальцами пряди волос Мина и мягко улыбается. Извращённый и жестокий Чимин в нем выключается, возвращая назад тёплого и ласкового.

- Я люблю тебя, Юнни. Поспи, я тебя разбужу, как мы приедем. - тихо и ласково шепчет старший.

- Х-хорошо... - шепчет удивлённый переменой Мин. Парень прикрывает глаза и довольно быстро засыпает. Если так подумать, за последние несколько часов произошло так много...

Мин во сне немного дергается и что-то неразборчиво шепчет, но в целом спит спокойно, потому что хён рядом.

Чимин корит своё «возбуждение», но пересаживается на водительское сидение. Значит, чтобы избавиться от ужасного настроения, ему нужно выместить зло в жёсткую страсть к любимому мальчику? Кажется, или ему это нравилось?

Старший бессмысленно просит «женщину» говорить потише и едет по заданному маршруту к психологу. Когда они подъехали, а навигатор объявил о прибытии, Чимин повернулся, любуясь безмятежным лицом Юнги во сне.

- Малыш, мы приехали.

Юнги кивает ещё толком не проснувшись и разлепляет глазки. Быстро приведя себя в порядок, Мин выбирается наружу.

- Хён, обними меня. - просит ребёнок, глядя на старшего.

- Я иду с тобой, солнышко. - Чимин успокаивает переживающего Юнги, вылезая из машины и крепко обнимая того за поясницу. - Не бойся, ладно?

Старший ободряюще улыбается и переплетает свои пальцы с пальцами Юна. Юн кивает и жмётся к Паку. Они заходят в большое красивое здание и присаживаются в коридоре. Приглушённый свет и уютная обстановка расслабляет, но Юн все равно боится и не выпускает руку старшего из своей. Вскоре из двери, что была напротив дивана, вышла женщина лет тридцати, очень ухоженная и с ласковой улыбкой.

Юнги смущенно здоровается и заходит в кабинет, устраиваясь на удобном кресле. Первые минут двадцать консультации Мин тушуется, но все же женщине удаётся его разговорить сначала на легкие темы. Когда мальчик расслабляется и уже спокойно говорит, психолог задает всего один вопрос: «Чего ты сейчас боишься, Юнги?» - и Мин начинает плакать.

- Я боюсь, что Чимин станет как отец... Что он тоже откажется от меня. Что я стану ненужным...

По истечению часа, Мин выходит из кабинета немного заплаканный, но с улыбкой. Он стразу бросается на шею Паку и жмётся к старшему.

- У-у-у, радость моя. - мягко шепчет молодой мужчина, подхватывая хрупкое тело на руки и сразу же оставляет легкий поцелуй на виске Юнги. - Как дела?

Он ласково вытирает мокрые глазки подростка и ставит на землю.

- Посиди здесь, ладно? Я расплачусь и вернусь.

Юнги кивает и устраивается на диване. Чимин заходит в кабинет психолога, плотно прикрывает за собой дверь и вручает ей сумму, что она запросила.

- Ну что? Как Юнги?

Женщина приветливо улыбается и забирает деньги.

- Он молодец. В его ситуации сложно быть настолько сильным. Он немного рассказал об отце. И это меня волнует. На вашем месте я бы лишила его отцовства и переписала бы мальчика на кого-то другого, чтобы не было проблем.

Чимин с озадаченной улыбкой вышел из кабинета психолога и, позвав с собой Юнги, направился к выходу. В машине он начал задумчиво тарабанить пальцами по рулю и кусать губы.

«Лишить родительских прав с моими деньгами не сложно. Вопрос: как это сделать? Нужно позвонить матери и уточнить».

- Хочешь куда-нибудь? В кино? В парк аттракционов? К морю?

- Мы же хотели поехать в ресторан... Сиа разве не просила приехать?

Юнги сидел на сидение и поедал уже выуженную из бардачка шоколадку. Мальчик был не очень аккуратен, потому весь измазался.

- Тогда я отвезу тебя к Сиане, побудешь немного там. Потом я должен съездить в другой ресторан и позвонить матери по одному очень важному вопросу. Ты же будешь себя хорошо вести?

Чимин потянулся к бардачку, доставая из него пачку салфеток и выуживая из той влажный прямоугольничек. Пак заботливо вытер «шоколадные» щеки, нос и подбородок, вручая Мину салфетку в ладошку, чтобы тот потом вытер руки. Юнги кивнул и вытер ручки, заползая на сидения с ногами.

- А можно я схожу погулять вокруг ресторана? - спрашивает Мин.

- Можно. Только, пожалуйста, будь на связи и гуляй так, чтобы ты был в поле зрения Сианы.

Панорамные окна охватывает обширную территорию, поэтому, наверное, ребёнок может погулять в окрестностях ресторана. Чимин тратит на дорогу больше часа и, когда добирается до заветной парковки, счастливо выдыхает. Он покидает «ласточку» и заводит парнишу в ресторан.

- Сиа, «оппа» на тебе. Мне нужно по делам покататься.

- Босс, зайди на кухню. Гин очень просил. - отвечает девушка, обнимая Юнги и целуя в лобик. - Оппа, как дела?

- Хорошо. - кивает Мин. - Иди попей кофе, я пока тебя заменю.

Парень лучезарно улыбается и забирает у девушки папку и рабочий телефон. Мин не слушая недовольство Сианы отвечает на звонок и оформляет бронь на несколько столиков для каких-то людей.

Чимин улетает на кухню, согласовывает блюдо с шеф-поваром и направляется к выходу, подмигивая новому «управляющему». За два часа молодой бизнесмен успевает заехать в магазин техники, приобрести новый телефон, заехать к Мэй и разобраться с документами. На обратном пути к Юнги он успевает связаться с матерью:

- Мам, привет. Как дела?

- Привет, Чими! Все хорошо, как у тебя? Как Юнги? Ты хорошо его кормишь? Как у него с учебой? А у тебя с рабо-

- Мам! - выдыхает Чимин, покачав головой: собраться с мыслями от такого количества вопросов просто невозможно. - Как мне лишить родительских прав недоотца Юнги?

- О господи! Он что, что-то сделал?!

- Мам. Нет. Я просто спрашиваю, чтобы сделать это сейчас и не иметь проблем потом. - отвечает Пак, паркуясь возле ресторана.

Не прерывая разговора он зашёл в общественное заведение и остановился у ресепшена, выслушивая болтовню матери и хмуря брови. Ресторан уже опустел и посетителей почти не было. Мин и Сиа сидели за столом и пили кофе с тортиком. Юнги был вполне весёлый и смеялся, рассказывая девушке шутки.

За это время он успел помочь девушке, официантам и сходить погулять. Во время прогулки мальчик обдумал все, что произошло с ним за последнии месяцы. Все же какое чудо, что его тогда чуть не сбил Чимин.

- Чимин, побои. Без побоев ты ничего не докажешь. И Юнги может высказаться насчёт отца, сказать о том, что хочет остаться с тобой. Сделай это без помощи денег, а уже если будут вредничать насчёт опекунства, уже подключи средства.

- Если травматолог тогда два месяца назад не снял побои, тогда что делать?

- Тогда не знаю, Чими. Позвони спроси, он же не глупый. Да и всегда выручал нас. Вот когда твой оте-

- Спасибо, мам. Мне нужно идти, - Чимин отключился, усаживаясь за стол к Сиане и Мину. Кивнув тем, Чимин загруженно вздохнул и снова набрал номер, только теперь уже врача.

- Здравствуйте. Вы... тогда два месяца назад, помимо наложения гипса, делали что-то? Серьёзно? Класс! Эй, я не дурак же, просто не подумал об этом тогда. Тогда мне это было не нужно. Спасибо. Я заеду.

Теперь, кажется, молодой бизнесмен выдохнул спокойно, тепло улыбнувшись управляющей и Мину. Юнги услышал часть разговора и поднял бровь. Когда Чим убрал телефон, Юн вопросительно на него глянул.

- О... о чем ты говорил?

- Мы дома это обсудим, ладно, малы... Юнги?

Чуть не назвать малыша «малышом» при Сиане... Нет, конечно, Сиа поймёт, ведь она тоже своеобразная и не особо гетеро, но нет, Чимин ещё не готов говорить о чувствах так прямо. Сиа тоже вскинула бровь на лоб и ухмыльнулась, видимо, все без слов и намёков понимая. Попрощавшись с управляющей и персоналом, Чимин и Юнги вышли из ресторана и сели в машину. «Ласточка» мягко завелась под руководством старшего, направляясь в сторону частного травмпункта.

- Чимин... Все хорошо? - тревожно спрашивает Юн. Все хорошее настроение сменилось волнением и беспокойством. Юнги не очень понимает, что происходит. Но кажется, что-то серьёзное.

- Малыш, я... Нужно... Ты ведь хочешь остаться со мной? - Чимин заходит издали, потому объяснять и правильно формулировать мысли, касающиеся таких вопросов, как не умел так и не умеет. Старший тарабанит пальцами по рулю - волнуется.

- Конечно... - Юнги кивает и серьёзно смотрит на Пака. Он прикусывает губку и напрягается ещё больше. - Он умер?..

- Нет, нет. Просто, я думаю, что будет лучше, если ты останешься со мной на законных основаниях. Малыш, я думаю лишить родительских прав твоего отца. - наконец выдыхает Чимин и кусает губы, прикрывая глаза. Он совсем не знает, как на это отреагирует Юнги, но надеется, что реакция будет вполне адекватной и ребёнок сделает правильный выбор.

- Хорошо. - спокойно отвечает Мин, расплываясь в улыбке. - Спасибо. Я тебя очень-очень люблю. Спасибо тебе. - лепечет младший, осознавая, что хочет сделать Пак.

Чимин тянется к подростку и обнимает.

- И я тебя люблю. Ты ведь честно все расскажешь доброй тете из соцработы, что отец тебя обижал? Я или мои родители тебя усыновят, потому что я не могу по закону быть твоим опекуном... - тараторит бизнесмен, мягко оглаживая поясницу Юнги.

- Х-хорошо. - соглашается подросток. Так и правда будет лучше и Мин это прекрасно понимает. - Чимин... Ты самый лучший, правда-правда.

- Нет, самый лучший, Юнги, ты. Сейчас мы поедем в травмпункт и тот врач нам выдаст справку о снятии побоев в тот самый день. С этой справкой мы сможем подать заявление на лишение родительских прав твоего отца. Это будет тяжело, но я сделаю все возможное.

Чимин, наконец, отстраняется и, чтобы разбавить обстановку, заводит руку за спину Юнги, скользит ею вдоль спины, нащупывает упругие ягодицы и вскоре надавливает на наконечник анальной пробки. Юнги кивает. Он спокойно сидит пока не чувствует руку хена.

- Ч-Чимин, что ты делаешь? - смущённо пищит Мин, выгибаясь от приятных ощущений.

- Что я делаю? - ухмыляется Чимин, поддразнивая Юнги и надавливая на пробку вновь.

Второй рукой он накрывает пах подростка и легонько поглаживает ладонью, кусая губы. Юнги прикрывает глаза, тихо постанывая.

- Хён... Вдруг нас увидят?

Да, Мина, походу, это все ещё волнует. Ещё его волнует нарастающее возбуждение и то, что он подозревает, что Пак опять не даст с ним быстро справиться.

- «Хён, вдруг нас увидят?» - старший вновь передразнивает Юнги и вновь включает грозного-папочку-Чимина, - Кажется, я все ещё не трахнул тебя в рот?

Он сжимает встающий член подростка в ладони через плотную ткань брюк и продолжает:

- А ещё кажется, что я не разрешал тебе тогда кончать. Нет?

Юнги хныкает и смотрит на Пака.

- Ты хочешь сейчас сделать это?

Юн уже не знает куда деться, ерзая на кожаном сидении и поскуливая от желания.

- Я хочу сделать это в подъезде, а пока просто поиздеваюсь над тобой за то, что ты ослушался.

Чимин издаёт негромкий рык, убирая ладонь с паха Юнги. Он расстегивает ремень на брюках подростка и ныряет пальцами к заветному месту, чтобы поиграться с пробочкой. Старший снова подталкивает ее внутрь и хмыкает, получая одно удовольствие, когда Юнги постанывает от его действий. Юнги вцепляется пальчиками в края сидения и стонет, жмуря глаза. Все это одновременно смущает и заводит.

- Хён... Мх..

Парень поскуливает и пищит от удовольствия. Чимин совсем перевешивается через коробку передач и наклоняется, осторожно прикусывая бедро Юнги через брюки. Он решает, что удобно будет стянуть с подростка нижнюю часть гардероба вместе с бельём до коленей, что и делает, не задумываясь. Трогать губами возбужденный половой орган Чимин не будет, впрочем, как и руками. Он осторожно касается губами внутренней части бедра, настойчиво раздвигая ноги Мину, и выцеловывает кожу, поднимаясь все выше и выше, но не касаясь «возбуждения».

Издавая негромкие гортанные рыки, старший толкает в попу Юнги анальную пробку вперёд-назад и мычит. Как же ему нравится мучить неопытного малыша... Юнги захлёбывается собственными стонами, прокусывая губу в кровь.

- Хён... - мальчик дергается и чувствует как все тело покрывается мурашками.

- Пока мы будем ехать к врачу, я тебе разрешаю поиграться с пробкой. Но не разрешаю касаться себя, - говорит Чимин, приподнимаясь и облизывая пухлые губы.

Он возвращается к рулю и усаживается поудобнее, вновь заводя машину и выруливая на трассу. Юнги кивает, заводя ручку за спину и начиная двигать пробкой. Немного неловко было делать это при Чимине, но ослушаться непозволительно.

- Мх...

Чимин прикусывает губы, сдерживая довольную улыбку, и едет по указанному «женщиной» маршруту, хотя, дорогу и сам знает хорошо. Наконец, он тормозит у частной клиники, паркуясь на просторной парковке.

- Я буквально на пару минут, а ты продолжай.

Старший ухмыляется, оставляя на шее жаркий многообещающий поцелуй, и скрывается за дверью в травмпункт.

Юнги перебирается на заднее сидение и укладывается на живот. Парень, тихо постанывая, трахает себя пробкой, ещё больше возбуждаясь. Да уж, Мин и подумать не мог, что когда-нибудь будет заниматься подобным, да ещё и не дома, а в машине в людном месте.

Чимин возвращается в машину довольный и с выпиской от врача. Тот подумал заранее и снял побои с тела ребёнка, которые теперь сыграют на руку Чимину. Старший устраивается поудобнее на водительском сидении и поворачивается к Юнги, который лежал на заднем сидении и, беспрекословно подчиняясь, вытрахивал растянутую дырочку пробкой.

- Какой послушный мальчик. - щебечет Пак, оставляя на бледных ягодицах пару шлепков, - А теперь одевайся и потерпи до подъезда.

Юнги кивает и натягивает штаны. Он перелезает обратно на переднее сидение и пытается делать невозмутимый вид, но это выходит не очень. Дыхание сбилось, а сидеть не дёргаясь вообще было невозможно.

Мин просто молча молится, что дорога до подъезда не составит много времени. Чимину и самому не терпится добраться к элитному небоскрёбу как можно скорее, утонуть в светлом шикарном подъезде и где-нибудь в закоулке отыметь Юнги в рот. Он целый день ждал этого момента, нетерпеливо заглядываясь на часы, стрелки которых очень уж медленно передвигались вперёд.

Наконец, когда ребята попадают в подъезд, старший с невозмутимым видом поднимается наверх, но тормозит возле лестничного пролёта, затаскивая Юнги за угол.

- На колени. - процеживает Чимин сквозь зубы, сдвигая брови на переносице.

Его совсем не волнует, что кто-то услышит или кто-то увидит. Соседи, в принципе, здесь все молодые или среднего возраста, все состоятельные и дома практически не бывают. Впрочем, как и Чимин. Юнги послушно опускается на колени, нагло облизываясь.

- Можно конфетку? - просит парень, повиливая бёдрами.

- Да, только без рук. Руками ты будешь играться с пробкой. - отвечает Чимин, расстегивая ремень на брюках, а затем слегка спуская брюки и нижнее белье. Он бьет крупной красной головкой по щекам Юнги и ухмыляется.

А когда малыш приоткрывает губы, Чимин, не подготавливая Юна, толкается в его рот только головкой. Юнги жмурит глазки и осторожно заглатывает полностью, надавливая ручками на пробку. Мин не сдерживает стон, разносит вибрацию по члену старшего и не перестаёт двигать головой.

Чимин подхватывает Юнги ладонью под горло, а вторую укладывает на макушку, чтобы контролировать глубину заглота. Властно сжимая горло и надавливая на светлую макушку, Пак начинает подмахивать бёдрами, потрахивая в среднем темпе рабочий ротик подростка.

Юнги надавливает на пробку с той же скоростью и темпом, что чувствует во рту член старшего. До безумия хочется коснуться себя, но нельзя, так что парень вновь хнычет, чувствуя, как возбужденный орган неприятно прижимается к одежде.

Чимин наращивает темп, беспощадно трахая нежный ротик Юнги. Из-за подавляющего рвотного рефлекса у последнего слишком обильно выделяется слюна, сильно смачивая член до самого основания. Пак рывком достаёт половой орган изо рта подростка и размазывает вязкую слюну по его щекам и губам, ухмыляясь и тяжело дыша.

- Нравится, когда тебя трахают в рот?

Юнги кивает и открывает рот вновь, прося продолжения. Сам он боится кончить, потому перестаёт двигать пробкой, потому что, наверное, без разрешения ему нельзя излиться.

- Я не слышу? - грозно рычит Чимин, отвешивая подростку легкую, но ощутимую пощечину, приводящую в чувство, - Нравится?

- Н-нравится.

Когда старший получает положительный ответ, он снова укладывает ладонь на светлую макушку и рывком входит в рот Юнги, сразу же наращивая бешеный темп.

- Я не разрешал останавливаться. Верни руки на место и займись пробкой. - грубо командует Чимин, смотря малышу прямо в глаза, из уголков которых непроизвольно текут слезы.

Юнги запускает руку под белье и вынимает пробку, сразу вводя ее обратно, и повторяет это действие, тихо стоня с членом во рту. Но как боялся, парень изливается в боксеры, округляя глаза от страха. Теперь Чимин точно устроит ему. Чимин хватается за глотку Мина и приподнимает, заставляя встать на ноги.

- Кто-то снова кончил без разрешения?! Может, тебя и выебать прямо здесь? М?

Чимин делает вид, что злится не на шутку, шипя тому прямо в ухо. Он-то ещё не кончил, а половой орган уж очень хочет продолжения. Юнги пугается, зная что ещё недостаточно растянут. Парень воспринимает все всерьёз и пытается пятиться к противоположной стене.

- Ч-Чимин... не надо, п-пожалуйста.

Старший не даёт подростку сдвинуться с места, снова заставляя опуститься перед собой на колени.

- Соси и доведи дело до конца, - приказывает тот и тут же легонько бьет ладонью по длинным пальцам, что ловко обхватили член Чимина у основания. - Без рук.

Юнги закрывает глаза и вбирает член в рот, плотно сжимая губы. Он двигается сразу довольно быстро, беря до такой степени, что головка упирается в стенки горла. Мин все наращивает темп, держа руки за спиной. Чимин запрокидывает голову назад и тихо задыхается томными стонами, подмахивая бёдрами и вновь трахая рот Юнги. Он зарывается пальцами в густые волосы подростка и грубо входит, чувствуя суженное горлышко, которое так крепко обхватывает головку. Юнги послушано подчиняется, заглатывая и сжимая горлышко. Когда Чимин наконец-то изливается, Юн все послушано проглатывает и отстраняется, облизываясь и пытаясь перевести дыхание.

Чимин, с глубоким выдохом, опадает на стену и упирается в неё затылком и плечами, переводя дыхание и надевая белье с брюками обратно. Наконец, когда то восстановилось, старший помог подняться Мину с колен и поднял на руки, ласково потираясь носом о височную долю подростка и унося наверх, к дверям квартиры. В квартире Чимин помог малышу раздеться и усадил на дно ванной, помогая принять тёплый душ и помыть голову.

- Иди ко мне.

Юнги затаскивает Пака к себе в душ и стягивает намокающую одежду с любимого. Когда Пак остаётся голым, Мин затыкает отверстие в ванне и переключает смеситель на кран. После этого парень забирается на Чимина, чувствуя как вода наполняет ванну.

Чимин устраивает на себе Юнги так, чтобы ему было удобно, скользит по любимому обнаженному телу ладонями и останавливается на пояснице, прижимая к своей груди. Он снова трется о височную долю Мина носом и мягко, слишком нежно, улыбается. Юнги прижимается к широкой груди и скользит пальчиками по груди Чимина. В такой спокойной обстановке Юн задрёмывает, чувствуя тепло воды и тела любимого.

- Я тебя люблю...

- И я тебя люблю. - шепчет старший, убирая одну ладонь с поясницы Юнги.

Пальцами этой ладони он невесомо убирает слипшуюся влажную челку со лба подростка, мягко улыбаясь уголками губ. Юнги погружается в дремоту и спокойно дышит, прижимаясь к Чимину. Неужели теперь все будет хорошо? Неужели весь тот кошмар, что был в прошлом закончился?

Время бежит, превращая секунды в минуты, а минуты в часы, и унося их в потоке слов и дел.

Процесс усыновления прошёл вполне удачно, и теперь Мин был официально сыном семьи Пак и мог не бояться отца. Тот и не сопротивлялся, подписал все документы на отказ от ребёнка за пару тысяч вон и, в принципе, больше не вспоминал о Юнги. Мину конечно было противно, но он понимал, что теперь это не имеет значения, потому как у него есть любимый Чимин.