- Ой, простите! Я сейчас уйду

Пытаясь не разбудить уставшего подростка, Пак спокойно доехал до нужного этажа на лифте и открыл красивую железную дверь ключами. Все это получалось очень медленно, потому что Юнги, спящий на плече, мог проснуться от шума и бьющего света в глаза, а ещё Чимин боялся уронить паренька на пол. Ведь открывать двери машин и квартир с покалеченным человеком на руках не очень-то простое занятие.

В своей квартире молодой бизнесмен не был уже вторые сутки, потому что гостевал дома у родителей. Приятный холод от сквозняка в квартире, гуляющий по полу, радушно встретил хозяина. Чимин быстренько устроил на своей постели хрупкое тело уснувшего подростка и накрыл его одеялом, обкладывая подушками ногу. Это, конечно, неправильно, но Пак все же позволил себе приподнять край футболки и заглянуть под неё. Увиденное повергло молодого парня в шок и заставило вернуть одежду на место. Живот парня был изуродован гематомами, а к старым ещё прибавились и новые. Его били сегодня. Для Чимина это было совсем незнакомо: семья у него была очень примерная. Про таких говорят «как в рекламе». Или же в сериале. Чимин был горд за свою семью и подумать о том, что отец бил бы его или брата - было просто невозможным. Нереальным.

Юнги жил совсем в другом мире. Для него побои были под отметкой «нормально». С самого детства мальчик получал за все. Пару раз даже приходилось лежать в больнице, после этого отец ослабил хватку, но по пьяни все равно не удерживался.

Юн спал крепко, слишком устал, да и лекарства дурманил разум. Во сне мальчик зажимался в маленький комок, пытаясь занять как можно меньше места. А Чимин - ночной житель, поэтому, плюхнувшись на кровать рядом с малознакомым мальчиком, он изучал какие-то сайты, потом смотрел какие-то видео и фильмы, пытаясь отвлечь себя от мыслей про Юнги.

Пак думал о том, что ребёнок, видимо, слишком сильно страдает от побоев, причем, кажется, не первых. Ещё он не хотел думать о том, что Юнги, перебегая дорогу, скорее всего, хотел просто умереть, закончив свою жизнь на печальной ноте. Вряд ли он заслуживает такой жизни.

Каждый раз, когда малыш сжимался в клубочек и морщился от боли, Чимин тяжело вздыхал и, отвлекаясь от монитора ноутбука, поправлял тому одеяло и подушки. Пусть хоть здесь Юнги отоспится спокойно и отдохнёт. Может быть, его сломанная нога, наконец-то, станет отправной точкой?

Юнги просыпается посреди ночи в незнакомом месте. Он вскакивает в кровати, сразу жалея об этом. Боль в животе и ноге усиливается от резких движений. Парень сонно хлопает глазками и удивленно смотрит на Чимина, что лежит рядом. За свою жизнь Юнги ни разу не лежал с кем-то в кровати, поэтому очень смущается. Да и вообще как он тут оказался?

- Ой, простите! Я сейчас уйду. - парень пытается подняться на здоровую ногу, но с грохотом падает на пол. - Черт.

Чимин не успевает быстро среагировать и проворонивает падение глупого подростка. Откинув от себя ноутбук, молодой бизнесмен вскакивает следом за парнем и хватает того под руки, поднимая его тушку и возвращая на постель.

- Я тебе, вроде бы, ногу сломал, а не мозги отшиб. Ты что делаешь, идиот??

Чимин пассивно возмущается, заново обкладывая жилистую худую ногу в гипсе подушками, а затем накрывает Юнги одеялом.

- Лежи и не выделывайся, спи. Или ты хочешь, может, чего? Вода, чай, кофе, какао? Фруктов или шоколада? Юнги?

Пак усаживается на краю постели, пристально заглядывая в глаза сонного испуганного подростка. Юнги теряется, из всего этого обилия он был знаком только с водой и кофе.

- Нет, спасибо.

Парень опять говорит на грани слышимости. Спи, значит, спи. Мин ныряет под одеяло с головой и закрывает глаза. Но заснуть не выходит, все слишком непривычно. Вокруг очень вкусно пахнет, под одеялом тепло, а матрас очень мягкий, особенно если сравнивать с тонким пуфом, что служил парню кроватью. Мин лежит довольно долго, но уснуть не выходит. Воздух безнадёжно кончается, но вылезать как-то страшно. Чимин возвращается к ноутбуку, но долго не выдерживает, поэтому тихо, вполголоса интересуется:

- Юнни, ты спишь? Хочешь, мы фильм посмотрим? Ты любишь фильмы?

Про себя молодой парень думает, что завтра нужно будет слетать на своей «ласточке» в магазин и накупить побольше всяких вкусностей для подростка. Чувство вины никуда не исчезло: сломанная нога мальчика не давала покоя бизнесмену и заставляла морально страдать. Но с другой стороны, он ведь спас этого идиота от смерти!

- Д-давайте...

Парень вылез из-под одеяла. Фильмы он смотрел только в школе, но они были научные и сняты так себе. Парень лёг немного ближе к Чимину, но все же оставляя место.

- Как твоя нога? Животик сильно болит? - интересуется Чимин, быстро вбивая в поисковую строку название хорошего недавно просмотренного фильма. Он включает видеоряд и отвлекается, поправляя большие подушки сначала около головы Юнги, а потом и возле поломанной ноги.

- Все хорошо, почти не болит. - врет парень, выдавливая улыбку

- Тебе удобно? Если ты чего-то захочешь, скажи мне, я тебе принесу.

Молодой бизнесмен ставит ноутбук к себе на колени и разворачивает экран к Юнги.

-Нет, спасибо, я ничего не хочу.

Ну да, вот так не ешь два дня и ничего не хочешь. Парень сразу устремляет взгляд в экран, с любопытством рассматривая первые кадры. Он невольно двигается ближе, потому что так лучше видно.

Чимин все же привстает с постели и направляется на кухню, оставляя подростка наедине с фильмом. Быстро соорудив фруктовый салат из киви, бананов и яблок, бережно нарезанных кубиками, бизнесмен несет сладость и вилку Юну.

- Перекуси лёгким салатом, а с утра я тебя покормлю плотным завтраком, - обещает парень, возвращаясь на кровать.

Тарелку он в руки школьника не отдаёт, накалывает фрукты на вилочку и подносит к его губам.

- Давай. Открывай ротик, - требует Чимин и погружает вилочку с киви в рот подростка. Так он ему скармливает всю тарелку, изредка поглядывая в монитор.

Юнги безумно смущается, но благодарит парня. Вкус фруктов необычный и очень интересный, а то, что кормят как маленького, слишком мило. Наконец-то покушав, Мин снова засыпает, хотя, и очень хочется досмотреть фильм, что намного интереснее научных. Парень забавно причмокивает губами. Утром он даже и поверить не мог, что попадёт в такую сказку.

Чимин бесшумно захлопывает ноутбук и откладывает его на прикроватную тумбу, небрежно оставляя на технике пустую тарелку из-под салата. Укрыв хрупкое тельце Юнги одеялом, Пак поправляет уже в который раз подушки и сам укладывается, зарываясь носом в одеяло. Да уж, конец рутинного дня выдался просто «охуенным».

Чимин смотрит на спящего Юнги и жалеет его. Бедный парень, видимо, и фруктов никогда не ел, потому что смаковал обычный на первый взгляд салат как блюдо лучшего шеф-повара... Приподняв руку, молодой бизнесмен накрывает ладонью голову паренька и треплет светлые волосы, потом медленно их поглаживая.

Юнги спокойно спит, но просыпается вновь через пару часов от страшного сна. Он вскрикивает и садится в кровати, пытаясь отдышаться и придти в норму. В кошмарах парня ничего такого, просто пьяный отец, что вновь бьет. Мин прижимает к груди здоровую ногу и утыкается в неё носом. Чимин спит совсем чутким сном, поэтому вскрикивание из уст подростка заставляет очень резко проснуться.

- Что случилось? У тебя что-то болит?? - обеспокоенно спрашивает Пак и накрывает плечо ребёнка ладонью.

Чимин видит, что ребёнок напуган. Наверное, это влияние сна. Делать нечего, он осторожно тянет Юнги к себе и прижимает его голову к своей груди.

- Иди сюда. Все хорошо. Это просто страшный сон.

Молодой бизнесмен был уж слишком примерным братом, поэтому знал, как вести себя с напуганными подростками детьми, и что им говорить, чтобы те успокоились.Юнги тяжело дышит, дрожа в чужих объятиях. Парень вновь засыпает так же быстро, как и проснулся. Только уже в тёплых руках Чимина и уткнувшись носом в его грудь. Старший укачивает Юна, заставляет сбитое тяжёлое дыхание вновь стать размеренным и спокойным. Бедный мальчишка. Насколько можно было запугать ребёнка, чтобы он так мучился и просто не мог закрыть глаза и поспать, зная, что все хорошо.

Надо найти этого урода и начистить ему рыло. Такие люди только на кулаках понимают. А, наверное, лучше отправить горе-отца на лечение, чтобы снова вернуть его в чувство. Юн потихоньку успокаивается, проваливаясь в глубокий сон. Парень был так напуган, что возможно когда проснётся, даже не вспомнит этого. Поглаживая светлую макушку Юнги, Чимин наконец-то уснул, проваливаясь в крепкие объятия Морфея.

Утро встречает моросящим дождем, что отчаянно стучится в панорамное окно. Юн просыпается и сразу краснеет, ощущая, что находится в тёплых руках Чимина. Он пытается тихо выбраться, но Пак во сне крепко прижимает к себе. Поэтому все, что остаётся Юнги, это просто прикрыть глаза и насладиться теплом другого человека. Юнги и не думал, что лежать рядом с кем-то так тепло и уютно.

Чимин просыпается через какое-то время, но глаз не открывает, оглаживает щеки и подобородок подростка кончиками пальцев и усмехается сам себе.Нужно бы приготовить для нового знакомого завтрак, но пока ещё ведь рано? Да и вылезать из тёплой постели так не хочется. Чимину всегда сложно давалось пробуждение и поднятие с кровати. Часто мама помогала пробудиться любимому сыну с помощью стакана ледяной воды прямо в постель; так она наказывала своего ребёнка за ночные посиделки и потом, громко смеясь, убегала на кухню, слушая чертыхающегося Чимина. Сейчас Чимин отметил, что очень хорошо, что матери здесь нет, иначе бы он уже давно подорвался с кровати, пытаясь усмирить своё напряженное тело, покрытое мурашками. Юнги больше, вроде, не просыпался, а, значит, спал спокойно - и это бизнесмена очень радовало. Путая пальцы в волосах ребёнка, Пак думал о своей матери, отце Юнги и о нем самом.

Парень сквозь только накатившую дрему чувствует тёплые пальцы на своём лице, а потом и в волосах, и немного краснеет. Но это приятно. Он спокойно дышит, притворяясь спящим, потому что полежать так ещё хочется. А если он проснётся, Чимин, наверное, встанет, и придется пойти домой, попрощавшись с этой невообразимой сказкой. Но все же через пару минут Юн открывает глаза и сонно смотрит на Чимина, что, видимо, задумался.

- Д-доброе утро.

- Доброе утро. Ты как себя чувствуешь? - Чимин отвечает бодро, но вполголоса, наверное, чтобы не нарушать приятную утреннюю атмосферу.

- Нормально, почти ничего болит. - опять врет подросток, ну не привык он рассказывать про боль.

Вылезать из постели и тёплого одеяла совсем не хочется. Но ребёнка ведь надо кормить. Фруктовый салатик - это так, на один зуб, и было когда? Часа в два ночи?

- Что ты хочешь на завтрак? Что любишь? - после минутного молчания спрашивает Чимин и прикрывает глаза. Рядом с этим пареньком он снова чувствует себя братом, на плечи которого выпадает ответственность следить за Юнги и делать так, чтобы ему было хорошо.

- Я...

Обычно с отцом они кушали рамен, и на завтрак, и на обед, и на ужин, и все эти три приема пищи случались, а в лучшем случае один раз в день, и это если парень заработает на этот самый рамен.

- Я не знаю... А что любите Вы?

Мин нырнул под одеяло чуть глубже, чтобы укрыть замёрзшее плечо.

- Ох, я много чего люблю, - воодушевленно произнёс парень, отпуская Юнги и выползая из постели.

Забрав с прикроватной тумбочки пустую тарелку, Чимин положил на постель рядом с парнем ноутбук и направился к шкафу. Оттуда он выудил домашнюю одежду и направился на кухню, бросая через плечо:

- Посмотри что-нибудь в ноутбуке, я пока схожу в душ и приготовлю нам завтрак. И, пожалуйста, не будь идиотом, не вставай с постели и даже не думай убегать.

Чимин хихикает, вспоминая, как Юнги после первого пробуждения пытался сбежать. С постели видна просторная кухня с чёрной, как смоль, мебелью. Пак оставляет на тумбе тарелку и ретируется в душ, думая, что же приготовить парнише на завтрак. Ведь ничего конкретного он так и не сказал.

Юнги кивнул и осторожно взял компьютер, он не очень знал, что делать, но благо тот был в спящем режиме и проснулся от нажатия одной кнопки. Подросток нашёл на рабочем столе то, о чем часто читал в книгах. Это была программа для создания электронной музыки. Через пятнадцать минут он уже закончил вступление и принялся за создание начала произведения. Выходило даже очень красиво, но самому парню не нравилось. Мин так увлёкся, что даже не заметил Пака, что вышел из ванной.

Чимин вышел из душа в одном полотенце, повязанном на бёдрах. Влажные волосы парень зачесал пальцами назад и, не реагируя на стекающие капли по телу и торсу, направился на кухню. Чимина очень удивляло то, что ему ещё никто не позвонил и не начал доставать тупыми вопросами по работе. Хотя, его утро обычно начиналось со звонков с содержанием «Господин Чимин, а куда девать фрукты?» или же «А что делать, если мест не хватает?»

«Господи, вы что, идиоты? У нас четыре точки по всему городу, а они спрашивают куда девать людей, если мест не хватает!», - обычно сетовал сонный Чимин, сползая с мягкой постели.

С утра раздражённость была зашкаленной, поэтому он мог общаться с персоналом только так, но все равно по-доброму. Вообще, молодому бизнесмену удавалось злиться и орать, но в то же время протягивать руку помощи и окружать заботой. Как - одному Богу известно.

Чимин почему-то решил приготовить ресторанное легкое блюдо, рецепт которого придумал шеф-повар из его ресторана. Он любезно показал хозяину, как блюдо готовится, поэтому сейчас, без особого труда, Пак нарезал ингредиенты и готовил изысканный завтрак, расхаживая по кухне в одном полотенце и напевая что-то из классики. По квартире расползался чарующий аромат блюда, что доходило до готовности в духовке, а Пак вернулся к кровати, лавируя вокруг обеденного стола.

- Чем занимаешься? Ого... Сочиняешь музыку?

Чимин, действительно, был приятно удивлён и про себя отметил, что Юнги и его брат очень подружатся, потому что младший обожал играть на гитаре и скрипке, сочиняя свои мелодии.

Юнги заметил Чимина, только когда закончил. Парень немного засмущался при виде полуобнажённого тела мужчины и отвёл взгляд в пол.

- Да... Это интересно. - парень закрыл крышку компьютера и отложил его на тумбу, делая все с крайней осторожностью. - М-может, чем-то помочь?

Юн не привык сидеть без дела, потому сейчас чувствовал себя неуютно. Так же парень не мог сдержать слюнки, что вырабатывались из-за вкусного запаха еды.

- Ну чем ты мне поможешь? Отдыхай, а после завтрака нам предстоит серьёзный разговор.

Чимин исчез за дверью ванной комнаты и вышел уже переодетый в домашнюю одежду. Все ещё напевая веселый мотив, бизнесмен достал из духовки готовое блюдо и выложил на красивую общую тарелку. Уже из общей он решил переложить небольшую часть в тарелку поменьше, взял столовые приборы и выставил все на поднос, прихватывая специи и салфетницу. Все же Чимин очень хотел затронуть больную тему для ребёнка и обсудить поведение отца. Он вытащит из него правду и постарается помочь, а пока пусть парень спокойно поест.

- Приятного аппетита, Юнни, - Пак поставил поднос на ноги подростка и потрепал светлую макушку ладонью.

Юнги был очень тронут заботой, но беспокоился насчёт разговора. Парень, очень сильно смущаясь, принялся кушать, делая все аккуратно и тихо.

- М-м, это очень вкусно. Вы хорошо готовите. Покушайте со мной...

Чимин редко принимал пищу, либо было некогда, либо просто не хотелось. А иногда от еды просто тошнило, ведь на работе только еда и была. Еда, меню, продукты... Но едой, что поделился парень, Пак насладился, благодаря за комплимент. Подросток, сильно смущаясь, взял в палочки немного еды и поднёс ее ко рту Чимина, делая так, как старший ночью. Когда вся еда закончилась, Мин ещё раз поблагодарил Пака и сильно напрягся.

- Вы хотели о чём-то поговорить...

Чимин убирает поднос с коленей Юнги, задвигая тот на прикроватную тумбу. Юнги догадывается о чем пойдёт речь. На всякий случай он залезает под одеяло с головой.

- Да, хотел. Сейчас ты мне честно расскажешь всю правду, я выслушаю тебя и помогу чем смогу. Ты не умеешь врать, я прекрасно вижу, что у тебя болит все тело, включая сломанную ногу. И насчёт отца я был прав. - молодой бизнесмен рубил с плеча, не подбирая слов и говорил так, как и есть, прямо и откровенно. Так лучше доходит. - Юнги, я понял, что для тебя непривычна вся эта атмосфера и непривычна забота. Понял, что ты очень закрытый в себе ребёнок, которого не долюбили.

- Не думаю, что Вы сможете помочь. Единственный вариант - это интернат. Я там уже был, там хуже, чем с отцом. Да, он не идеален, но он очень хороший и старается. Ему просто слишком сложно и грустно. Так что все хорошо, не переживайте. - Мин говорит тихо и медленно, сам он свернулся клубочком и боялся вылезти из-под одеяла.

- Юнги, - Чимин привстал с постели и обошёл ее, чтобы присесть у ног подростка. Осторожно убрав одеяло с лица ребёнка, Пак взял последнего за запястье и настойчиво попросил, - Юнги, посмотри на меня.

Когда малыш переосилил себя и у него получилось взглянуть на старшего, тот продолжил:

- Я помогу твоему отцу. Он выпивает? Мы положим его в лучшую клинику и его вылечат от алкоголизма. Тебя никто больше не обидит. Ты мне веришь?

Пак старался говорить очень спокойно и размеренно; он, действительно, хотел помочь Юнги. Ведь так или иначе, малыш достоин спокойной жизни и не достоин этих гематом, усыпанных по всему телу. Сломанной ноги он тоже не достоин, но лучше уж сломанная нога, чем смерть.

- Мой отец уже проходил лечение, он не хочет... Понимаете, его все устраивает... - Юнги вновь прячет лицо в коленях. Он сам не верит своим словам, он прекрасно знает, что получит, когда отец увидит, что сын не сможет заработать. - Спасибо Вам за все, правда... Я очень благодарен.

- Давай все же попробуем вылечить твоего отца. Поживешь пока у меня. Хочешь?

Чимин, конечно, понимает, что так незаконно вообще-то, но ведь когда есть деньги - решить можно практически любой вопрос. Он мягко гладит ладошку Юнги, пытаясь успокоить и все ещё загладить свою вину перед ребёнком.

- Если ты так хочешь работать, то, когда ты поправишься, я тебя устрою в любой из своих ресторанов, какой тебе понравится. У меня их четыре. - Пак все же придвинулся ближе к подростку, взял его лицо в ладони и строго посмотрел в глаза. - Юнги, ты слышишь меня? Все будет хорошо.

- Угу. - Юнги потянулся к Чимину и решился его обнять. - Спасибо. Но это лишнее, я могу у нас дома, чтобы Вам не мешать. А насчёт отца, я буду очень благодарен.

Мин прижался к Паку, пряча лицо. Чимин приятно удивился и обнял подростка, пересаживая к себе на колени и поглаживая сломанную ногу в гипсе.

- Ты мне совсем не помешаешь, если поживешь со мной, малыш. Все будет хорошо.

Бизнесмен прижал хрупкое тело к своей груди и невесомо поцеловал Юнги в светлую макушку. Юнги прижался к нему, прикрывая глаза. Он слишком долго не получал ласки, а точнее, никогда ее не получал.

- Вы хороший. - прошептал парень, тычась в широкую грудь. От Чимина пахло хорошо, и сам он и правда был хороший.

- Давай на «ты», я не такой уж и старый. - выдохнул Чимин, зарываясь пальцами в волосы подростка на затылке.

Чимину было очень жаль мальчишку, который готов был прижиматься к телу малознакомого человека, лишь бы получить ласки и немного тепла. Почему-то Пак уже считал ребёнка своим младшим братом. Своего родного младшего брата молодой бизнесмен видел редко, потому что тот готовился к предстоящим экзаменам, а сам мужчина был занят работой.

- Х-хорошо. - Юн вскоре все же отстранился. - П-простите, точнее, прости.

Юнги вновь прячет лицо. Ему все это страшно принимать, но, наверное, так будет лучше. Чимин хороший, ему можно довериться. Парень впервые стал надеяться на хорошую жизнь.

- Ну наконец-то. - спокойно выдохнул Пак, ссаживая парнишу на кровать и обкладывая его тело подушками. - Теперь я уверен, что ты не убежишь.

Чимин успел встать с постели и дойти до кухни, но помыть посуду - нет, потому что телефон наконец-то решился подать признаки жизни.

- Босс, Вы сегодня появитесь на работе? Нужно подписать документы и шеф-повар с су-шефом хотят предложить Вам несколько новых блюд.

- Ладно, - лениво тянет Чимин, прощаясь с Сианой, - Я буду ближе к вечеру. У меня тут все ещё небольшие изменения в жизни.

- Вы женитесь?! - восторженно воскликнула молодая управляющая.

- Я поженюсь только на своей «ласточке», когда это станет возможно, - грустно вздохнул молодой бизнесмен и сбросил.

Помыв посуду, Чимин вернулся к Юнги, присаживаясь около него вновь.

- Поедем за отцом? Он как? Думаешь, сейчас в трезвом состоянии?

- Думаю, да, у него нет денег, только если заначку мою не нашёл... - Мин сел в кровати и с надеждой посмотрел на Пака. - А его там не будут обижать? А кормить, как его будут кормить там? А вдруг ему там не понравится?

Мин переживал за отца как за ребёнка, потому стал нервно покусывать пальцы.

- Его никто не будет обижать и кормить его будут хорошо, Юнги. Я позабочусь о том, чтобы его положили в самую лучшую клинику. Не переживай. - молодой парень склонил голову, думая, что же делать со сломанной ногой Мина. - Давай временно мы приобретём коляску, потому что все время носить тебя на руках я не смогу, да и это неудобно.

Кажется, это был единственный достойный вариант, но Чимин все же решил дождаться мнения Юнги. Юнги кивнул и слабо улыбнулся.

- Хорошо, или костыли. Я... Я не знаю как отблагодарить тебя, что сделать? Хочешь что-то, что я могу сделать для тебя? Я... Я буду убираться у тебя, когда поправлюсь, хочешь?

- Это я должен все сделать для тебя, потому что из-за меня ты сломал ногу, - погладив подростка по голове, Чимин привстал и потянулся, направляясь к кухонному столу, где оставил мобильный.

- Попозже я познакомлю тебя со своим младшим братом, думаю, вы подружитесь. Он тоже любит музыку. - произнёс молодой парень, набирая знакомый номер телефона. - Сиа, направь ко мне домой кого-нибудь, пусть купят инвалидную коляску. Срочно.

Девушка, не задавая лишних вопросов, приняла приказ и отключилась, а Чимин, снова вернувшись к Юнги, молча начал поднимать на руки подростка с постели.

- Я же тяжёлый, зачем? Давай я сам. - парень очень смущался от прикосновений, когда Пак все же поднял его, подросток прижался к его груди. - У тебя так сердце громко бьется, а значит, что оно большое. А если большое сердце, значит, ты хороший.

- Спасибо, Юнги. Я хочу помочь тебе принять душ, ты не переживай, я просто помогу тебе раздеться и настрою воду. Хорошо?

Чимин не хотел показаться извращенцем в глазах паренька, поэтому старался меньше его касаться. Но положение не позволяло, приходилось очень часто брать ребёнка на руки и таскать с одного места на другое. Усадив Юнги на стиральную машину, Чимин помог снять ему футболку и спортивные штаны, одна штанина которых была для удобства закатана добрым врачом до колена. Затем молодой парень включил воду и начал наполнять ею ванную. Юнги очень смущался, прикрывая избитое тело ручками.

- А как я буду принимать душ с гипсом? - поинтересовался парень, смущенно смотря на Чимина.

Тело у Юнги было очень худое, но эстетичное: на его ключицы залипали многие, а цвет кожи был привлекательно молочный, если, конечно, не смотреть на фиолетовые и зеленые пятна. Чимин невольно засмотрелся на красивое тело, усыпанное гематомами. Парень был юн, но очень красив. Думается, если все синяки и ссадины заживут, молочная кожа будет привлекать Пака ещё сильнее.

- Хм... тогда давай я тебе помогу? Не знаю, может, поставить в ванную стул и тебя усадить на него... - молодой бизнесмен был очень сильно озабочен, потому что придумать нужно было что-то срочно.

- Давай я сяду в ванну, а ногу с гипсом вывешу за бортик, только тогда я не смогу сам помыться...Смотреть на изуродованное синяками красивое тело Мина, действительно, было очень больно. А от несправедливости старшему просто хотелось плакать, но ведь он мужчина - и слезы ему не свойственны. Наверное, поэтому чаще взрослые мужчины выражают свои слёзы через гнев. Старший мягко водил мыльными руками по ногам Юнги, поднимаясь выше и выше. Юнги наконец-то осмелился убрать руки, хоть это и очень смущало. Чтобы не столкнуться взглядом с Чимином, Юн зажмурил глаза. Да и вообще от того, как близко сейчас был мужчина, бежали мурашки. В ванне было скользко и чтобы не упасть, парень вцепился пальцами в края ванны.

«Он же не будет трогать там, да?»

Чимин, не заостряя внимание на теле юнца, скользнул по хрупким худым бёдрам вверх и коснулся мыльными ладонями полового органа Юнги. Клялся же не смотреть, но сделал наоборот. Мимолетного взгляда хватило, чтобы смутиться теперь и взрослому мужчине. Юнги казалось, что это максимум смущения, но нет, Чимин доводит все до конца. Впервые в жизни кто-то дотронулся до того, что сам Мин боялся трогать. Странно, но Юн никогда себя на трогал, хотя в его возрасте и положенно дрочить на все живое и не очень.

«Ладно, ничего, это нормально, я просто ему помогаю, он ведь сам не может».

Молодой бизнесмен намылил ручки подростка и, наконец, вернулся к голове. Влажные волосы он аккуратно вспенил, массажируя кожу головы пальцами. Все, самое страшное пройдено, теперь все в порядке. Чимин только сильно увлёкся волосами Юнги, не смея оторвать от его головы пальцы рук. Когда старший начал мыть голову, Юнги прикрыл глаза, наслаждаясь тёплыми пальцами, что приятно массировали голову. Да, сказал бы кто вчерашнему Юнги, что-то кто-то будет мыть ему голову, мальчик бы рассмеялся в лицо. А сейчас Юн держался, чтобы не начать мурлыкать от всего этого. Наконец, Пак выпустил пальцы из влажных волос и, взяв в руку душ, смыл тёплой водой пену сначала с головы, а потом и со всего тела Юнги. Чимину очень хотелось смыть вместе с пеной жуткие синяки с тела подростка, но, конечно, это было невозможно и, чтобы весь этот ужас зажил, нужно время.

Выключив воду, Чимин стянул с сушилки белое полотенце и, закинув его на плечо, приподнял Мина, вытаскивая его из ванной и ставя на здоровую ногу возле огромной ванной. Чтобы не смущать ребёнка ещё больше, Пак сразу же закутал его тело в полотенце и снова усадил на стиральную машину.

- Посушим тебе волосы и дадим чистую одежду, будешь как новенький, - впервые за все время улыбнулся Чимин, но вышло натянуто, потому что перед глазами стояли гематомы на теле парниши.

- Хорошо. - кивнул Мин, искренне улыбаясь. - Спасибо большое.

Парень покраснел и больше укутался в мягкое одеяло, что приятно пахло домом Чимина и им самим. Парень вскоре начал немного дрожать, на влажном теле появились тысячи мурашек. И Юнги даже не знал, от холода это или от смущения. Мальчик и представить себе не мог, что кто-то может быть к нему так добр и нежен.

- Ты очень очень хороший. Я обязательно сделаю для тебя что-то очень хорошее, договорились?

- Договорились, Юнги. Однажды что-нибудь да сделаешь, - Чимин потянулся за феном, который был воткнут в розетку и протянул его Юнги, - Я за расче-

Продолжить мужчина не успел - раздался звонок в дверь. Пак вылетел из ванной, открыл входные двери и забрал у молодого парня коляску.

Юнги взял фен и минут пять просто дул себе в лицо, это тепло, круто! Да да, Юнги ни разу не пользовался таким, так что был удивлён.

- Босс, я еле ее достал. Вообще нигде не было колясок.

- Надеюсь, эту ты не стащил у какого-нибудь инвалида?

- Босс!Чимин рассмеялся, закрывая за парнем двери, сбегал в комнату за сухими и чистыми вещами для Юнги и вернулся в ванную. Тот уже сушил себе волосы сам.

- Оу. Вообще-то я хотел, - недовольно проворчал молодой бизнесмен; ему действительно нравилось проявлять заботу к младшим.

Парень не до конца досушил волосы, когда Пак вернулся, так что протянул ему фен обратно. Хоть это и было немного смущающие, как и весь день, но очень приятно. Мин прикрыл глаза, чувствуя как Пак забирает фен и осторожно причёсывает его.

- А где твоя жена? - спросил парень, указывая на кружевной халатик на двери, который, наверное, забыла одна из девушек Чимина. - Или это ты в таком ходишь?

- У меня нет жены, Юнги. И нет, в таком я не хожу, - возмутился Чимин, причесывая спутанные волосы и подсушивая те феном.

Пак немного помолчал, кусая губу. Говорить о дамах, что имели только расчетливый взгляд на жизнь, ему не очень хотелось.

- У меня по всему дому можно обнаружить женские вещи, девушки их не забирают, считая, что вернутся сюда обратно. Но нет, я захлопываю дверь за каждой, что начинает рассказывать мне о планах на жизнь. «Сначала на Сейшелы, потом ты купишь мне телефон и машину». Вот все что я слышу, когда очередная пассия позволяет себе повесить вот такой вот халатик у меня в ванной.

Чимин протяжно выдохнул, выключая фен. Потрепав сухие волосы Мина, Пак осторожно надел на его тело свою футболку, которая оказалась подростку слегка великовата.

- Не расстраивайся, ты очень хороший, и думаю найдёшь достойную девушку, которая будет любить тебя не за деньги и красивую внешность, а за твой богатый внутренний мир и за твоё большое доброе сердце.

Юнги улыбнулся и позволил себе погладить Чимина по руке.

- Знаешь, не каждый бы взял в свой дом незнакомого ребёнка из неблагополучной семьи. Многие бы побоялись, что я что-то украду, а большинство просто бы прошли мимо. Но ты не такой. И это о многом говорит. Моя мама меня не хотела, она знала, что не переживёт роды, но все равно она подарила частичку своей любви, написав мне письмо. Там была одна фраза: «будь добрым к миру - и мир будет добрым к тебе». Ты очень хорошо поступаешь, так что ты найдёшь хорошую девушку, которая о тебе позаботится.

Выслушав мудрого подростка, Чимин снова глубоко выдохнул. Мать, хоть и относилась к старшему сыну очень хорошо, все равно воротила нос, когда Пак говорил что одинок. Отец отмахивался, защищая того и говоря, что пока это не главное и что жениться можно в любой момент, главное, не ошибиться с выбором. Младшему брату это было совсем не важно, но стоял он на стороне отца, защищая старшего. Матери хотелось внуков, но она отказывалась понимать, что его сына не любят за доброе сердце, а любят за плотно набитый кошелёк.

- Спасибо, Юнги. Надеюсь, что однажды такое случится.

Старший помог надеть мальчишке нижнее белье, которое, к счастью, плотно село на его бёдрах, а затем и натянул спортивные штаны, закатив одну штанину до колена. Влажное полотенце Чимин вернул на сушилку, а сам вернулся к Юнги. Он крепко обнял его, но старался поаккуратнее, чтобы не сделать больно. Почему-то обнять мальчишку очень хотелось, просто без слов, так, просто. Юнги обнял в ответ, пряча в шею старшего смущенную улыбку. Он прикрыл глаза и просто наслаждался объятиями, равномерным сердцебиением Чимина, его сладковатым запахом, спокойным дыханием и тёплыми руками, что нежно обвивали.

Чимин и, правда, достоин лучшего, Юн может поклясться, что он самый лучший из всех людей, что знал подросток. Если бы это было в его силах, то Юнги сейчас бы отправился на поиски хорошей жены для Пака, и отобрал бы лучшую девушку на свете, та, что была бы достойна такого замечательного мужчины.

- Ладно, - шепнул Чимин, лениво отрываясь от Юнги. Обниматься с мальчиком почему-то хотелось очень долго, но ребятам предстояло ещё много незавершённых и неначатых дел.

- Едем за отцом? Он тебя не обидит, даже если пьян. Я не позволю. - пообещал молодой бизнесмен, снимая Мина со стиральной машины и поднимая на руки.Усадив Юнги в инвалидную коляску, Чимин накинул на его плечи свою куртку, а сам быстро переоделся, затем смешно бегая по квартире и собирая телефон с ключами в одну кучу на комоде в коридоре. Пак никогда не мог дать ладу мелким вещам, поэтому на их поиски уходило много времени.

Путь до дома Юнги занял немного времени, поэтому парни даже не успели устать, когда добрались до заветной двери квартиры.

- Я попробую пока сам, а потом тебя позову.

Подросток улыбнулся Паку и заехал в квартиру, прикрывая за собой дверь. Чимин хотел бы что-то сказать, но застыл перед дверью. В груди разливалось неприятное чувство и напряжение.

Отец спал на диване, вокруг валялась куча бутылок и банок, все же он нашёл заначку, что Юнги откладывал для поступления в институт.

- Пап. - Юнги осторожно потряс отца за плечо. Тот недовольно фыркнул и открыл глаза.

- Приперся, маленький ублюдок?

- Пап...

- Где мое соджу? А это что такое?

Отец сел на диване и ткнул ногой в гипс со сломанной ногой. Юн зашипел и пощурился от боли.

- Пап, послушай меня, пожалуйста...

- Я что тебе сказал?! Без соджу не приходить! Ты слишком никчемная дрянь, чтобы я тебя слушал! - отец со всех сил огрел Мина по лицу. - И как ты собираешься работать, а? Я тебя спрашиваю, на что мы будем жить? Ты думаешь сломал мне жизнь, а теперь отдохнуть можно?

Ох, зря Пак позволил мальчишке войти в квартиру одному. Это он понял, когда за хлипкой дверью послышались крики пьяного мужчины. Молодой бизнесмен, нахмурившись, ворвался в квартиру, забывая о неприкрытой двери, но предотвратить первый удар не успел. Прямо на глазах у Чимина ударили ребёнка. Жёстоко, особо не церемонясь, прямо по лицу. Молодой парень закипает сразу же: ну уж нет, это просто недопустимо и непозволительно. Но драться пока не лезет: все же, наверное, можно решить с помощью языка. Пак отодвигает коляску с подростком, закрывая того спиной.

- Зачем Вы бьете ребёнка? Что он Вам такого сделал?

- Это мой сын, что хочу, то с ним и делаю! Этот гаденыш хорошего уж точно не заслужил! А ты вообще кто такой? Проваливай, это мой дом! - мужчина вскочил с дивана и, сжав кулаки, двинулся на Чимина.

- Папа, не надо. - Юн подъехал и попытался остановить отца, но тот лишь пнул коляску так, что та отлетела к стене, а Мин ударился об неё головой.

- Пожалуйста, не трогай Чимина, он хороший.

- Пошел вон из моего дома, а ты замолкни! - господин Мин указал Паку на дверь. - Выметайся, и чтобы я тебя тут не видел!

Чимин и не думал пятиться к выходу. Он стоял на месте твёрдо, но отца Юнги не боялся. Ответить на удары он сможет свободно. У Пака было уж слишком стойкое терпение; он сжимал зубы, но на рожон первый не лез. Даже когда малыш ударился головой о стену, Чимин держался изо всех сил, чтобы не ударить наглого пьяного мужчину.

- Ваш сын угодил под колёса моей машины. Если бы не я, он бы погиб вчера вечером и деньги для Вас никто бы больше не принёс. Он, конечно, Вам обязан, но не кажется ли Вам, что обеспечивать должны его ВЫ, а не наоборот? Вам определённо стоит лечь в клинику, там Вам помогут и вылечат от алкоголизма. За то, что Ваш сын сломал ногу фактически из-за меня, лечение я Вам оплачу. Согласны?

- Да, что ты несёшь? Зачем мне все это? Чувствуешь вину, дай денег и проваливай! Не лезь в нашу семью, это наше дело, а не твоё! И я сам лучше знаю как воспитывать это чмо. - отец Мина фыркнул и глянул на Юнги. - Че уселся? Иди на работу! Мне деньги нужны! Или ещё где припрятал?